Цитаты из книг автора «Норман Дойдж»

лд выяснила, что обучение, даже в нестимулирующей среде, повышает выживаемость стволовых клеток. Таким образом, физические упражнения и обучение действуют комплементарно: во-первых, они создают новые стволовые клетки, а во-вторых, продлевают

Кроме того, Стэнли делает физические упражнения: «Три раза в неделю мы с женой выполняем силовые упражнения с помощью тренажеров CYBEX, а потом крутим педали на велотренажере от 30 до 35 минут».

Как нам подсказывает метафора Паскуаль-Леоне, нейропластичность похожа на мягкий снег, покрывающий гору. Съезжая с горы на санках, мы можем быть гибкими, потому что каждый раз имеем возможность выбирать разные пути

и от рождения обладают пластическим потенциалом. Некоторые сохраняют детскую гибкость психики на протяжении всей жизни. У других детская непосредственность, креативность и непредсказуемость уступают место рассудочной будничной упорядоченности, где повторяются одни и те же

хроническая травма может заставить клетки в болевой системе активироваться легче, приводя к пластическому изменению, которое делает человека гиперчувствительным к боли

Многочисленные исследования указывают на то, что сон помогает нам закреплять полученные за день знания и навыки, а также оказывает влияние на процесс пластических изменений. Когда

Концентрированная тренировка» – когда в течение всего двух недель выполняется огромное количество упражнений – помогает добиться пластических изменений в мозге.

Как и многие специалисты по нейропластичности, Тауб участвует в многочисленных совместных экспериментах. У него есть компьютерная версия курса терапии «принудительным использованием» для людей, не имеющих возможности приехать к нему в клинику, которая называется «AutoCITE» (Automated CI Therapy) и дает многообещающие результаты.

Паскуаль-Леоне (так же, как в свое время Тауб) обнаружил, что для формирования нового пути мы должны блокировать или ограничить его конкурента – наиболее активно используемый путь.

Если у нас развиваются хорошие привычки, они тоже «застывают». Но существует ли у нас возможность, после возникновения этих «трасс», или нейронных путей, сойти с них и перейти на другие? По мнению Паскуаль-Леоне, такая возможность есть, но сделать это сложно, потому что после того, как мы «накатали» эти трассы, они становятся «высокоскоростными» и очень эффективными с точки зрения управления санями при спуске с горы. Нам становится все сложнее переключиться на другой маршрут. Необходим какой-нибудь барьер, который заставит нас изменить направление.