Отзывы на книги автора Николай Лесков

233 отзывы
marfic
Оценил книгу

Долго сомневалась как же оценить книгу. Нейтрально? Понравилось? Большинству друзей она очень понравилась, а я вот как-то не прониклась.

Возможно что-то странное происходит с моим пристрастием к чтению - с некоторого времени книги проходят вскользь, не резонируя и не поглощая. Подумываю даже дать себе небольшой тайм-аут и засесть, скажем, за английский или фотодело... Не может же быть, чтобы все жанры и стили, замечательные авторы и иногда даже великие, приходились не по сердцу? Очевидно, время сейчас не то, ой не то...

Ну да это присказка, а впереди сказ о "Железной воле".

Прежде всего хотела бы посоветовать вам слушать аудиокнигу - моноспектакль С.Л. Гармаша. Просто гениальная начитка. Она дает произведению такую окраску, столько изюму, что лопни - а все не съешь. Я же, как у меня это часто бывает, сосредоточиться на звуке не смогла и, повосхищавшись его гениальнейшей работой, решила читать в бумаге. В голове звучал Гармаш, и это помогало, дело спорилось, чтение заняло в сумме час-полтора.

И что же в итоге?
А. Замечательный язык. Конечно же это не первое произведение Николая Лескова, которое я прочла, но я все равно не устаю восхищаться его талантом. Браво!

Б. Задумка, она же сюжет, она же - жанр анекдота или, может байки. Что сказать? Шикарно. Двойное дно - и высмеивание дурехи-немца, и обличение через его неурядицы пороков русского раздолбая. Автор всех пожурил, но вроде бы и всех похвалил.

После книги остается приятный итог -понимаешь, что с одной стороны, негоже потакать своей гордыне, упрямиться и стоять на своем в очевидно абсурдных ситуациях, а с другой - пьянству, лени и бездумному житью всенепременно нужно давать бой.

Что нового? Да ничего. Однако мило, забавно, отлично написано.

panda007
Оценил книгу

Лесков - писатель невезучий. Родись он в любой другой стране, кроме России (и, пожалуй, Англии), быть ему крупнейшей величиной, классиком из классиков. Но когда среди твоих современников Чехов, Толстой и Достоевский, есть ли у тебя шансы? Поневоле читатель воспринимает тебя, как писателя второго ряда, затем это прочно закрепляется в истории литературы и становится проклятьем и приговором.
Лескову не повезло дважды. В массовом сознании он живёт как автор одного единственного произведения - "Левши". И самое забавное, что многие пафос рассказа не помнят (сама проверяла) и уверены, что он прославляет русских умельцев. То, что подкованная блоха перестала прыгать, напрочь исчезает из памяти.
А ведь Лесков - автор интересный и своеобразный. Во-первых, он отличный рассказчик, и его сказовую манеру сложно спутать с какой-то другой. Во-вторых, он создал целую галерею русских типов, характеров глубоких, противоречивых, страстных (одна Катерина Измайлова чего стоит). Лесков в литературе, как Крамской в живописи - воспеватель и исследователь людей.
В этом смысле "Соборяне" - произведение характернейшее. Тема тут самая что ни на есть непростая: духовная и мирская жизнь «соборной поповки». Вообще удивительно, как мало запоминающихся образов священников в русской литературе. Отец Сергий, Василий Фивейский, отец Христофор из чеховской "Степи", дьякон из "Дуэли", старец Зосима - кого ещё вспомнишь с ходу? У Лескова целых три ярких образа - протоиерей Савелий, священник Захарий и дьякон Ахилла. Каждый из них хорош по-своему, и роман стоит читать не ради сюжета, в общем-то нехитрого, а именно ради героев. Больше всего полотно Лескова похоже на так и не осуществлённый грандиозный проект Павла Корина "Русь уходящая". Не так трагично, но вполне себе масштабно.

sher2408
Оценил книгу

Вот я и открыла для себя еще один бриллиант русской литературы.

Светлая, печальная книга, представляющая собой своеобразную хронику отживающей свой век старгородской патриархальной поповки, показанной с её материальной мирской и духовной сторон. Странную хронику подарил миру Лесков, непривычную, без единого сюжета, рассказывающую в равной степени и о вроде бы не значащих мелочах и о важных событиях, переплетающую в себе рассказы-исповеди и личные дневники, бытописание отдельных героев и целого городка, но оттого притягательную, живую.

Чистая книга о духовности и истинных ценностях, о людях с их достоинствами и недостатками, о жизненных драмах, о свете и тьме, о кротких и непокорных, о праведных грешниках, о неблагочестивцах и подлецах, о религиозности и нигилизме, о старом полусказочном укладе жизни и неизбежных переменах, о поисках истины и Бога.

Яркие портреты старгородцев (так, например, комизм и героика удивительным образом сочетаются в образе правдоискателя богатыря-дьякона Ахиллы, неоспоримая вера и неожиданные революционные настроения в речах патриота-протопопа Туберозова), искренние диалоги, трогательный лесковский юмор, трагизм, несуетность и благолепие создают благостную атмосферу произведения-притчи. Чудесная книга о духовности и христианских идеалах.

Один из сюжетов памятника Н.Лескову и героям его произведений. "Соборяне" - спокойный и рассудительный протопоп Туберозов, вспыльчивый душой, могучий дьякон Ахилла и, оттеняющий их, кроткий и немощный отец Захария.
Памятник установлен в 1981 году в Орле, около здания гимназии, где учился Лесков.

lesidon
Оценил книгу

Лично мне очень жаль, что все у Лескова в основном знают "Левшу", ну а на крайний случай - "Леди Макбет Мценского уезда" или "Очарованного странника", да и то очень плохо, потому что тогда в школьные годы это воспринималось как что-то не нужное, и вообще, когда будем проходить Толстого и Достоевского, а не вот его. Произведения у Лескова сами по себе очень прозрачные и светлые (тут мы отделим искусство от создателя, ибо Лесков, на мой взгляд, был тем ещё ревнивцем уклада "Домостроя").
Теперь к "Соборянам". Хоть у меня и очень неприятные личные ощущения от нашего духовенства (в общем смысле, не в частности), но здесь оно очень приятно воспринимается. Вообще, когда я читал книгу, было ощущение, что комната наполнялась светом и пахло ладаном (признаться, я люблю этот запах). "Соборяне" прямо наполнена воздухом, очень свободно дышалось при погружении в произведение. Только меня опечалил конец, грустно всё это было (естественно, есть и проблески надежды на будущее), но реальность есть реальность, нечего строить у себя в голове розовых единорогов.
Многим советую прочитать, особенно в такую резко-холодную осень, когда за окном бесконечные дожди.

boservas
Оценил книгу

Сказ написан Лесковым в начале 80-х годов теперь уже позапрошлого века. Время это было непростое, можно сказать переломное. Россия после ряда неудач, та же Крымская война, сумела наконец-то реабилитироваться в Болгарской войне. Наблюдался рост патриотизма, на смену, таки сведенному в гроб террористами, Александру II пришел Александр III, прославившийся высказыванием о союзниках России.

Сказ про тульского мастерового и был реакцией Лескова на происходившие процессы. Сам Лесков был безусловно патриотом России, но он четко видел разницу между патриотизмом истинным и, так называемым, квасным. Вот квасным патриотам и адресовано это его послание.

Император Александр I символизирует прозападное направление отечественных умников, преклоняющихся перед гением европейской цивилизации. Казак Платов - символ сил, опирающихся на отечественные корни, посему он на словах простоват, ибо от народа, да на деле хитер.

А в центре повествования противостояние, если выражаться современным языком, научно-производственного потенциала двух ВПК - английского и российского. Задача каждого - удивить и напугать соперника. Однако, сделать это нужно так, чтобы и уровень показать, и тайн военных не выдать. Что в таком случае предлагают? Совершенно верно, что-нибудь больно мудреное, но совершенно бесполезное. А вот, хотя бы, малюсенькую такую механическую блоху!

Всё, удивили! Император готов признать превосходство западных технологий в целом, и в плане ВПК тоже. Но есть в России здоровые силы, которые верят в потенциал отечественного серого вещества. Конечно, упущение вышло, программ по выращиванию супермастеров в стране нет, но, ведь, должны же где-то быть самородки. И Платов находит такого самородка в Туле.

Ответ российских оружейников не заставил себя ждать. Ответ оказался еще остроумнее, чем демонстрация англичан. Мы вам предложим потоньше, да позаковыристее, чем у вас, а главное, еще бесполезнее - мы вашу блоху подкуем. Бесполезность практическая - не значит бесполезность техническая, российский ВПК внушительно продемонстрировал свои возможности, доказав свою полную техническую состоятельность. А это очень существенный козырь в вечном геополитическом противостоянии.

В эйфории победных реляций все - и западники, и почвенники - позабыли про носителей серого вещества, исполнителей. Предоставленный сам себе самородок Левша упивается вусмерть, желая и здесь превзойти славную своими алкогольными традициями, английскую нацию. Однако, тут не справился.

А все потому, что в стране как не было программы по воспитанию мастеров, так не было и программы по их поддержке. А что тратиться-то, страна у нас большая и богатая, ну, помрет этот, так "бабы новых нарожают".

Бережнее нужно относиться к народу - во весь голос кричит Лесков - заботиться о нем надо, и тогда он выдаст такие результаты, такие вершины покорит, до таких глубин достигнет. Самородков у нас полно, да только их огранять нужно, а не в грязь втаптывать.

Вот и Крымскую войну проиграли, потому что народ не берегли, да к умным советам не прислушивались, а, ведь, Левша перед смертью открыл доктору Мартын-Сольскому английский оружейный секрет (Левша еще и успешным разведчиком оказался), а только наша бюрократия не смогла в нем разобраться и с толком использовать.

В заключение хочу сказать о личной гордости за Левшу, потому как я и сам - левша. Вот и этот текст набиваю левой рукой, поскольку печати двумя руками не обучен. Да, и вообще, мало чему я обучен, но потенциал у меня ого-го, я же - левша! Правда, не косой....

tatianadik
Оценил книгу

Пришлось мне тут как-то присутствовать на обряде крещения младенца в церкви. Человек я мало воцерковленный, поэтому за процессом наблюдала с интересом. Церковь была хоть и столичная, но небольшая и уютная, и батюшка мне показался таким искренним и истово служащим, что я задумалась, а много ли сейчас таких церковнослужителей и вообще, когда их много было?… И о том, что этот маленький человечек, которого сейчас окунают в купель, будет жить в этом мире, когда не будет уже ни большей части присутствующих, ни батюшки, а мир будет совсем иным. А тут как раз предложили для флешмоба «Соборяне» Лескова, роман о церковной поповке конца XIX века. Ну, думаю, как всё сходится, узнаем, как это было во времена всеобщей воцерковленности.

Оказалось, что роман «Соборяне» Лескова имел сложную судьбу. Автор трижды переделывал произведение, каждый раз давая иное название и ругаясь с цензорами. А потом не раз отмечал, что переписал его совсем бы по- другому, но уж поздно.

Время, когда Лесков вошел в русскую литературу, было временем гигантов – Гоголь, Тургенев, Достоевский, Толстой – трудно было сделаться заметной фигурой на этаком фоне. И хотя его произведения остались в большой литературе, но всё-таки немного как бы в стороне от литературного мейстрима. У него был особый, отличный от его великих современников взгляд на изменения в общественной жизни страны. Его политические взгляды, позиция консерватора, почти реакционера, на фоне всеобщей либерализации не попадали в русло общественного мнения. Близко общавшийся с простым народом, хорошо знавший провинциальную Россию, верующий человек, писатель побаивался революционных настроений и не ждал от революций ничего хорошего. И, как сейчас нам понятно, совершенно обосновано. А это было немодно в те времена, когда только ленивый не писал о «муках угнетенного народа», а лучшие столичные адвокаты яростно защищали «бомбистов» и петрашевцев, находя им оправдания. Такая позиция надолго закрыла писателю дорогу в столичные прогрессивные журналы и литературный бомонд. Лесков попал в "неформат", ведь он был первым русским писателем, сделавшим попытку показать жизнь людей церковного звания, их характеры и быт, их такое разное отношение к своему служению, что не было в то время модной темой.

Когда возвращаешься к русской классике много лет спустя после школьных уроков литературы, невольно видишь в читаемой прозе черты запомнившихся еще в те времена авторов. То по-тургеневски чудные описания природы (описание грозы у него - это же прелесть что такое), то достоевщинки, вроде поведения учителя Препотенского в гостях у почтмейстерши. Ну, и самый колоритный и яркий образ отца Савелия – это уж Лев Николаевич чувствуется, даже в портрете, к гадалке не ходи. А вот выстроить из всего этого богатства стройное здание романа автору что-то помешало, на мой взгляд. Еще хочется отметить очень занятный язык – такой архаично-простой с вкраплениями французских заимствований, почти по Грибоедову, смесь французского с нижегородским, да-да.

В небольшом уездном городке Старгороде в кафедральном храме служат протоиерей Савелий Туберозов, священник Захария Бенефактов и дьякон Ахилла Десницын.

Отец Туберозов высок ростом и тучен, но еще очень бодр и подвижен. В таком же состоянии и душевные его силы: при первом на него взгляде видно, что он сохранил весь пыл сердца и всю энергию молодости … Глаза у него коричневые, большие, смелые и ясные. Они всю жизнь свою не теряли способности освещаться присутствием разума; в них же близкие люди видали и блеск радостного восторга, и туманы скорби, и слезы умиления; в них же сверкал порою и огонь негодования, и они бросали искры гнева – гнева не суетного, не сварливого, не мелкого, а гнева большого человека. В эти глаза глядела прямая и честная душа протопопа Савелия, которую он, в своем христианском уповании, верил быти бессмертною….
Захария Бенефактов, второй иерей Старгородского собора, совсем в другом роде. Вся его личность есть воплощенная кротость и смирение. Соответственно тому, сколь мало желает заявлять себя кроткий дух его, столь же мало занимает места и его крошечное тело и как бы старается не отяготить собою землю. Он мал, худ, тщедушен и лыс. …
В сравнении с протоиереем Туберозовым и отцом Бенефактовым, Ахилла Десницын может назваться человеком молодым, но и ему уже далеко за сорок, и по смоляным черным кудрям его пробежала сильная проседь. Роста Ахилла огромного, силы страшной, в манерах угловат и резок, но при всем этом весьма приятен; тип лица имеет южный и говорит, что происходит из малороссийских казаков, от коих он и в самом деле как будто унаследовал беспечность и храбрость и многие другие казачьи добродетели

Вот об этой троице, названной автором «старогородской поповкой» и рассказывается в романе. И хотя люди они очень разные, и внешне, и по характеру, и не святые совсем, у всех свои недостатки, автор, как мне кажется, стремился донести до нас мысль, что совсем не важно, что отличает друг от друга этих людей, гораздо важнее, что их объединяет. Их служение Богу. Сюжет медленный, да практически и нет сюжета этого, заменен он длинными описаниями характеров героев, их неторопливой жизни, редкими в ней событиями и ощущением надвигающихся на Россию перемен, глобальность которых не в силах осознать ни один из героев романа, да, пожалуй, и сам автор на этом этапе своего творчества. Его отец Савелий, человек начитанный и образованный, как пастырь духовный пытается бороться с вредным на его взгляд устремлением общества к безверию и нигилизму, но его немногочисленные попытки пресекает вышестоящая церковная инстанция, которая также жестко контролируется светской властью, которой не нужны нестроения в церковной среде.

Разрыв между поколениями отцов и детей в конце XIX века обострился настолько, что находил отражение не в одном литературном произведении. Тут же вспоминаются тургеневские «Отцы и дети», разрушенная связь поколений, неумение старшего поколения понять своих детей и нежелание детей считаться с этим. Получалось почти по-ленински с его «верхи не хотели, низы не могли» эта революционная ситуация пронизывала тогда всё общество, и ячейки общества исключением не стали. А ведь действительно, в юности во многом разделяешь базаровские взгляды, но с возрастом начинаешь склоняться в более взвешенной позиции :)), и понимать отца Савелия с его

– Без идеала, без веры, без почтения к деяниям предков великих… Это… это сгубит Россию.

А ведь и впрямь, сгубило. Родителям бывает трудно понять своих детей и внуков и чем люди старше, тем сильнее над ними власть прошлого и все менее интересно становится отдаленное будущее, в котором их уже не будет. Когда молод, будущее открывается для тебя, а когда стареешь, то для кого-то другого. Так что отца Савелия вполне можно понять, за исключением, быть может, его непримиримости, но это уж ему по званию положено было. Образ Ахиллы, которого любят представлять, как образ «былинного богатыря», мне видится весьма утрированным, да неужели богатыри наши с их былинной силой напрочь были лишены каких бы то ни было мозгов? Хочется верить в лучшее. Образ отца Захарии это образ человека верующего, смиренного и блаженного. Такие люди и раньше редкостью были, а сейчас и вовсе перевелись. А вроде бы ретроград отец Савелий ближе всех оказывается к современному восприятию церковнослужителя, как человек умный, искренний и истово верующий. Пример всем священникам для подражания. И современным в том числе. Другие же герои книги менее оригинальны, в чем-то даже вторичны, а потому интереса особого не вызвали.

И хотя незнакомое в нашей жизни чувство «умиление» при чтении романа меня так и не посетило, экскурс в прошлое России был интересен, а знакомство с русским миром конца позапрошлого века, уже таким далеким от нас, а в чем-то всё же близким, очень познавательным.

TibetanFox
Оценил книгу

Недавно разговорилась с одним знакомым, и он смело и уверенно заявил мне, что Лесков, дескать, писал о птичках и травках. Неизвестно, перепутал ли он его с Пришвиным, или фамилия "Лесков" неумолимо наводит на мысли о лесе, а может быть вся школьная программа осталась в его памяти птичками и травками, которые бесконечной чередой всплывали в упражнениях и изложениях, но факт остаётся фактом: на птичках и травках Лесков внимание не заострял, показывая общественные проблемы, а что более важно — психологические глубины человеческой души.

"Тупейный художник" лично мне в школьной программе не попадался, поэтому я только сейчас обогатила свой словарь словом "тупейный". "Тупей" — это разновидность причёски, а тупейный художник, стало быть, парикмахер. Или стилист, если уж по-модному танцевать. Интересно, как играет в этом рассказе слово "художник" в значении мастер. Ведь художник в переносном значении — это вдохновенный и чувственный ремесленник, который дело, любезное его сердцу, делает произведением искусства. Я убеждена, что можно полы в подъезде помыть, как настоящий художник (правда, ни разу с этим не встречалась), а можно читать, как художник (вот это я видела — одна моя знакомая так сочно и с удовольствием читала, что это самое удовольствие витало вокруг неё почти осязаемой аурой, так что хотелось подойти и оторвать кусочек, а потом немедля засесть за книжку самой).

Впрочем, рассказ не совсем о том, что это парикмахер был мастером своего дела. Точнее, это важно, но это не центр. Центр в том, что крепостное право было совершеннейшим свинством, так что если вы любите книги про борьбу за права чернокожих, то от этого рассказа тоже может полыхнуть. Мне же интересна была не полудокументальная история о самодурстве мелких жирных негодяев, а причина, по которой это произведение может быть включено в школьную программу. Лесков вообще не отличался особенной любовью к хэппи-эндам, так что прикончить главных героев каким-нибудь изощрённым (с психологической точки зрения) приёмом для него — дело плёвое. Но как бы к этому отнеслись школьники? Ведь если они прочтут этот рассказ, то самым простым утверждением, лежащим на поверхности, будет: как ты ни старайся, как ни убегай, всё равно в любой момент даже наивысшего твоего триумфа на тебя может упасть кирпич, дирижабль или искусственный спутник Земли, так что всё тлен и относительность.

Непростой этот дядька Лесков, и рассказы его не школьной программы, вот что я думаю. Слишком много оттенков и полутонов, чтобы загнать их в обучающие схемы.

ksienka
Оценил книгу

Моему учителю русского языка и литературы С.Г.С.
Той, что показала как можно любить русскую литературу,
хотя я поняла это спустя много лет.

Я всегда говорю, что не очень люблю русскую классику и боюсь ее. Но я ее периодически читаю. И очень часто после прочтения я говорю себе: "И чего боялась? Смотри, как интересно и красиво получилось, надо почаще читать русскую классику."

Но не в этот раз. Не знаю, что произошло, но я постоянно теряла суть повествования. Происходящее в книге всплывало у меня в голове совершенно не связанными между собой картинками: то Туберозов дневник свой читает, то Варнавка с матушкой кости друг у друга воруют, вот уж и черти мерещиться стали... Несколько раз приходилось возвращаться, чтобы понять, где связь-то?

В книге описаны жизнь людей, в особенности церковных служащих, и быт первой половины 19 века, как я поняла, лет за 15-20 до отмены крепостного права (но это не точно). И с точки зрения исторической вовлеченности это интересно. Но по факту, ничего нового и необычного из этого романа я не узнала. Жаль, что читать о быте королей почему-то интереснее, чем о деревенских жителях.

Из героев могу выделить, пожалуй, только Туберозова. Он единственный выписан цельно и всесторонне. В него я верю. К такому батюшке захочется доверить все свои тайны и испросить совета. Остальные персонажи показались мне либо вымученными, либо плоскими, с явно выпяченной, чуть ли не до гротеска, одной чертой характера. Все герои (кроме Туберозова) как будто созданы только для того, чтобы оттенять Савелия.

Судьба Савелия очень неравномерная. Сначала вроде все как обычно шло. А потом не понравилось ему отношение чье-то, или дело кто сделал не хорошее, он и произносит речи в церкви, при всех мирянах. Как-то повелось у нас на Руси, если человек достойный, справедливый, терпимый вдруг сорвется и выскажется, тут же все шишки в него полетят, без разбору прав он или нет, а может в другого надо шишками швыряться? Вот и Туберозова понизили, да еще и в ссылку сослали. Вот так, одним словом судьбы ломаются. Но он бы выдержал все. Если бы жена его не умерла - все бы выдержал, и жили бы они долго и счастливо.

Вот такое вот знакомство вышло у меня с Лесковым (чтение в школе "Леди Макбет Мценского уезда" не считаю, ибо не помню ничего кроме названия). Не думаю, что захочу продолжить его с другими произведениями. Но опыт был небезынтересен.

panda007
Оценил книгу

Лесков - писатель невезучий. Родись он в любой другой стране, кроме России (и, пожалуй, Англии), быть ему крупнейшей величиной, классиком из классиков. Но когда среди твоих современников Чехов, Толстой и Достоевский, есть ли у тебя шансы? Поневоле читатель воспринимает тебя, как писателя второго ряда, затем это прочно закрепляется в истории литературы и становится проклятьем и приговором.
Лескову не повезло дважды. В массовом сознании он живёт как автор одного единственного произведения - "Левши". И самое забавное, что многие пафос рассказа не помнят (сама проверяла) и уверены, что он прославляет русских умельцев. То, что подкованная блоха перестала прыгать, напрочь исчезает из памяти.
А ведь Лесков - автор интересный и своеобразный. Во-первых, он отличный рассказчик, и его сказовую манеру сложно спутать с какой-то другой. Во-вторых, он создал целую галерею русских типов, характеров глубоких, противоречивых, страстных (одна Катерина Измайлова чего стоит). Лесков в литературе, как Крамской в живописи - воспеватель и исследователь людей.
В этом смысле "Соборяне" - произведение характернейшее. Тема тут самая что ни на есть непростая: духовная и мирская жизнь «соборной поповки». Вообще удивительно, как мало запоминающихся образов священников в русской литературе. Отец Сергий, Василий Фивейский, отец Христофор из чеховской "Степи", дьякон из "Дуэли", старец Зосима - кого ещё вспомнишь с ходу? У Лескова целых три ярких образа - протоиерей Савелий, священник Захарий и дьякон Ахилла. Каждый из них хорош по-своему, и роман стоит читать не ради сюжета, в общем-то нехитрого, а именно ради героев. Больше всего полотно Лескова похоже на так и не осуществлённый грандиозный проект Павла Корина "Русь уходящая". Не так трагично, но вполне себе масштабно.

Martovskaya
Оценил книгу

Торчащий гвоздь должен быть забит, говорят японцы. Эта книга — об одном таком гвозде.
Начало напомнило фильм «Формула любви» — не содержанием (в «Соборянах» вообще нет любовной линии), а атмосферой.
Середина — искрометный гротеск. А местами и откровенный памфлет, то политический, то церковный (кто далек от церкви, тому многое «отраслевое» подтекстное будет непонятно).
К концу тучи сгустились, пропала всякая смешинка, стало очень глубоко и очень страшно.
Ощущение, что это роман о нас. Оглянуться — и да, мы точно такие же люди, как в «Соборянах», впору новые фамилии в текст подставлять и подавать как жизнь XXI века. Те же проблемы и язвы, то же соотношение сильных и слабых душ — с поправкой на нанотехнологии. Неужели люди так веками и живут — по неотвратимо одинаковому сценарию?