Цитаты из книг автора «Ольга Гусейнова»

Лучше верить, чем не верить ни во что. Судьба не прощает неверия, а удача отворачивается.

беззаботного отдыха, которых его лишили

свою суженую, погладил ее по большим ушам, а потом сгреб в объятия и прижал к себе, укладываясь спать. Я услышала счастливый вздох Эльсы и юркнула

Острые короткие шипы по внешнему гребню убегали вверх под подол рубашки, а те, что на кончике, от сильного удара вонзились в дубовый столбик кровати. Я потрясенно икнула и, подобно деревенской недотепе, брякнула: – Это че? Твое, что ли? А откуда? – Из задницы! – прозвучал короткий, но емкий ответ. –

Угу, угу, – покивала и уточнила на всякий случай:

думать об избушке в глухом лесу и паре кошек в качестве пожизненной компании».

правят мужчины. Они сделали этот мир под себя. А женщинам приходится либо принимать мир и мужчин такими как есть, пусть порой искать в них достоинства нужно с лупой, либо думать об избушке в глухом лесу и паре кошек в качестве пожизненной компании».

мы с папочкой чуть в сторонке от них делились новыми рецептами, обсуждали мои похождения в новом мире и замужество. В папе я нашла полное понимание, сочувствие и горячее любопытство к моей личной жизни. Не отец, а подружка!

Распахнув глаза, не в силах пошевелиться, я любовалась чудом, что сотворила сама. Стей, не спеша покидать мое тело, радостно изумился: – Ты нас снова благословила? Или я настолько неповторим, что ты звездами фонтанируешь? – Ну… э-э-э… – смутилась я, не зная, как ответить. – А разве два раза можно одну любовь благословить? – заинтересовался он. – Одну – нет! – предпочла ответить честно. – Мы с Невель в школе у девушки-мага, повернутой на всяких приворотах, любовных зельях, ну, и феях тоже, спрашивали. Хотелось узнать, что феиды умели в древности, а потом отринули за ненадобностью. Или просто позабыли, выживая в новом мире. – Тогда почему у нас вышло два раза? – хрипло спросил Стей, пристально глядя на меня, сместившись вбок и подперев голову кулаком. Лежать под его взглядом обнаженной мне было неловко, поэтому натянула на себя простыню и осипшим от волнения голосом предположила: – По-видимому, когда рождается ответная любовь, благословение случается вновь. Если честно, я опасалась отвечать на этот вопрос. Мало ли как мужчина среагирует?! Ведь для меня стали откровением собственные чувства, которые в полной мере сама только сейчас осознала, которыми вот только что прониклась до глубины души. Я прикрыла глаза, очень остро ощущая и его изумленный недоверчивый взгляд, и горячий бок, и волосатую мускулистую ногу. – Ты любишь меня? – глухо переспросил мой недоверчивый дракон. Горло пересохло, я лишь кивнула, не решаясь посмотреть ему в глаза. А затем и вовсе позорно спряталась у него на груди, подобно ребенку накрывшись простыней с головой. – Лютик? – Край ткани приподнялся. – Угу… – Лютерция! – рявкнул Стейнар. Чуть не взлетев с кровати, я невольно уставилась на него. А в ответ на меня посмотрели шальные черные глаза, в которых горели восторг, любовь, обожание… – Люби меня! Люби как можно крепче! – рыкнул он уже счастливо, одаривая невероятно светлой счастливой улыбкой. – А феи по-другому не умеют! – расслабилась я, мысленно отметая свои страхи. Затем мы целовались как ненормальные, но дальше поцелуев дело не пошло – Аметистовые помешали. Начали громко стучать в дверь, намекая, что уже утро,

В этот момент вернулись наши мужчины и остановились возле садового стола. Я замерла и удивленно наблюдала за Стейнаром, который о чем-то говорил с Лисаном, при этом неторопливо, осторожно помыл в миске землянику и выложил красивой горкой на тарелку. Затем, с хмурым видом что-то втолковывая оборотню, взял полотенце и начал тщательно протирать мытые яблоки, так что те заблестели. Три штуки положил к клубничке, а остальные отправил в котомку, которую принес с собой. Все это он проделал сноровисто, обыденно, словно каждый день… Почувствовав мой взгляд, Стейнар замер, тягучим движением обернулся, внимательно посмотрел и, взяв тарелку, пошел к нам. Молчком поставил угощение на траву и присел рядом, а у меня закружилась голова от желания. Застонав с досады и чувствуя, как опять вспыхивает огонь желания, распространяясь по всему телу, я выдохнула: – Ненавижу… – и сама же к нему потянулась. Дракон широкой жестковатой ладонью обхватил мой подбородок. Потер кожу большим пальцем, наклонился очень близко и шепнул на ухо: – Пообещай не сбегать отсюда, пока меня не будет, и получишь немного свободы! Я согласилась, не раздумывая: – Обещаю! И задохнулась от переизбытка самых противоречивых эмоций, почувствовав, что Стейнар прикусил кончик моего уха, а следом по этому местечку прошелся его язык. Мой мучитель спокойно встал, отряхнул темные штаны, опять приковав к своим ногам внимание. Потом они с загадочно усмехнувшимся лисом-оборотнем ушли, оставив нас с Невель и Лайвелом