***

Ночная тишина окутала особняк, когда две кареты, абсолютно идентичные друг другу, были поданы к выходу. В каждую из них сели фигуры, облаченные в черные манто с капюшонами, скрывающими их лица. Дверцы карет с глухим звуком захлопнулись, и кучера, уверенно взмахнув хлыстом, тронули лошадей. Кареты покатились по аллее, но, как только они выехали за пределы особняка, они разъехались в разные стороны, исчезая в густой ночной мгле.

Даниэль стоял у окна, глядя в темноту, переживая за сестру. Пытаясь успокоиться он раскуривал трубку, прищуриваясь от едкого дыма, который заполнял воздух вокруг. Лишь бы все получилось. После нескольких минут, проведенных у окна, он неторопливо отошел от него и сел в кресло, взяв в руки письмо написанное князем и вновь перечитал текст.

На рассвете он велел седлать коня. Тетушка Мэри со слезами на глазах перекрестила фигуру постепенно удаляющегося всадника.

Поселение Аинлир находилось в двух часах езды от Борвеша. Когда Даниэль добрался до этого места, его взору открылась печальная картина: обветшалые домики стояли на грязных улицах, которые были изрыты следами телег и копыт скота. В воздухе витал запах навоза и сена, а куры, испугавшись гнедой лошадки по кличке Бетти, разлетелись в разные стороны, громко кудахча.

Жители Аинлира, которых здесь было не более пятнадцати человек, выглядели болезненно и угрюмо. Их взгляды были неприветливыми и полными недовольства, когда они смотрели на молодого господина, который явно был чужд этой забытой местности.

Даниэль, почувствовав тяжесть мушкета, комфортно лежавшего в кобуре у его левого бедра, немного подстегнул свою лошадь. Животное, неспешно шагая по грязевой жиже, продолжило свое движение. По мере того как он проезжал мимо очередного жителя, каждый из них останавливался и пристально глядел ему в спину. Когда центральная улица поселения завершилась, он решил остановиться и обернуться, чтобы посмотреть на тех, кто остался позади. Люди стояли, уставившись на него, и не испытывали ни малейшего смущения, таращась во все глаза.

Хриплый мужской голос, исходивший откуда-то спереди, отвлек Даниэля.

– Куда это ты, милый человек, собрался? – проскрежетал он. Даниэль взглянул вперед и заметил старика, опирающегося на трость, с лицом, изрезанным морщинами.

– Я ищу дорогу к замку Аинлир, – ответил он, стараясь говорить четко и громко, чтобы его услышали.

– А-а?! – переспросил старик, открыв рот, в котором зияла пропасть, украшенная лишь одним гнилым зубом.

– Всеволод Волконский. Хозяин замка Аинлир пригласил меня на ужин, – добавил Даниэль, не собираясь скрывать правду, ведь эти люди, наверняка знали о замке и его хозяине.

Старик, услышав намерение городского франта, рассмеялся.

– Ну, езжай, езжай, – произнес он.

– Но я не вижу дороги, которая вела бы меня к замку.

Старик удивленно обернулся, как будто дорога только что была тут и вдруг пропала. Потом пожал плечами и с ехидной улыбкой бросил в сторону всадника.

– А ты проложи ее сам, – хрипло засмеялся старичок, проходя мимо. Даниэль приподнял брови, цокнув языком от недоумения и осмотрел границу леса, которая начиналась неподалеку.

– М-да, занятно, – тихо произнес он, дернув поводья, чтобы лошадь пошла вперед.

Слова «проложи ее сам» не были шуткой. Он постоянно сверялся с картой и компасом, стараясь не сбиться с пути и не заблудиться в этом густом лесу, который казался бесконечным. Дороги здесь не было, а о тропах и говорить не приходилось – лишь дикая природа, полная деревьев, мха и всего того, что по обычаю растет и обитает в лесу.

– Будь ты трижды проклят, князь Волконский! – выругался он с досадой, осознавая, что прошел уже немалый путь, а замок так и не появился на горизонте. Внезапно что-то шевельнулось за деревьями, и Даниэль, инстинктивно взявшись за мушкет, прошептал успокаивающие слова Бетти. Но вскоре его внимание привлекла еще одна тень, мелькнувшая справа.

Даниэль моментально выхватил оружие и замер, готовый к возможной схватке. Он метко стрелял и умел контролировать свои эмоции, но Бетти явно не обладала последними навыками. Привыкшая к шуму и суете городских улиц, лошадь не собиралась мириться с атмосферой леса, полного хищников и неизвестных опасностей. Испугавшись очередного шороха, она встала на дыбы, сбросив Даниэля.

– Чертова кобыла! – успел выругаться он, когда, потеряв равновесие, полетел вниз. Бетти стремительно ускакала прочь.

Потерев затылок, Даниэль поднялся на ноги и осмотрелся кругом. Отлично, теперь он остался и без лошади. Как-то невежливо выходит со стороны князя. Так относиться к гостям.

***

Одна из карет, покинувших особняк в Борвеше, мчалась по дороге, оставляя за собой столбы пыли. Кучер, уверенно управлявший двойкой крепких скакунов, не собирался останавливаться. Он гнал лошадей изо всех сил, чувствуя, как ветер свистит в ушах. Но внезапно его путь преградило упавшее дерево, которое, похоже, стало жертвой недавнего шторма. Кучер, резко натянув поводья, издал гневный крик, проклиная все на свете, и кони, заржав, остановились.

– Чтоб вас! – выругался он, спрыгивая с облучка и направляясь к преграде. Его взгляд медленно скользнул к основанию дерева, где он заметил свежие зазубрины, оставленные топором. Понимание того, что произошло, пришло к нему слишком поздно, и он быстро обернулся, спеша к карете, чтобы предупредить пассажира о возможной опасности. Но, к его ужасу, на дорогу вышли грязные оборванцы с ехидными улыбками.

Один из них быстро подошел к двери кареты и распахнул ее, после чего раздался женский крик. Внутри сидела молодая служанка тетушки Мэри, ее лицо было искажено ужасом.

– Ты еще кто такая? – нахмурился оборванец, глядя на нее.

– Я прислуга в доме Хеллнелфелд, – пролепетала девушка, стараясь сохранить спокойствие. – Еду домой навестить матушку.

– А-а? – с недоумением произнес оборванец.

– Она во второй карете, – пробормотал его напарник.

– Извольте откланяться, – неуклюже извинился оборванец, и, захлопнул дверцу с такой силой, что волосы девушки взметнулись в воздух.

Вторую карету нагнали далеко за пределами Борвеша. Остановить ее оказалось гораздо сложнее, и всаднику, преследующему удирающих, пришлось потрудиться, чтобы на ходу угрожать мушкетом и заставить кучера остановиться.

Когда, наконец, эта гонка завершилась, и уставший преследователь распахнул дверь кареты, там сидел пьяный кузнец в женской мантии, который вальяжно отпил вино, сонно икнул, почесывая живот, и, с довольной улыбкой на лице, спросил:

– Что, мы уже приехали?

***

Кэти покинула особняк через час после того, как ускакал Даниэль. Ей предоставили в распоряжение самого быстрого и молодого скакуна, который являлся настоящей гордостью тетушки Мэри. Коня звали Феникс, что было вполне оправдано, учитывая его яркую огненную масть. Он мчал как ветер полный сил и энергии, как будто не знал, что такое усталость. Однако, несмотря на его неутомимость, Кэтрин решила сделать остановку, чтобы дать коню немного отдохнуть. Она спешилась и, ведя Феникса под уздцы, неторопливо шла по дороге.

Утренний туман окутывал поля, ласточки, порхающие высоко в небе, радовали слух своими мелодичными трелями. Но в сердце ее не было покоя. Она думала о Даниэле, который смело отправился в логово возможного убийцы. Кто этот Всеволод Волконский? Какие странные у него инициалы кажется славянские. Мысли Кэтрин вновь вернулись к её недавнему сну. Неужели тот таинственный мужчина из храма и есть загадочный хозяин Аинлира?

Внезапно Феникс, словно почувствовав её беспокойство, прижал уши к голове и издал настороженное фырканье. Кэтрин остановилась и, поглаживая взволнованного коня, попыталась успокоить его. Но Феникс явно ощущал нечто опасное, что заставляло его нервничать. Кэтрин прислушалась к окружающим звукам. Вдали, в пелене тумана, она услышала топот копыт всадника. Феникс внезапно встал на дыбы, подавая сигнал своей хозяйке о том, что нужно спешить. И Кэти не заставила его долго ждать.

Вскочив в седло, Кэти сразу же пустила Феникса в стремительный галоп. Ветер сорвал шляпку с ее головы, а сердце колотилось от адреналина. Спустя всего минуту она заметила, что за ней мчится всадник на вороном коне, облаченный в черное с головы до ног. Он быстро нагонял ее, и Кэти почувствовала, как страх начал овладевать ею. Однако благодаря доброте и заботе своей хозяйки, Феникс получил большое преимущество и был полон сил и энергии. Он начал набирать стремительную скорость в отличии от вороного, который шел в галопе уже несколько часов.

Несмотря на то, что всадник немного отставал, он явно не собирался прекращать погоню. Кэти уверенно держалась в седле специальное платье для верховой езды позволяло ей сидеть по-мужски, что давало дополнительную устойчивость. Но вот от резких движений и прыжков, которые совершал испуганный Феникс, ее одолевали мысли, что вот-вот она вывалится из седла. Волосы девушки выбились из прически, развиваясь на ветру. Она слышала за спиной утробное фырканье коня преследователя и, не желая терять ни секунды, стала подгонять своего.

– Скорее, родной! – закричала она, чувствуя, что Фениксу хватит сил уйти от преследователя. – Мчи, миленький, ну же!

Их гонка длилась около двадцати минут, пока Феникс, не сбавляя скорости, не влетел в оживленное поселение на окраине Уортрон. Здесь ей пришлось перейти на рысь, чтобы не сбить прохожих. В городе царила атмосфера жизни: торговцы громко зазывали покупателей к своим лавкам, выставляя на витрины яркие ткани и свежие продукты, а джентльмены старались угодить своим дамам, предлагая им цветы и сладости. Бродячие собаки, настороженные и любопытные, увивались за Фениксом, обнюхивая воздух и поскуливая.

Вороной конь остановился, крутясь вокруг своей оси, всадник некоторое время строгим взглядом смотрел ей вслед, затем он натянул поводья и, развернув своего коня, ускакал в другую сторону. Кэти, переведя дух, благодарно похлопала по шее Феникса, который все еще был немного в панике, жуя трензель и дергая гривой.

Она прекрасно понимала, что её преследователь не оставит её в покое и рано или поздно найдёт в этом городе, независимо от того, где она будет прятаться. Бежать бесконечно – тоже не вариант, Феникс не выдержит таких гонок бесконечно, а если учесть, что и её врагу тоже нужно время на отдых, то нужно срочно поспать и поесть. Ну не будет же он посреди дня похищать ее. Поэтому, стараясь успокоить своё дыхание и не поддаваться панике, она несколько раз сделала глубокий вдох. В её кармане находился Дерринджер – дамский пистолет, который ей подарил Даниэль на её шестнадцатилетние. Он всегда был при ней в любых путешествиях, и придавал хоть немного, но уверенности в себе. Если этот негодяй снова решит приблизиться, она не раздумывая применит своё оружие.

Собравшись с мыслями, Кэти натянула поводья и остановила Феникса возле трактира. У лестницы её встретил трактирщик, что, раскуривая свою огромную трубку, с любопытством наблюдал за прекрасной девушкой. Она спешилась, шепча ласковые слова животному, и повела его к коновязи. Убедившись, что Феникс надёжно привязан, Кэти обернулась к грузному мужчине и, мило улыбнувшись, спросила:

– Доброе утро. Могу я узнать, есть ли у вас свободные комнаты?

– Для вас мы всегда найдём место, – с улыбкой ответил трактирщик, явно оценив её красоту.

– Славно, – радостно произнесла Кэти. Мужчина, осмотрев улицу, потёр бороду и направился внутрь двухэтажного дома с большой мансардой.

Когда Кэти вошла в трактир, её приятно удивило, насколько здесь было уютно и мило. Внутри царила тёплая атмосфера: за покерным столиком сидели две барышни, которые явно вели асоциальный образ жизни, вместе с парой таких же кавалеров. Кэти уверенно следовала за трактирщиком, который вёл её на второй этаж.

На втором этаже он подошёл к одной из дверей, остановился, достал связку ключей и открыл обшарпанную дверь.

– Вот это самая лучшая комната для самой красивой леди, – произнёс он с улыбкой.

– Благодарю, – ответила Кэти, и, доставая монеты, она отдала ему три серебряные. Но трактирщик, поджав губы и приподняв одну бровь, намекнул, что этого недостаточно. Поняв намёк, Кэти добавила ещё две монеты, и он, расплывшись в широкой улыбке, произнёс:

– Приятного отдыха.

Передав ей ключ, трактирщик, казалось, собирался уйти, но Кэти, вспомнив о своем коне, остановила его.

– Могу ли я попросить вас позаботиться о моем коне, накормить его и почистить? – спросила она с надеждой. Мужчина, радостно развел руки, радуясь прибыли.

– Для вас леди, что угодно, – ответил он.

Спустя примерно час, устроившись в удобном кресле, она начала записывать события, которые произошли с ними за последнее время, в свой дневник. Она аккуратно вписывала имена и описания людей, с которыми столкнулась, когда внезапно задумалась о своем брате. Мысли о нем были тяжелыми, и в этот момент ее желудок издал жалобное урчание. Кэти вздохнула, отложила записную книжку на маленький столик и решила, что ей необходимо спуститься вниз, чтобы поесть. Интересно, будет ли еда в этом трактире такой же пригодной?

Когда она спустилась, то заметила, что внизу стало более оживленно, чем час назад. Люди разговаривали, смеялись и наслаждались атмосферой заведения, сильно пахло табаком и жареным мясом. Кэти, собравшись с духом, уверенно подошла к стойке.

– Я хотела бы пообедать, – громко произнесла она, стараясь привлечь внимание трактирщика.

– О, для самой красивой леди у нас самые вкусные щи, – с улыбкой ответил трактирщик, явно радостный от того, что у него есть возможность обслужить такую гостью.

– А на второе?

– Что предпочитаете: кабана или рыбу?

– Я возьму рыбу, – ответила Кэти.

Выбрав себе уютный столик в уголке трактира, девушка села, погружаясь в мрачные мысли о Даниэле. Она не могла избавиться от чувства тревоги, которое не покидало её с тех пор, как они расстались. В то время как она размышляла о том, как там обстоят дела с ним, на её столе появилась тарелка с рыбой. На удивление, она оказалась невероятно вкусной. Утолив голод девушка вернулась в свою комнату. Как только Феникс немного отдохнёт, она непременно продолжит свой путь. Но сейчас у неё была возможность сосредоточиться на работе.