Глава 4. Эвакуация

Со стороны танкера раздались резкие звуки выстрелов, и все, кто был на побережье, настороженно уставились в сторону судна. Селезнев сделал несколько шагов к воде, с ужасом глядя на Эсхатон.

— Что за чертовщина там творится? — прохрипел Селезнёв. — Они, что стреляют?

— Срочно эвакуируйте людей из близлежащих отелей! — громко проорал генерал, заставляя Селезнёва вздрогнуть и резко обернуться. Заметив командующего, он мгновенно выпрямился, принял военное положение и, хотя уже слышал приказ, от волнения переспросил:

— Что прикажете делать, генерал?

— Я сказал немедленно эвакуировать людей из близлежащих отелей, мать твою! Ты что, оглох?

Лицо его покрылось потом, а глаза налились гневом. С каждой секундой паника на суше нарастала. Звуки выстрелов не прекращались, вызывая в его памяти воспоминания о недавнем звонке из вышестоящего руководства, которое обрушилось на него с отборным матом и требованиями немедленной эвакуации жителей.

***

Чёрный автомобиль, в котором находился выловленный утром труп, аккуратно упакованный в плотный патологоанатомический мешок, уверенно двигался по дороге в направлении морга. Водитель, мужчина средних лет с усталым лицом, увеличил громкость любимой мелодии, звучавшей из динамиков. В то же время он потягивал крепкий кофе, чтобы хоть как-то взбодриться после бессонной ночи. Мимо проносились другие автомобили, и водитель лениво бросал на них взгляды, покачивая головой в такт музыке. Он сделал ещё один глоток кофе, когда вдруг услышал какой-то шум сзади. Однако, не придавая этому значения, он продолжал движение. Если труп упал с носилок, то хуже мертвецу уже не будет.

Спустя примерно час он наконец подъехал к мрачному зданию морга. У входа его уже ждал следователь, а рядом с ним стояли несколько работников морга, готовых принять тело. Водитель остановился, по-хозяйски хлопнул дверью, обошёл машину и, приветствуя дожидающихся его людей, открыл задние двери и немного опешил, заметив, что пакет на полу начал шевелиться.

— Что за…

Он не успел выругаться, потому что следователь, заметив причину его замешательства, резко оттолкнул его в сторону и, не теряя времени, забрался внутрь автомобиля. Мужчина быстро расстегнул молнию пакета и с ужасом уставился на шевелящуюся челюсть мертвеца, который издал нечленораздельный рык, щёлкая зубами и отчаянно пытаясь освободить руки. Следователь, отпрянув от пакета, чуть не потерял равновесие и в шоке произнёс:

— Он жив!

Работники морга, услышав его слова, поспешили подойти ближе, уставившись на смердящего уродца. Быстро ухватились за носилки и вытянули их наружу.

Один из работников расстегнул молнию пакета, желая освободить, как он думал, живого человека. И как только мертвец освободил руки, он вцепился в запястье работника морга, вгрызаясь осколками зубов. Мужчина в ужасе закричал, отталкивая голову зомби, следователь попытался оттащить его от опасного существа. Водитель же остался стоять в полном шоке, не в силах отвести глаз от этого абсурдного и жуткого зрелища.

***

Услышав странные звуки, напоминающие стрельбу, меня охватило любопытство и тревога одновременно. Я вышла на балкон и вскоре заметила, что некоторые соседи тоже вышли, перешептываясь и прислушиваясь к звукам, напоминавшим автоматные очереди. Один из мужчин, явно взволнованный, обратился к охраннику, который сидел на стуле у ворот:

— Что это за звук?

Однако охранник, казалось, был поглощён чем-то в своём телефоне и не дал ответа, что совсем не понравилось мужчине.

Вскоре подъехал автобус, из которого вышли люди в форме. Их появление вызвало у меня неприятный холодок по коже, и я невольно обернулась, чтобы взглянуть на свою сестру, которая уже шла ко мне и с тревогой спросила:

— Это что, выстрелы, Сонь?

Я промолчала. Меня охватило странное чувство страха и предчувствие чего-то недоброго. Я просто молчала, наблюдая, как военные быстро заходят в кафе напротив, где мы покупали шашлыки. Один из военных подошёл к нашему отелю и начал говорить с сотрудниками, которые тоже вышли на улицу. Кира всё ещё стояла рядом, тоже молча наблюдая за ними.

— Я ничего не слышу, — прошептала я.

Вдалеке вновь раздались выстрелы, и где-то этажом выше послышался детский плач. Кто-то из толпы закричал имя Маши, где-то завыла сирена скорой помощи.

— Что происходит? — к нам вышла мама, явно сильно обеспокоенная.

— Наверное, из-за этого корабля, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Ты лучше побудь с Никитой, чтобы он не испугался.

Мама, заметив автобус и военных, мгновенно вернулась в номер, потому что Никита уже бежал к нам с испуганным выражением на лице.

Сестра закрыла дверь, и я заметила, что она тоже не на шутку взволнована. Я сама начала чувствовать, как меня слегка трясёт от страха. Сотрудники отеля бросали на нас взгляды, и почти все отдыхающие в отеле с тревогой и недоумением наблюдали за происходящим на улице.

— Я тебе говорю, кто-то стреляет. Это автоматные очереди, — раздался голос мужчины, стоящего на балконе чуть выше и левее нас. Он говорил по телефону. — Сейчас все закроют и хана отпуску. Надо было в Турцию лететь…

Мы с сестрой обменялись тревожными взглядами. Военный, стоявший возле нашего отеля, внезапно вернулся к автобусу, что-то сказал водителю, и тот, послушно кивнув, немного проехал вперед, предоставляя возможность еще двум автобусам проехать по дороге к следующему отелю. Пик волнения наступил, когда раздался звук сирены. Этот звук невозможно описать словами — он проникает в самую душу, неся мощную энергетическую волну, которая врывается в уши и заставляет сердце колотиться в груди, а дыхание замирать.

— Кира, что происходит? — крикнула мама из комнаты.

— Ба, почему сирена работает? — послышался голос Никиты.

— Это просто проверка системы оповещения, — ответила я, входя в комнату. — Я пойду вниз спрошу, зачем автобусы приехали.

Кира тоже вошла в комнату, плотно закрыв за собой дверь. Сирена стала тише, но всё ещё нагнетала обстановку.

Я быстро вышла за дверь, прошла по коридору, спустилась вниз по лестнице. В холле царила пустота, но на улице уже собралось множество людей. Среди них были продавцы из местных кафе, наши соседи, военные, сотрудники отеля и ещё несколько человек. Я открыла стеклянную дверь в тот самый момент, когда к нам подошли ещё военные. Один из них, высокий и с серьёзным выражением лица, начал говорить, привлекая внимание всех присутствующих.

— Значит так, слушаем внимательно, спокойно и без паники, — произнес он, его голос был строгим и уверенным. — Сейчас сотрудники отелей быстро пройдут по номерам и оповестят всех гостей о том, что их отпуск закончился. Всем в приказном порядке велеть собрать свои вещи и без спешки подойти к автобусам. Всем всё ясно? — Он осмотрел молчаливые лица людей. Тогда он повторил значительно повысив голос: — Все спокойно собирают вещи и выходят на улицу! В автобусах есть места для всех!

Мне не требовалось повторять трижды, поэтому, не теряя ни минуты, я покинула толпу, которая ожила от оцепенения и начала засыпать военных вопросами. Быстро поднявшись по лестнице, я пробежала по коридору и вошла в комнату, где меня встретила мама с тревожным выражением на лице. Никита обнимал Киру, сидя на кровати.

— Всем сказано собрать вещи и сесть в автобус. Давайте поторопимся, чтобы занять хорошие места, — стараясь говорить как можно спокойнее, произнесла я.

Никита, услышав меня, сразу же взялся за дело и начал собирать свои вещи. Мама села на кровать рядом с Кирой, и я почувствовала на себе их взгляды.

— Я не шучу, отпуск закончился, — произнесла я сдержанно, чтобы не выдать своего внутреннего волнения. — Всё станет ясно в дороге, — добавила я.

— Ничего не поняла, — произнесла мама. — Хотя бы что-то объяснили?

— Да, особо ничего не сказали, просто попросили не паниковать, — ответила я. Я бросала взгляды на Киру, надеясь найти в ней поддержку.

— Ну что ж, раз так сказали, значит, надо собираться, — бодро произнесла Кира. — Давайте быстренько соберем вещи, — добавила она, вставая с кровати и принимаясь собирать свои вещи. Мама, немного пришедшая в себя, тоже взялась за сумку, а Никита, с важным видом, ходил по комнате, помогая всем нам. Я облегченно выдохнула, мысленно поблагодарив Киру за её сообразительность.

Когда мы вышли к автобусу, то оказались одними из первых, кто готов был занять места. На улице разгорелся жуткий скандал: не все туристы были согласны прерывать свой отпуск и начали требовать объяснений.

Мы шли к автобусу, прислушиваясь к скандалу, который грозил перерасти в откровенную перепалку. У двери автобуса стоял военный, его лицо было серьёзным, а движения — чёткими и уверенными. Заметив нас, он молча постучал по стеклу, и водитель сразу же открыл дверь.

— Я помогу, — произнес военный, беря у мамы её сумку с вещами. — Проходите, — добавил он, указывая на места. Мама, не раздумывая, пропустила вперед Никиту, потом Киру и взглянула на меня.

— Заходи, — сказала я ей, а сама посмотрела на группу людей, споривших с военными. В толпе выделялась тучная дама, которая кричала громче всех — главная заводила.

— А кто нам деньги вернёт за все это? — кричала она, размахивая руками.

— Обнаглели, и главное, ничего не говорят! — добавлял хмурый мужчина, стоявший за её спиной и подливающий масла в огонь.

— Все вопросы потом! — громко произнес военный.

— Когда потом? Почему я должна своих детей таскать куда-то из-за вас! — орала она.

— Мы останемся! — крикнул кто-то с балкона, и я посмотрела на семью с двумя детьми.

— Правда, куда нас повезут? Никто ничего не говорит, — сказала мама Кире.

— Чего они спорят, ба? Сказали же всем сесть в автобус, — тихо заметил Никита.

— Ну что, выбрал место? — бодро спросил военный у Никиты, заглядывая в автобус. Никита кивнул в ответ. — Самое хорошее? — улыбнулся мужчина.

— Да, — ответил Никита.

Я подошла к двери, и военный, стоящий у входа, любезно пропустил меня внутрь. Водитель, сидя за рулём, выглядел сосредоточенным и готовым к отъезду. Сирена продолжала трепать нервы.

Вскоре ещё одна семья с детьми последовала нашему примеру, рассаживаясь по местам в автобусе. Дети, полные любопытства, уставились в окна, наблюдая за суетой на улице.

Кира молчала, её взгляд метался между мной и группой людей, собравшихся у отеля. Мама копалась в своей сумке, что-то ища. Я не удержалась и спросила её:

— Что ты ищешь?

— Телефон не могу найти, — ответила она, продолжая проверять карманы сумки. — Он, наверное, остался на зарядке в номере, — предположила она.

— Сейчас схожу, — сказала я, собираясь встать.

— Не надо, вдруг уедем, — с тревогой остановила меня мама.

— Не уедете, автобус пустой, — заверила я её и, не дождавшись ответа, быстро выскочила из автобуса. Мой порыв был вызван не только желанием помочь маме, но и любопытством: я хотела услышать, о чём говорят военный, администратор и охранник, которые находились в холле отеля. Я заметила их через большие панорамные окна.