Точка возврата

Галина Сергеевна устало отложила последнюю тетрадь ее ученика Гаврилова, двоечника и недотепы, которую она всегда оставляла напоследок. Красных чернил она для его сочинений не жалела, наперед зная, что ошибок будет море. Вот чего им не хватает? Все условия для учебы сейчас есть: одеты и обуты с иголочки, в супермаркетах еды завались. Телефоны и планшеты бы у них поотбирать, тогда на учебу бы времени больше оставалось.

Галина Сергеевна вспомнила свое детство. Пятьдесят лет назад ее единственным развлечением дома были книги, а на улице – мяч и скакалка.

«На пенсию мне пора, – вздохнула старая учительница. – Вот выпущу этот класс, и на отдых». Все же Галина Сергеевна любила детей, но своих у нее не было. Личная жизнь как-то не сложилась. Были увлечения, мужчины, любовь – все было… Как же так получилось, что не создала она своей семьи? Все чего-то ждала, чего-то искала… Она задумалась: вот если бы была возможность вернуть все назад, хотела бы она изменить что-то? Пожалуй, да. Сделать то, чего не сделала вовремя, или, наоборот, не делать того, чего не следовало бы делать.

В молодости Галина часто задумывалась о том, что такое старость, стареет ли душа вместе с телом. С годами она поняла, что тело, к сожалению, стареет быстрее. Мыслями она часто возвращалась в прошлое. Но вот странно – ей никогда не хотелось пережить заново какие-либо моменты ее жизни. Возможно, потому что было не так много радостных моментов, а грустные кто же захочет снова переживать?

В один прекрасный день Галина решила, что старость – это когда захочется вернуться назад. Так что же, значит, она пришла, старость? Очевидно, это так.

«Хватит себя жалеть, спать пора, – Галина Сергеевна решительно собрала тетради и уложила их в портфель. – Завтра разбор сочинений и работа над ошибками у 6Б». Учительница тщательно проверила, все ли она приготовила к завтрашним урокам, и направилась в спальню. Было половина первого ночи. Она никогда не ложилась рано, зная, что не заснет. Однако, только Галина Сергеевна положила голову на подушку, ее веки отяжелели. «И верно, старая стала», – едва успела подумать она и начала проваливаться в теплую обволакивающую тьму.