Сеня сидела, чуть повернувшись к окну, Фрост видел только ее щеку, ухо и волосы, которые она за это ухо заправила. А еще уголок губ. Губы шевелились, попадая в такт песне. Кажется, Сеня напевала вместе с Васильевым: выхода нет, скоро рассвет, ключ поверни, и полетели, нужно писать в чью-то тетрадь кровью, как в метрополитене, выхода нет. На последнем аккорде припева по ее вытянутой шее побежали мурашки. Фрост отвел глаза.