Смешные все-таки эти европейцы. Все гонки их чемпионата, берущего начало с пятидесятого года, проходят в Старом Свете. А чтобы назвать свое автогоночное первенство мировым, они формально включили в календарь соревнований «кирпичницу» – самую известную американскую овальную трассу. Но кроме одного-единственного раза за восемь лет носа не казали из своей Европы. То ли дело в Америке: мы и не пытаемся выдать внутренний чемпионат за мировое событие. И это нас обвиняют в гигантомании и стремлении завоевать мир? Но нынешнее состязание как раз и призвано объединить столь разные гоночные культуры. Неплохая идея. И Европу посмотреть, и заодно утереть нос выскочкам.

– Вот он, Джевелрок! Сердце британского автоспорта, – торжественно объявил оставшийся безымянным таксист, словно он это сердце и создал.

Норман разглядел расхлябанную улочку, неведомые деревца, ровные изгороди, низкие домишки, аккуратные лужайки. В штатах таких поселений тоже полно. Сам же Норман, как столичный житель, всегда предпочитал места большие и шумные, а в деревне сразу начинал скучать.

– Уже поздно. Автодром, поди, закрыт, – заботливо добавил таксист.

Норман подумал о том же. Сейчас ему посчастливится встретить там разве что ночного сторожа. Но торопиться не стоит, он уже почти у цели. Переночевать бы где-нибудь, а поутру заявиться на трассу.

– «Приют путника», – Норман разглядел яркую вывеску. – Чем я не путник? Пропущу стаканчик, заодно спрошу про гостиницу.

Норман попрощался с таксистом, от щедрот сунув ему даже больше, чем договаривались. Растроганный парень пообещал, что будет обязательно болеть за Нормана. Сначала только за своего Невилла Рида, но потом – уж непременно за Нормана!

– Катись уже! – махнул ему рукой американец.

Он, не торопясь, размял затекшее от долгой дороги тело, выкурил сигаретку и подхватил сумку. Что ж, вперед. А вдруг местное бренди окажется не таким уж дрянным?

– Огоньком не угостите, сэр? – раздался рядом веселый голос.

Норман оглянулся и увидел около себя разбитную особу средних лет. Дама куталась в шаль и с интересом разглядывала приезжего.

– Без проблем, – Норман извлек зажигалку и поднес огонек.

– Благодарю, – дама умело сделала затяжку, помахала рукой, разгоняя дым. – И откуда в наших краях такой интересный кавалер?

– Издалека, – хмыкнул Норман, прикинув, как бы узнать у собеседницы про ночлег.

– Оно и видно. На гонку? – проявила нешуточную дедукцию дама.

– Прямо насквозь видите.

– А зачем к нам еще являться-то? И кто же вы? Дайте угадаю! Для рабочего слишком хорошо одеты. Щелкоперы – они суетливые, руки не инженера, да и на чиновника тоже не похожи.

Норман искренне рассмеялся. С этими островитянками надо быть начеку.

– Смеетесь, значит, угадала. И акцент странный… Иностранный специалист и какой-то редкой породы, до которой мне, деревенской бабе, не додуматься, – весело закончила собеседница.

– Не покажете гостиницу, где переночевать? – попросил Норман, не вдаваясь в свою профессию, чтобы избежать лишних расспросов.

– Гостиниц у нас тьма. Вам какую?

– Самую лучшую.

– Самая лучшая – «Центральная». Но там мест уже месяц как нет, все вашими занято.

– Тогда другую. Поприличнее.

– Есть «Йоркские ворота», есть отель «У Рори». Так и там забито все.

– Быть того не может!

– А вы вообще кто такой, сэр? – прищурилась дама. – Приехали ночью, ничего не знаете. Акцент опять-таки. Может, вы шпион? Крутился тут один. Везет мне сегодня.

– Меня должны были встречать, но не встретили, а адреса, где поселят, я не знаю, вот и поехал поближе к автодрому. Меня ждут. Честно, – Норман поймал себя на том, что чуть ли не оправдывается перед этой бойкой особой.

– Тогда другое дело, – в глазах дамы мелькнули лукавые огоньки. – А как зовут вас, загадочный кавалер?

Норман назвался, его собеседница представилась как Кэрол, а мисс она или миссис, не уточнила. Значит, так и надо.

– Проводите меня до любой гостиницы, попробую договориться. Вдруг найдется какой-нибудь угол, не на улице ж ночевать, – попросил ее Норман.

– Зачем вам гостиница? Подыщут каморку с блохами. Можете снять прекрасную комнату в моей квартире. У меня все по-домашнему, вдобавок, накормлю вкусным ужином.

Норман повнимательнее присмотрелся к новой знакомой. Понятно, что давно уже не девочка, но деревенская жизнь не превратила ее окончательно в замотанную хозяйством матрону, а под шалью проглядывали соблазнительные формы. Вот и еще одна не устояла перед бравым пилотом. А вдруг, ей просто скучно в глуши? Или сообразила, что на нее нежданно свалился денежный постоялец.

– Не могу же я отказать даме, – Норман широко улыбнулся. – Сколько запросишь?

– Договоримся. Такой важный джентльмен не обидит леди, я надеюсь.

– Только заглянем сначала в бар? Составишь компанию, пропустим по стаканчику?

– Нечего там делать, – всплеснула руками Кэрол. – У подлеца Рэнди пиво разбавленное, а виски самый отвратный. А у меня и пунш домашний, и бутылочка хорошего бренди припасена. Пойдем, чего мешкать?

Ну что ты будешь делать? Норман кивнул и со вздохом закинул на плечо сумку.

Оказалось, он недооценил, насколько утомительным оказался этот бесконечный день. Дремота в такси не в счет. После незамысловатого, но обильного и вкусного ужина, сдобренного стаканчиком бренди, Нормана неумолимо клонило в сон. Он с трудом пытался поддерживать беседу, но веки уже закрывались сами собой, точно налитые свинцом. Добросердечная Кэрол заметила страдания постояльца и со вздохом отправилась расстилать постель. Норман едва дождался и рухнул на подушку. Даже такому железному организму порой требовался отдых.

Ему снился странный сон. Он мчался по бесконечной трассе без малейших поворотов. Откуда-то он знал, что гонка в Финиксе, хотя там и в помине нет таких прямых. А впереди маячил болид Рыжего Чака, и его никак не получалось обогнать: Норман пытался заходить и справа, и слева. Он знал, что можно обойти соперника по внутреннему радиусу, но нужный поворот все не накатывал. Норман хотел крикнуть, что это все неправильно, что Чак давно разбился – еще в пятьдесят третьем в Мичигане. А Финикс Норман недавно выиграл. Но так они и летели, в вязкой серой мгле.

Норман резко открыл глаза, пару секунд оторопело поглазел в наволочку и тут же мгновенно привязал себя к реальности. За окном – черным-черно. Шум, какой бы он ни был, если вписывался в обстановку, абсолютно не беспокоил гонщика, зато когда врывался посторонний звук, Норман моментально просыпался. Привычка еще с Войны.

Что стряслось? Шуршание тапок по полу. Кэрол проснулась и пошла по какой-то надобности – тревога ложная. Норман уже закрыл глаза, как послышался тихий голос квартирной хозяйки. Приперся же кто-то в ночь. Ревнивый муж или кавалер? Но опытный взгляд гонщика не уловил признаков постоянного присутствия мужчины в доме. Норман приподнялся на локте. На всякий случай посмотрел, где разложена его одежда.

Скрежет замка, скрип двери, за ним – возглас Кэрол. И тут же подозрительная тишина. Но ее не должно быть. Непорядок! Вновь звук открывающейся двери, но очень тихий, а дальше – осторожные шаги крадущегося человека. Твою мать! Гангстеры?!

Включились вбитые намертво инстинкты. Неизвестно, сколько людей ворвалось в квартиру, поэтому Норман выбрал наилучший выход: вскочил с кровати и сразу рванул к окну. Не до одежды. Что есть сил дернул раму и вскочил на подоконник, оценивая высоту. Второй этаж – не высоко. На старт! Ступня соскользнула, и полет вышел смазанным. Норман приземлился на согнутых ногах; немного повело в сторону, но он устоял.

И тут же раздался истошный окрик с командными интонациями:

– Стоять!

Прямо перед Норманом вырос темный силуэт, а в поднятой руке угадывалась несомненная пушка. Да что ж такое-то?! Грамотно действует, скот. Мелькнул луч света – сейчас ослепит и кранты! Норман ушел правее; по зрачкам резануло ярким огнем, он ничего не видел, но успел нырнуть под руку нападавшего и чуть ли не наугад нанес удар. Попал в мягкое. Противник рухнул навзничь. А Норман, отчаянно пытаясь проморгаться от радужных кругов в глазах, ринулся бежать.

Кто ж знал, что нужно запоминать местность? А какой дружелюбной выглядела деревенька поначалу.

За спиной раздавались громкие крики – кажется, требовали остановиться. Ага, жди! Норман наддал, плохо разбирая дорогу, и свернул за угол дома. Ах ты ж, это центральный вход! Одновременно с крыльца слетел высокий детина, наставил на него пушку и рявкнул:

– Р-руки вверх!

До броска далековато. Норман подчинился. Обложили, сволочи, ваша взяла. Но если сразу не убьют, потрепыхаемся. Человек со стволом всегда теряет бдительность перед безоружным. Норман постарался привести дыхание в порядок – пригодится. И тут же ощутил пронизывающий холод – он был без обуви, в одних майке и трусах.

Здесь намного светлее, и Норман разглядел парня перед собой. И будь он проклят: его одежда чертовски напоминала полицейскую форму. Все копы в мире выглядят примерно одинаково. Вот на крыльцо выскочила симпатичная девушка, она одета точно так же. Что, в Англии настолько плохи дела, что полиция уже грабит людей? Или… Или эта стерва Кэрол заманивает всех иностранцев в ловушку?

– Не двигаться. Грабли на виду, – скомандовал парень.

– Взяли? Отлично, – сзади прозвучал запыхавшийся голос.

Это ковылял преследователь, ушибленный Норманом. Им оказался уже немолодой мужик с седеющей шевелюрой и усталой физиономией, одетый в костюм с галстуком и плащ нараспашку. Он пихал пистолет в подмышечную кобуру и внимательно рассматривал гонщика.

– Чуть не ушел! – похвастался парень. – Хорошо, я успел выбежать!

– Молодец, – коротко бросил штатский, и полицейский тотчас заткнулся.

Ага, значит, мистер Строгий костюм и есть старший. Поговорим.

– Куда ж вы так резво мчались, сэр? – на Нормана уставились проницательные глаза.

– Куда деваться, когда ломятся посреди ночи, – огрызнулся гонщик.

– Значит, есть от чего бегать, – на мрачном лице собеседника мелькнуло подобие улыбки.

– Вы кто такие, а?

– Полиция. Неужели не видно?

– Назовитесь. И зачем я вам? – Норман переступил босыми ногами. Становилось зябко.

– А сами представиться не желаете, сэр?

– Вы копы или кто? И что вам нужно?! – Норман начал терять терпение.

– Пожалуйста. Я старший инспектор Ричардс, это сержант Вуд, – небрежно махнул рукой главный. – А что нам нужно, и сами догадываетесь.

– Шпион?! Я так и знала! – ахнула Кэрол. Она тоже выскочила на крыльцо. Следом за ней уже выглядывали физиономии разбуженных шумом жильцов. Кэрол захлебнулась возмущением: – А ведь такой приличный с виду! Я тут кино одно глядела, правду говорят! И до нас добрались! Ох, еще акцент этот!

На крыльце раздался возмущенный гул. Ричардс недовольно шикнул на стайку людей, но не помогло.

– Да вы с дуба рухнули! – выкрикнул Норман, зверея вконец. – Что тут происходит?!

На кой он поперся в Англию?! Ему показалось, мир сходит с ума. Норман чувствовал себя невыносимо глупо на холоде в одном нижнем белье в окружении этих ненормальных.

– Нервничаете, сэр? – ухмыльнулся коп в костюме. – Это правильно.

– Правильно?! Вы в своем уме?!

– Пожалуй, хватит держать вас на улице в нелепом виде – вижу, уже дозрели, – инспектор разглядывал Нормана с плотоядным видом, как хищник – добычу, загнанную в угол. – Поднимемся в квартиру, посмотрим ваш замечательный фотоаппарат, а там вдруг и снимки чертежей отыщутся.

– Какой, к бесам, фотоаппарат?! – непонимающе возмутился Норман.

– Не беспокойтесь, Кэрол нам его покажет, – Ричардс даже не смотрел на него. – Не правда ли?

– Но… я не видела никакого фотоаппарата, инспектор, – недоуменно протянула Кэрол.

– Как же, Кэрол? – добавил металла в голос инспектор.

– Если только в сумке…

– А в «Приюте путника» вы же вместе сидели за столом.

– Но мы не были в приюте, инспектор…

– Не может быть! Вспоминай.

– И нечего вспоминать. Не ходили мы туда с ним.

– Я – Норман Грэйд. Гражданин Соединенных штатов! – взревел Норман. – Что происходит, чтоб вам провалиться?!

Даже когда Железный Бак обошел Нормана на предпоследнем круге в Сан-Хосе, гонщик не был так взбешен.

– Спекся! – радостно констатировал сержант, ухмыляясь.

А вот брови Ричардса удивленно приподнялись:

– Штатов?

– А чего ж еще, чтоб вам пусто было!

– Зачем вы приехали в Джевелрок?

– На ваш гребаный автодром, пусть он рухнет!

– С какой целью?

– Я гонщик, вашу мать!

– Ночью?

– Как уж добрался.

– Один? Без сопровождения?

– А на кой оно мне?!

– Почему не обратились к руководству автодрома?

– Ночью?! – победно усмехнулся Норман.

– Кэрол, ты с этим господином сидела в баре у Рэнди? У него был фотоаппарат? – зло спросил Ричардс.

– Нет, инспектор! – воскликнула непутевая Кэрол. – Там был совсем другой тип. Скользкий такой. Все выспрашивал меня про Центральную гостиницу.

Норман потихоньку опустил руки. Затекли, заразы. Сержант неуверенно дернул пушкой. Но гонщик послал ему в ответ свою замечательную улыбку. Все-таки он не выиграл бы уйму гонок, если б не умел контролировать эмоции. Сейчас разберутся – похоже, копы одинаково туповаты по обе стороны океана.

– То есть это два разных человека? Тип с фотоаппаратом и мистер Грэйд? – все еще пытался добиться истины инспектор Ричардс. – Кэрол, почему ты раньше не говорила?!

– А кто меня спрашивал? – пожала плечами Кэрол. – Ворвались как к последней потаскухе… Так он не шпион?! Я так и знала. Такой симпатичный не бывает шпионом. А еще у них очки черные. Погодите, то есть у меня дома ночевал гонщик? Настоящий?!

Кэрол причитала, соседи радостно шумели, кто-то спустился и начал разглядывать Нормана поближе. Ричардс выругался так затейливо, что сделал бы честь любому портовому матросу. Потом инспектор откашлялся и смущенным голосом, который плохо вязался с его суровой физиономией, начал:

– Мистер Грэйд, приношу вам свои глубочайшие извинения от лица полиции Джевелрока. И Нортгемптона тоже. Произошла трагическая случайность. Мы приняли вас за другого человека. За преступника. Очень опасного. Не знаю, чем мы можем загладить неудобства. Я тотчас прикажу…

– Без проблем, парни, – примирительно сказал Норман. – Вижу, облажались по-крупному. Но зла не держу. Ловля негодяя – чертовски важно. А теперь дайте одеться и выпить. Я продрог как тушканчик.

К нему подлетела Кэрол:

– Пойдем скорее! Живи у меня, сколько пожелаешь. Я ни шиллинга не возьму. Не злись только, прошу.

Она суетилась вокруг Нормана, махала руками, но прикоснуться не решалась.

– Не буду. Пойдем в дом. И пунша налей.

– Конечно-конечно, а у меня останешься? – Кэрол с надеждой ухватила гонщика за руку.

– Крошка, у тебя слишком суетно. Но буду заглядывать. Иногда.

– Обещаешь? Правда-правда?!

– Кэрол, так куда делся тот скользкий тип? – влез нудный инспектор.

– Наверное, пошел в Центральную. Недаром же он про нее так спрашивал.

– Я тут копыта отброшу! – повысил голос Норман. – Сперва давайте в дом, а?