Со старшим конвоя я перекинулся еще парой фраз, он пытался выведать что у меня за опыт, я всячески отнекивался и юлил. Что я понял из разговора с человеком камуфляже?

Самое главное – это держаться колоны, не отставать и не рваться вперед. Все время слушать заданную волну. Всегда сохранять спокойствие и хладнокровие. Ни в коем случае не паниковать! Если становится страшно, то старайся не показывать этого окружающим. Если начнут обстреливать, не бойся вести ответный огонь, но обязательно – по цели, а не наугад.

– А то, например, бывало так: боевики обстреляли нашу группу, и мы сразу все залегли и ничего не видим, а лишь лежим. Никто не поднимет даже головы. Боевики этим пользуются. Пока группа лежит, они подтягивают свои основные силы, – зачем-то рассказал мне случай из своей жизни собеседник.

Вот и весь инструктаж. За, что спрашивается с меня только что взяли пятнадцать тысяч рублей? Хотя, а чего я, собственно, ожидал? Никто мне комфортного и безопасного путешествия не обещал, банковский сотрудник Игорь, с которым я за дополнительную плату нашел общий язык, так прямо и сказал, что почти тридцать процентов новоиспеченных купцов в первые полгода выходят из бизнеса: кто ногами вперед, а кто вследствие полученных ранений и травм.

Что тут у нас с местным мироустройством? Дикий Запад на манер «махновщины» и анархии Гуляй Поля.

При слове "анархия" большинство людей представляют себе полный беспорядок, где каждый творит, что его душе угодно, а в обществе царят полный хаос и кошмар. В народном сознании еще живы образы революционных матросов-анархистов или батьки Махно с его бандой разношерстных бандитов, творивших беспредел в послереволюционные годы. В результате и возникла современная негативная коннотация этого слова.

Между тем анархия изначально определялась как проявление истинной свободы, создающей как раз порядок. Появление анархизма как философского учения и общественного движения произошло в XIX веке, когда интерес к проблемам классов и классовой борьбы очень возрос, а понятие справедливого устройства общества стало тесно связываться с идеей ликвидации социального неравенства.

На фоне других социалистических учений тогда и возник анархизм. Его основные идеи изложил один француз философ, уж не помню, как его звали, но он утверждал, что анархия есть взаимная свобода, которая "не дочь, а мать порядка". Это потом уже, лет сто спустя, Цой споет свои знаменитые строки: «мама анархия, папа стакан портвейна…»

Основная ценность анархизма – свобода личности, которая должна быть ограничена только естественными границами, которые имеют объективный характер. Изначально люди еще очень сильно зависят от природы, мало знают, довольно дики в моральном отношении. Поэтому они нуждаются во внешнем понукании, во власти, в регламентации их жизни. Но чем развитее становится общество, тем свободнее становится человек. Он становится умнее, в нем укрепляются моральные принципы, и как результат, людей начинает тяготить внешний диктат. Они готовы жить без него, опираясь на взаимную солидарность, взаимопомощь, разумно управляя жизнью общества, исходя из общих интересов.

Между тем власть принадлежит не народу, а меньшинству, которые создали государство для того, чтобы умножать свое собственное богатство и подавлять народ, который работает на них. Отсюда делаем вывод о том, что государство постепенно изживет себя как ненужный аппарат насилия, когда люди научатся самостоятельно и свободно управлять обществом.

Ну, что сказать… Наивный XIX век, вот что я скажу. Анархизм, по сути, утопическое учение, и как бы ни были прекрасны его теоретические положения, реальное воплощение этих идей показало людей отнюдь не в лучшем виде.

Так будет и в Закрытом секторе. Пока тут царит Анархия и Вседозволенность, но еще пару лет, максимум лет десять и в этом мире возникнет Государство как аппарат насилия и узурпации власть. Всех недовольных и несогласных – к ногтю. Всех анархистов, бунтарей и прочих смутьянов – к стенке. Уж я как представитель правоохранительной системы знаю о чем говорю. Но эти десять лет надо как-то прожить, причем так, чтобы удалось сколотить состояние, которое позволит безбедно жить дальше.

Чем, собственно говоря, я планирую заняться в ближайшие годы: набить кубышку, обрасти связями, избавиться от лишнего балласта, в лице того же Димы Берегова, обеспечить себе приличную и комфортную пенсию, а лет в пятьдесят-пятьдесят пять все-таки выйти на пенсию и сидеть с удочкой на берегу тихой речушки, которая будет протекать рядом с моим домом. Надеюсь, к тому времени моя душа успокоится, и я перестану искать на свою пятую точку приключений.

Машины постепенно стекались на накопительную площадку, водители и пассажиры выпрыгивали наружу, кто-то просто ходил туда-сюда, кто-то пил кофе и трескал бутерброды, многие курили. Сразу бросалось в глаза кто тут бывалый, а кто «первоход». Ежели на тебе новенькая, не обмятая куртка и штаны, которые так и брызжут обилием карманов, подсумков и альпинистских карабинов, которые пристегнуты в ужасающем количестве, а на груди у тебя висит АК в тактическом обвесе, да еще и на трехточечном ремне, с пристигнутой спаркой сразу из трех автоматных магазинов, то скорее всего ты впервые участвуешь в этом увлекательном мероприятии. А вот тот дядька, в свитере с заплатами на локтях, который сидит на карточках, курит и при этом внимательно оглядывает ходовку своего «ГАЗ Садко» в тысячный раз проверяя, все ли нормально, и у него под рукой простенькая «ксюха», скорее всего товарищ бывалый. Но я могу и ошибаться, ху из ху покажет только первая передряга, а вот так по внешнему виду судить конечно можно, но не факт, что угадаешь.

Колонна выдвинулась в путь почти на сорок минут позже, чем должна была. Меня этот факт обрадовал, потому что я, считая так, что лучше «первый блин комом», чем потом со всего размаху мордой в дерьмо. Если мероприятие начинается хорошо и без проблем, значит проблемы просто копятся, чтобы потом смести все на своем пути безудержной лавиной.

По словам старшего конвоя, в Плюхово мы доберемся часам в четырем вечера, по пути будет всего две короткие остановки, чтобы подобрать в населённых пунктах на трассе еще несколько машин в колонну. Почти все машины шли до Сосновска, лишь пару человек ехали до Шлюхо…тьфу ты до Плюхово. Мой «Соболь» и еще один пассажирский минивэн, в котором катила развязная удалая компания мужиков. Понятно, для чего им в Плюхово. Тамошних «плюх» отведать.

В Сосновске было два портала: один небольшой, вроде Ново Московского, а второй – железнодорожный, по которому в мир Закрытого сектора ввозились большая часть промышленных товаров. Торгаши из Новой Москвы заказывали товары из старого мира в чаще через грузовой портал Сосновска, даже с учетом доставки так выходило дешевле, потому что портал Новой Москвы частенько работал в закрытом режиме «для своих», а крупнотоннажные фуры через него и вовсе не пускали.

Почему из Сосновска до Новой Москвы до сих пор не проложили железнодорожную ветку непонятно, но зато ходили слухи о том, что якобы хотят наладить сообщение по реке Кизе и что именно на водохранилище плотины Зимина будет построен порт и большая перевалочная база.

Река Киза текла в нужном направлении, глубины позволяли ходить по ней баржам и теплоходам среднего тоннажа, порогов не было вовсе. Насколько речной транспорт выигрывает по сравнению с автомобильным я не знал, но то, что бандиты будут точно так же грабить проходящие по реке тихоходные суда был уверен. Ширина Кизы относительно небольшая – триста-пятьсот метров, из «калаша» спокойно простреливается от берега до берега, а крупнокалиберный пулемет калибра 12,7 мм или КПВ 14,5мм поставит надежный «шлагбаум» на реке, так же, как и на дороге. Даже на реке еще проще, там можно фарватер перегородить самодельной «банкой» из бревен. Бандитский ум он на выдумку всегда хитер был.

За окном автомобиля мелькали шикарные виды: высоченные сосны, кедры, какие-то разлапистые хвойные деревья весьма похожие на итальянские пинии, которые я в свое время видел на ЮБК. А еще где-то на горизонте маячили пики здоровенных гор. Несколько раз дорога перепрыгивала через небольшие речушки, которые уже освободились от оков льда. А воздух так и пьянил своей частотой и свежестью. Долгие годы жизни в мегаполисе отучили меня от вкуса свежего воздуха. Я и забыл, что воздух может пьянить и будоражить кровь. Нет, я частенько бывал в лесу или на реке и знаю, что такое чистый лесной воздух, но все равно, здесь, в этом мире, воздух был каким-то другим, необычным и непривычным, каким-то…свободным и диким, что ли. Да, точно, здесь воздух был наполнен свободой. В этом мире еще не было государств, правил, законов и развитой цивилизации со всеми вытекающими из этого обстоятельствами и нормами жизни.

Здесь была Свобода! Свобода жизни, образа мыслей, свобода норм и правил! Дикая, необузданная не причесанная цивилизацией жизнь!

Скорее всего именно этой свободой и манит к себе Закрытый сектор. Все-таки странные существа, мы, люди, человеки, мать нашу человеческую…

На протяжении всей истории массы людей стремились покинуть свои маленькие общины, чтобы перебраться в город, а ещё лучше – в мегаполис. Если 200 лет назад больше 70% населения России жило в деревне, то на сегодняшний момент три четверти жителей страны живут в городах. Многие сёла в буквальном смысле вымирают, потому что молодёжь не хочет там жить. И кажется, что этот процесс неумолимо уничтожает корни нации.

В то же время находятся энтузиасты среди городских жителей, которые решают покинуть свой дом и переселиться в глухие места, чтобы жить на природе подобно хуторянам или жителям выселков сто и больше лет назад. Таких смельчаков всегда хватало, правда большая часть экстремалов, столкнувшись с трудностями, в конечном итоге, возвращается обратно, решив, что в городе плюсов больше, чем минусов.

Но количество людей, рискнувших отказаться от жизни в обществе и поселившихся, подобно отшельникам, на отшибе цивилизации, растёт. Власти во многих странах ясно демонстрируют, что в критические моменты они не только не будут защищать своих граждан, но вдобавок будут отстаивать свои интересы за их счёт – подобно тому, как тонущий хватается за того, кто рядом, и топит его, лишь бы удержаться самому на плаву. Сегодня, когда мир движется к дестабилизации, кризисы следуют один за другим, как шарики в чётках, а государство перекрывает все возможности для нормальной жизни и развития, уход от привычного социума старого мира в Закрытый сектор многим кажется единственно верным шагом.