Цитаты из книг автора «Нина Дашевская»

Мы с Зайцем идём в столовую. И тут выясняется: этот балбес на самом деле любит пирожки с капустой. А я ему тогда с яблоками оставлял! А он мне с капустой! Вот, наверное, часто так. Делаешь другому лучше, а себе хуже. А потом выясняется, что тому, другому, и нужно было другое! И ты, выходит, зря давился своим нелюбимым пирожком.

Функция. Почему такое слово гадкое, будто поликлиникой отдаёт? Функция, фу. «Функция», — пишу я на парте карандашом и показываю Зайцеву. — А на физике — диффузия, — говорит он. И пишет: «дифФУзия». Я пишу: «инФУзория». А Зайцев: «сУФфикс». — Это ещё почему? — Ну, «фу» наоборот. «Фудзияма», — пишу я. — Это ещё что? — Вулкан в Японии, ты не знаешь, что ли? — Я думал, собственные нельзя… А Тонька увидела, что мы пишем. Вот зрение, как подзорная труба! — Футбол, — говорит она. Да, физкультура — «Футбол». Но его же все любят? — Костик, а ты вообще любишь футбол? — Нет. Я плохо умею. Я больше волейбол люблю. — А я вообще люблю, чтобы индивидуальный спорт. Каждый за себя. Биатлон, там. Смотреть если. А так, сам, — просто бегать лучше, чем за мячиком каким-то. Надо же, попробуй найди человека, который не фанатеет от футбола. И любит игры со словами, да и просто слова. Что вот мы, как не слова?.. После человека остаётся что? Слова. Это много или что? Или пустое место, ничего.

Рядом сидит девушка с планшетом. Студентка, наверное. Взрослая, лет шестнадцать. Тоже что-то строчит. Я кошусь в планшет и вдруг вижу: стихи. Слов не вижу, неловко смотреть в чужое. Но стихи, по форме видно. Ничего себе. Она тоже сидит и пишет стихи, прямо сейчас! Я записываю в свой блокнот, чтобы не забыть: Рядом сидит девочка И пишет стихи в планшет. Может, просто так, А может, и нет. Может, и правда — поэт. Всё ж таки очень трудно удержаться и не посмотреть. И я смотрю. И вижу строчку внизу. «Рядом со мной чувак пишет стихи в блокнот. Значит, такие не перевелись; а я думала: всё, аут». После слова «аут» она поднимает на меня глаза. Обычное лицо, некрасивое, ничего особенного. Никогда бы не подумал… Такая толстоватая девочка, совсем не хорошенькая. Она вдруг увидела, что я прочитал. И совершенно нахально заглянула ко мне. И тоже прочитала. Вдруг мы начинаем хохотать. Сразу. Хохочем и не можем остановиться.

Потом мы сели в поезд. И я увидел на схеме, что станция «Динамо» названа в честь Дины. Так и написано: Дина Мо, Дина Моисеевна. Сразу написал ей. А она удивилась: столько лет там живёт и ни разу не подумала об этом!

Я рванул к своей двери и бегом по лестнице — ещё чего, лифта ждать. Самокат больно треснул меня сзади по ноге, по самой косточке. Кому даны ноги, тот может получить по косточке. Ерунда, конечно. А вообще да. Кому много дано — с того спросится. Красиво. Мне вот много дано или как? Мне дана скорость. И на этой скорости мой самокат задевает что-то такое, отчего все вещи с вешалки падают на меня. Не сразу встаю. Немного лежу, дышу каким-то пальто. Пуговица холодная у него. Лежу и думаю о смысле жизни. Нет, мир всё-таки прекрасен.

Мы шли и молчали. Чего говорить-то? — Хобот, — сказал я, вдруг почему-то вслух. Обычно же про себя. — Чего — хобот? Где? — А вот, — я показал на синий «опель», — видишь номер? Буквы. Буквы были такие: ООТ. — Это игра такая, — стал объяснять я, — видишь номер, и нужно придумать слово. Чтобы буквы в этом же порядке шли. — А, робот. Или топот, — надо же, как Заяц сразу понял! — И чем короче слово, тем лучше. И чем ближе буквы друг к другу. В идеале — подряд. Вон, смотри: КВН. — Квакун какой-то у меня получается. — Квант, — сказал я. — А у меня ещё… Ещё… ликование. Ого! — Круто, Зайцев! Красиво. — Хорошая игра, я не знал раньше.

…И тут мне позвонила бабушка. Я ответил: — Привет, ба! — Натик? — спросила бабушка громогласно. — Как вы там, живы? Зайцев хрюкнул. Слышал. О нет, нет! Я кивал бабушке, а сам думал: Заяц, ты же не станешь, ты же никому!!! Потом не выдержал и нажал отбой, вроде как связь прервалась. И молчу. И Заяц молчит, улыбается себе. — Чего вот ты ржёшь! — Ничего. Да ты не бойся, я никому. Меня тоже, знаешь… — Что — тоже? — Ещё похуже. Угадаешь, нет? Я пожал плечами: куда уж хуже. — Котик! На весь двор, представляешь: Котик, ты не замёрз? Это не в детстве, это вот сейчас! Да-а-а. Наши бабушки — сила, конечно. Сила любви. Сейчас провожу этого Котика Зайцева и перезвоню ей.

И смотри, смотри — Видишь, машет тебе рукой Лётчик Экзюпери, С неба – машет тебе рукой… Ты ведь тоже, тоже видишь его?..

Я хотел бы быть отдельным, отдельно стоящим. Я ненавижу, когда меня сравнивают с кем-то. Я не хочу быть лучше или хуже. Пока я не пойму, что во мне главное.

А писатель… После него только слова остаются. И вообще полно профессий, которые только из слов состоят. Учитель, например. Неужели наш мир держится на словах?