ГЛАВА 2

ИГОРЬ

Я подходил к кабинету, где должна пройти наша сделка. Матвей встречал меня, как и всегда, с высокомерной улыбкой. Мы поприветствовали друг друга, пожали руки и зашли к нотариусу. Мужчина сидел в центре стола.

Мы опустились за стол друг напротив друга, каждый рядом со своим юристом.

— Я продаю тебе компанию раньше только лишь потому, что меня попросила Милена, — небрежно сказал Игнатьев.

— Что она пообещала за это? — я выгнул бровь.

— Это не так важно, — усмехнулся тот.

Нотариус разложил документы передо мной, а юрист показал пальцем на строчку, наклонился и шепнул, что акций не хватает.

Что?

Я вспыхнул.

Вскочил со стула и закричал:

— Какого черта сорок шесть процентов акций? Где еще пять? Ты с ума сошел?! Мы так не договаривались!

— Но и ты вроде как не разведен? Мы тоже так не договаривались, — дерзко ответил он и не спеша встал.

— Кому ты их продал? — гневно рявкнул я.

Мы игнорировали вопросы, сверля друг друга взглядами.

— Мне предложили солидную сумму, и я решил продать их, — сдержанно сказал Игнатьев.

— Игорь Александрович, давайте успокоимся, — услышал я недовольный голос нотариуса, но я не обратил на него внимания.

— Кому? — стремительно обошел стол, схватил Матвея за воротник пиджака, крепко прижал к стене и злостно потребовал ответов на вопросы. — Говори: кому?! Где мои пять процентов? Кому ты их продал?

— Давай ты сначала отпустишь меня, — с фальшивой вежливостью попросил он.

Друг обхватил мои запястья. Я неохотно убрал руки и теперь внимательно смотрел на него, ожидая объяснений.

— В документах числится имя девушки, но со мной приходил договариваться мужчина, — признался он.

Я замахнулся, но кулак замер в паре сантиметров от его лица.

— Сука… — процедил я и медленно опустил руку.

— Успокойтесь! — почти одновременно пробурчали юристы, стоящие позади нас.

— Если вы сейчас же не успокоитесь, я вызову охрану, и сделка не состоится, — нервно выкрикнул нотариус.

Я развернулся, снисходительным взглядом скользнул по мужчинам, выставил ладонь, давая понять, что нам нужно разобраться. Они хотели что-то сказать, но лишь молча прикрыли рты.

— Сука! — повторил я и понизил голос. — Зачем ты это сделал?

— За них предложили огромную сумму. Я подумал: почему бы и нет. Но если ты хочешь их вернуть, то сам и разбирайся, — он растянул губы в ехидной улыбке.

Кажется, он наслаждался моими эмоциями.

Я постарался успокоиться и вернуть самообладание.

— Разберусь. Продавай мне сорок шесть процентов и расходимся. Только теперь еще жду контакты того мужчины, — добавил я, понимая, что он больше ничего мне не скажет.

— Хорошо, скину, — выдавил он, поправляя пиджак.

Мы вернулись на места.

— Потом поедем ко мне, отметим сделку, — с нескрываемым удовольствием предложил Матвей и развалился на стуле, сложив руки на стол.

— Я не поеду к тебе, у меня вечером планы с женой, — мельком взглянул на него и взял в руки документы, чтобы продолжить изучать.

— Милена приготовила ужин в честь этой сделки. Давай не будем огорчать нашу подругу, тем более, туда уже едет Виктория.

— Вика? — от удивления я отложил бумаги.

— Да-да! Открою тебе маленький секрет, — он вжался грудью в стол, наклоняясь ко мне.

— Какой же? — нахмурился я.

— После ужина я сделаю Милене предложение. Хочу, чтобы она стала моей женой.

— И поэтому ты продаешь контрольный пакет акций раньше?

— Именно, — он не смог сдержать довольной ухмылки. Он весь светился изнутри. — Хочу, чтобы наш ужин в качестве друзей был последним в этом доме, а потом мы начнем готовиться к свадьбе.

— Я буду счастлив, если вы поженитесь, — криво улыбнулся я, взял ручку и подписал бумаги.

Через час я снова стал владельцем контрольного пакета акций, правда неполного, и это, откровенно говоря, сильно напрягало. В ближайшее время я верну остальное. Разберусь. Единственное, что тревожило меня отстраненное состояние Вики.

Пока я ехал к коттеджу Игнатьева, созвонился с Марком, поделился информацией о сделке, и мы поговорили о рабочих моментах.

Наконец-то грани игры разрушены, я победил.

Завтра я распахну двери своей компании и вновь переступлю порог как владелец. Но самый главный приз — Вика.

Я так сильно люблю ее...

Помимо этого, безумно рад, что моя сестра оказалась жива, и теперь у меня есть еще и племянница…

Прекрасный день. Я счастлив.

Надеюсь, мы быстро поужинаем и поедем домой наслаждаться друг другом.

ВИКТОРИЯ

На террасе дома Игнатьева с фальшивой улыбкой меня встретила Милена, скрестив руки на груди. На ней было белое облегающее платье ниже колен, добавь фату, и можно смело идти к алтарю с Покровским.

— Привет, дорогая! — иронично произнесла она.

В этом приветствии прозвучало столько злорадства и яда.

— Привет, Милена, — равнодушно сказала я.

— Рада тебя видеть. Проходи, пожалуйста, — она продолжила говорить в высокомерном тоне, развернулась и распахнула для меня панорамную дверь.

Я вошла в гостиную, Милена последовала за мной.

При виде ее в голове вспыхивали слова Златы.

Милена беременна.

Я огляделась. Комнату заливал дневной свет. Через стеклянную стену виднелась высокая изгородь из туй, и сквозь нее пробивались солнечные лучи, рассыпаясь полосками на мраморном полу.

Посреди стоял шикарно накрытый длинный стол.

— Присаживайся!

Она прошла к нему и гордо села на кресло как королева, а я опустилась напротив.

— Угощайся, — предложила Милена, театрально взмахнув рукой над столом.

— Спасибо, я не голодна.

— М-м-м, наверное, кусок в горло не лезет после той новости, которую тебе сообщила Злата, да? — с едким «умилением» произнесла та.

— Очень рада за вас! — сдержанно ответила я.

— А я буду рада, когда вы разведетесь! — по-прежнему фальшиво улыбаясь, она плеснула в стакан апельсиновый сок.

— Не переживай, скоро этот день настанет! — усмехнулась я, положила руки на стол и сплела пальцы. От одного слова «разведетесь»горечь просачивалась по клеткам.

Мы обменивались презрительными взглядами, пока не хлопнула дверь, и я не услышала голоса Игоря и Матвея.

— Девушки, поздравьте Покровского с шикарным приобретением, — радостно сказал Игнатьев, и игриво обхватил одной рукой шею моего мужа. — Будем праздновать! Наливайте виски!

Они подошли к середине стола.

Матвей скинул руку и подхватил бутылку. Пока он откупоривал односолодовый напиток, Игорь присел рядом со мной. Он выглядел счастливым и довольным.

Он взял мою ладонь, коснулся костяшек пальцев губами и прошептал:

— Все хорошо?

— Да ни черта не хорошо! — вспыхнула я, отдернув руку, и стремительно поднялась с кресла. — Как же я устала от этого цирка! Может, ты уже расскажешь, Милена, всю правду?

Я решительно нажала на кнопку детонатора.

До взрыва оставалась одна минута.

Время пошло…

Игорь сидел ошарашенный, желваки нервно заиграли на его лице. Игнатьев свел брови и поставил бутылку обратно на стол, а потом они посмотрели на Милену.

— Наверное, ты хотела грациознее сообщить такую невероятную новость? — я продолжила говорить на повышенном тоне, сдерживая бурлящий гнев внутри.

Милена метнула в меня негодующий взгляд.

— Я думала, что для начала мы поужинаем и выпьем, — она старалась говорить хладнокровно и невозмутимо.

— Да хватит уже этих игр! Либо скажу я, — возмущение нарастало с непреодолимой силой.

— Друзья! — она сделала театральную паузу. — Я собрала вас на этот ужин не только отметить возвращение компании Игоря, но и сообщить о том, что у нас с ним будет ребенок.

Девушка самодовольно улыбнулась.

Я по очереди наблюдала за каждым. Матвей смотрел на Милену, и в его потемневших глазах рушились надежды о воссоединении, а на моих подкрадывались слезы. Я изо всех сил старалась сдерживать их, чтобы не разрыдаться.

Игорь находился в полном смятении, и извиняющимся взглядом смотрел на меня.

— Что-о-о? —протянул Матвей, прерывая зависшее молчание. Он застыл, будто пытался понять, не послышалось ли ему.

— Последствия волшебной ночи в Питере, — ехидная улыбка не сходила с лица Милены.

— Тварь! — прорычал Матвей, и направил указательный палец сначала на Милену: — Ненавижу тебя! С этого момента забудь дорогу ко мне! — а потом перевел жест в сторону Игоря: — Ты же клялся, что ничего между вами никогда не было! Ты ответишь за это. Я убью тебя! — заорал он на всю комнату.

Матвей обхватил край стола двумя руками и в порыве злости опрокинул его вперед. Фарфоровые тарелки и хрустальные бокалы с грохотом разбились о пол. Звук трескающегося стекла прорезал пространство и теперь эхом колыхался в воздухе. Я вздрогнула, закрыла глаза и плотно прижала ладони к вискам. Внутри меня до сих пор откликался этот разрушительный звон.

Сокрушительный.

Он словно острым клинком рассекал счастливое прошлое от болезненного будущего. Разрезал сердце на мелкие, кровавые куски.

Не успела я приоткрыть веки, как в одно мгновение, словно кровожадный хищник, Игнатьев накинулся на Игоря с кулаками. Он быстро повалил его со стула и резко нанес удар по лицу. Замахнулся снова, но Игорь увернулся и попытался скинуть обезумившего друга.

— Ненавижу! — в гневе рычал Игнатьев, продолжая размахивать кулаками. — Ненавижу тебя!

— Какого черта! — взорвался мой муж, хотел скинуть его с себя, но Матвей крепко вцепился в плечи, и они перевернулись.

Теперь Игнатьев лежал на спине, а мой муж сидел на нем, они, не останавливаясь, наносили кулаками увечья по лицу и телу друг другу.

— Сволочь! — яростно орал Матвей. — Ненавижу вас!

— Хватит! — Милена вскочила с кресла и закричала в полный голос. — Остановитесь!

Но они, погруженные в драку, не слышали ее.

Когда их пыл стал угасать, я набралась смелости и решила подойти. Игорь поднял было руку и хотел нанести очередной удар по красному и окровавленному лицу Матвею, но я положила ладонь ему на плечо.

— Успокойтесь оба! — приказала стальным голосом.

Он развернулся ко мне. Повисший в воздухе кулак разжался, а вторая мускулистая рука отпустила глотку Матвея. Тот тоже отпустил его шею.

Градус ярости, окутавшей их, понижался, давая одуматься. У каждого капала кровь из носа, и на лице выступали синяки. Тяжело дыша, Игорь слез с Матвея и молча ушел в ванную, прижимая к носу рукав.

Игнатьев стукнул кулаком по мраморному полу, глядя в потолок затуманенным взглядом. Спустя минуту медленно поднялся на ноги.

— Выметайся… — процедил он сквозь зубы Милене.

— Может, поговорим?

— Выметайся! — рявкнул он, вытирая кровь с лица о плечо.

— До встречи! — она сделала вид, будто ничего не произошло, подхватила сумочку с дивана и скрылась.

Стерва!

Мы обменялись с ним сожалеющими взглядами, и он ушел на второй этаж, накрывая ладонью распухший, окровавленный нос.

Игорь появился в гостиной, прошел на кухню и вернулся с пакетом льда, завернутого в салфетку. Он приложил его к переносице.

Покровский сел на пол, прижался лопатками к стеклянной стене и откинул голову назад. Я опустилась рядом и тоже оперлась спиной о холодную стену, разочарованно уставившись в одну точку.

— На этот раз мы точно разводимся!.. — тихо заявила я. От этих слов сердце болезненно надломилось.

Сжалось.

Заныло.

— Я не отпущу тебя! — уверенно заявил он.

— Отпустишь, если любишь, как бы банально это не звучало.

— Ты останешься моей женой!

— Потому что ты так хочешь? А про мои чувства ты забыл? — с негодованием произнесла я и посмотрела на него: — Ты не представляешь, как мне больно!

— Мы переживем это! — он с надеждой посмотрел на меня, убирая лед от носа.

— Мы ни хрена не переживем это. Ты соврал мне, и у вас с Миленой будет ребенок, — отрицательно качала я головой. — А самое омерзительное, что ты развлекался с ней в номере рядом, совсем как Влад!

Я нервно сглотнула.

Предательство жгло каждую молекулу моего тела.

Милена беременна.

Он поступил как Влад.

— Прости. Я знаю, что должен был признаться сразу, но я так боялся тебя потерять. Я готов заслужить твоё прощение и доверие любой ценой.

— Так просто? Ты думаешь, что так просто? — раздраженно возразила я.

— Вика…Все будет хорошо! Я все решу. И для начала нужно удостовериться, что отец именно я.

— Ты… Конечно ты. Вы проснулись в одном номере… — с дрожью в голосе сказала я. А на душе было паршиво. Я не могла и представить, как он касался ее. Трогал. Целовал. Ласкал.