Глава 4

Рем

Кто она такая? Что за существо?

На вид землянка. Тогда что она там делает в ментале?

Я сначала списал на случайность, что в ресторане вдруг все ребята стали излишне мягкими и неагрессивными, пусть и остались в боевой форме. А теперь охранник нюни распустил, в то время как землянка явно что-то делала с его сознанием.

Но я пока не разобрал что.

Разве люди так умеют? Пси-щиты научились ставить и другим помогать – это да. Но что она там делает? Какие-то импульсные стимуляторы использует? Новые технологии?

Я закрываю охранника собой и смотрю землянке в глаза. Темно-карие, большие, обрамленные густыми ресницами. Красивая – глаз не отвести.

И волосы синим красит, чтобы внимание привлекать.

Интересно, а грудь сделала?

Так. Стоп. О чем я думаю?

– Офицеры. – Я едва киваю и увожу свой трофей в сторону нашего флагманского корабля.

Моя добыча молчит так отчаянно, что я почти слышу, как она меня проклинает про себя. И это меня заводит.

Горячая девчонка. Должно быть, в постели она огонь. А раз зарабатывает, проводя время за деньги с мужчинами, много чего умеет.

Вокруг нас начинают происходить странные вещи. Одна компания ударяется в панику, что опаздывает на рейс, и бежит прямо на нас, хотя обычно барсийцев за десять шагов обходят. Следом два пожилых лагродца устраивают драку чемоданами. А чуть позднее пять молоденьких заарок бросаются нам на шею.

– Что за магнитные бури сегодня? – спрашивает Мор, главный инженер нашей «Астрид» – флагманского корабля.

Я смотрю на синеволосую красавицу – она с отчаянием глядит на табло. Там как раз объявляют посадку на Шанри – райскую планету.

– Мне туда, – неожиданно девушка начинает с силой вырываться. – Пусти, мне туда.

Я приобнимаю ее за плечи, притягиваю к себе, чтобы немного сбавить ее отбивания. А она внезапно приподнимает плечо, на которое я положил руку, наклоняет голову к моим пальцам и кусает их.

Я даже отпускаю ее от неожиданности.

– Дикая, что ли?

– Я? – Если бы ее синие волосы были живыми, они бы встали иголками от возмущения. – Я дикая? Это ты дикарь. И законы у вас такие же.

Она так глубоко дышит, что ее грудь поднимается и натягивает белое платье так, словно ткань вот-вот лопнет. Я не могу воспринимать половину из того, что она говорит, когда тут такое декольте.

Какой у нее размер груди? Наверное, четвертый.

– У меня сегодня день рождения! – возмущается она.

– Поздравляю.

– И я должна сейчас идти на посадку вон туда. – Она показывает пальцем на табло с рейсом на Шанри.

– И?

– И? И то, что ты не входишь в мои планы. Понимаешь?

Я киваю:

– Ты тоже в мои не входила.

И снова быстро хватаю ее за руку. Реакция землян такая медленная, что она не успевает отпрянуть. И сил сопротивляться не хватает, ей приходится идти за мной.

– Адмирал! – обращается она мне в спину.

Я молча иду вперед. Наша красавица «Астрид» уже видна через стекло. Осталось пройти турникеты закрытой части космопорта, где происходит доступ к военным кораблям.

– Адмирал! – снова обращается она ко мне.

Я останавливаюсь, оборачиваюсь и чувствую огромную волну воздействия, которая проходит сквозь меня, только чуть приподнимая волосы.

Синеволосая красавица смотрит на меня, широко распахнув глаза и приоткрыв от удивления рот. Она резко бледнеет и спрашивает шепотом:

– Как так?

И потерянно моргает. Когда она медленно начинает оседать на пол, я подхватываю ее на руки. Окончательно теряет сознание она уже в моих объятиях.

И что это было только что?

– Парни, уловили воздействие?

– Что-то было, но я не понял.

– Да.

– У адмирала аж волосы назад отбросило.

Я смотрю в лицо красотке. Как же она пахнет! Кажется, это запах дикой сливы. Он окутывает меня и взывает к самым низменным инстинктам.

Я хочу ее. Всю. Полностью.

Чтобы была моей и ничьей больше.

Но я торможу себя, возвращаю к фактам воздействия.

Да кто ты такая, черт возьми? И что ты пыталась сделать?

На корабль я вхожу с трофеем на руках. Моя команда не привыкла к женщинам на корабле, а уж тем более к такому заходу. Я кожей чувствую, что у них в голове миллион вопросов, которые они побоятся задать.

Когда я прохожу по коридору, слышу позади вопрос:

– Адмирал нашел свою йеру?

– С чего ты взял? Всего лишь трофей.

– Так он до сих пор в боевой форме.

А он прав.

Я обычно быстро перехожу из одной формы в другую, а тут не могу. Застрял в боевой трансформации, весь на взводе, все чувства обнажены. И только многолетний опыт в контроле позволяет держаться в твердой броне хладнокровия.

– Адмирал, приготовить каюту для девушки? – спрашивает один из младшего состава.

При мысли, что мне надо выпустить ее не только из рук, но и из поля зрения, внутри назревает протест.

– Нет.

Стоит мне войти в свою каюту и положить девушку на кровать, как хвост сам тянется к ней.

Платье задирается, разрез обнажает бедро. Декольте сползает до предела. Если бы не знал, что она без сознания, решил бы, что она приняла самую выигрышную позу для соблазнения.

Наверное, у ее тела это выходит на автомате.

Я еще раз жадно вдыхаю запах ее кожи – аромат дикой сливы. Дотрагиваюсь до волос и наслаждаюсь ощущением бархата локонов, пропущенных через пальцы.

Она словно подарок в самой красивой упаковке, который жалко даже открывать, потому что даже он – сам шедевр. Но я знаю, что под упаковкой меня ждет сюрприз куда лучше.

И я берусь за бретельку ее платья.

Глава

5

Лила

Я чувствую щекочущее прикосновение к коже.

– Дани, отстань, – сонно бормочу я.

Давно не хочу его и всячески избегаю. Но тут что-то новое.

Машу рукой и врезаюсь во что-то. Обхватываю кисть руки Дани и чувствую что-то не то. Она крупнее и тверже на ощупь. И эта разница в ощущениях будит меня окончательно – я распахиваю глаза.

Рядом со мной на боку лежит светловолосый барсиец. Он возвышается на кровати как гора – до того широкие у него плечи. От него пахнет чем-то вкусным, что я хочу нюхать и нюхать, словно любимый запах, но я не могу распознать, что это.

Я знала, что он огромный, но, когда мы с ним так близко, это чувствуется особенно остро. Я могу спрятаться за ним – никто и не увидит. А еще я чувствую, что он дико зол – вижу огонь злости в желтых глазах.

В голове тут же проплывают воспоминания: драка в ресторане на праздновании дня рождения, я становлюсь трофеем победителя, позорный проход по космопорту и мои бесполезные попытки повлиять на окружающих ритмом так, чтобы меня спасли.

И отчаянный выпад силой в сторону Рема, который меня окончательно опустошил.

Кажется, я свалилась в обморок.

– Я – Рем. Запомни. Рем, – хрипло, с нажимом говорит он.

В его руках бретелька моего платья. Он сжимает кулак, и я слышу треск ниток.

Я почему-то четко знаю, что любое мое резкое движение спровоцирует его к действию. Нутром чувствую, что он в шаге от того, чтобы не сорваться и не превратить мое платье в лоскуты.

И что самое ужасное, в голове не орет сигнализация, как бывало с Дани. В голове словно пузырьки шампанского.

Я дурная, что ли?

Я же оказалась там, где меньше всего хотела – в кровати барсийца-адмирала. Как же ужасно терять контроль над телом – куда хочешь тащи, что хочешь делай. Потом еще прийти в себя не могу.

Ненавижу это. Но я должна была попробовать тот мегаудар ритма. Кажется, он его даже не засек.

Одна нога барсийца лежит на двоих моих, и его веса хватает, чтобы удерживать меня на месте. Если он не встанет – я не смогу подняться.

– Встань с меня, – шиплю я, прикрывая злостью страх.

Ответа так и не слышу.

Рем смотрит на мои губы так, словно хочет поцеловать, и я поджимаю их.

– Думаешь, спасет? – скептически хмыкает он над моими попытками не допустить контакта.

Опускает голову к шее, вдыхает воздух, и я тут же с головы до ног покрываюсь мурашками. Внизу живота все сначала сжимается, а потом я ощущаю то, чего давно не испытывала, – возбуждение.

Вселенная, приехали!

Говорила мне Алька, что надо игрушки покупать, а то докатилась. Стоит в шею подышать – уже крыша свистит.

Я так смущаюсь своих чувств, что пытаюсь вырваться, и треск лямки все-таки говорит о том, что она не выдерживает нашего накала.

– Не дергайся, – приказывает Рем командным тоном.

Сразу чувствуется, что он умеет повелевать и привык к тому, что его неукоснительно слушаются.

И я замираю. Все женское во мне ощущает, что я в шаге от того, чтобы познать его как мужчину. И меня странно будоражит эта мысль.

Приказываю себе остановиться. Ощущение такое, словно я хватаю ручку переключателя, а она прокручивается в моих пальцах, потому что сломалась.

Я должна испытывать совсем другие ощущения. Ведь я не собираюсь быть трофеем адмирала барсийцев. Я не такая.

И пусть я буквально придавлена его силой в физическом и моральном плане, я за себя поборюсь. Пусть и чувствую всем своим существом, насколько он больше и сильнее, так просто не сдамся.

– Как тебя зовут? – спрашивает Рем, с удовольствием глядя на мое предплечье, покрытое мурашками.

– Лила, – говорю я.

Все-таки уже разговариваем. Может, так и в нормальное русло уважительных отношений вернемся. А то мне как-то не по себе в связке завоеватель – трофей.

И больше всего не по себе ощущать возбуждение там, где должна быть злость.

Да, в этом барсийце есть что-то такое первобытное, дикое, что отзывается внутри меня. Как мужчина он меня очень привлекает, но как личность – отталкивает.

Разве нормально так себя вести?

Надо срочно что-то придумать, чтобы выбраться из щекотливой ситуации. Что же делать?

Так! Точно. Ему не понравилось, когда я назвала его чужим именем.

– Дани, ой. То есть… Как там тебя…

– Рем! – рычит он, на секунду теряя над собой контроль.

Его хвост обвивает мою талию и требовательно прижимает к себе. И я чувствую всю величину его желания. Оно просто огромное.

Сглатываю.

– Дани, то есть Рем… – сипло говорю я, кусая губы, пытаясь отвести себя от пропасти.

Адмирал резко втягивает воздух и не выдыхает, словно если это сделает, то сорвется.

Я рискую, конечно, но пока вижу только этот путь.

– У меня есть парень. Дай мне уйти, – говорю я.

Если буду напоминать о принятых социальных нормах, он придет в себя?

– Тот червяк? Уже нет. – Рем кладет мне руку на бедро, и я вздрагиваю.

Мое дыхание становится чаще.

– Я свободный человек! – Я пытаюсь убрать его лапищу с ноги, но могу отогнуть только один палец.

Я словно разделяюсь на две личности – одной дико нравится напор барсийца, а вторая до глубины души возмущена им и второй половиной.

– Ты – мой трофей. – Рем сжимает мое бедро так ощутимо, что я перестаю пытаться отковырять его руку от себя.

Он такой сильный. Сопротивляться такому просто бесполезно. Разве только словами попытаться достучаться.

– Сам ты трофей! Я живое существо, – возмущаюсь я ему в лицо.

Вкладываю в слова все внутреннее сопротивление, которое испытываю, всю злость.

А он смотрит спокойно, только в глазах вижу предвкушающие огни. Кажется, я его только раззадориваю. Я так и вижу звериную часть барсийца, что смотрит на меня в азарте охоты, скованную лишь цепями галактического социума.

– Не отрицаю, – говорит Рем, буквально ощупывая меня взглядом. – И очень привлекательное. Скажи, сколько берешь за ночь, и не ломайся.

Что? Я не ослышалась? Сколько беру за ночь?

Я замираю, глядя в его немного прищуренные желтые глаза.

Рем умеет смотреть так, словно делает комплимент каждой частичке моего тела. Ему точно нравится, что он видит.

Но что он говорит – это уже перебор.

– Ты за кого меня принимаешь? То за трофей, то за проститутку? – осипшим голосом спрашиваю я.

– А не так? – Рем смотрит на свою руку на моем бедре, словно хочет запечатлеть в голове эту картину.

Он буквально тащится от прикосновений ко мне. И когда он чуть двигает рукой, меня словно микротоками пронзает. Достигает нервных окончаний и чистым удовольствием ударяет по мозгу.

Мне льстит, что такой мужчина настолько желает меня, и тело реагирует на сильного самца. Но я не дикое животное. Я разумное существо, которое умеет контролировать свои эмоции.

– Не так, – говорю я.

И сама слышу, как томно звучит мой голос.

Рем мгновенно реагирует на это и прижимается ко мне еще плотнее, а потом заваливает меня на спину. нависая надо мной.

– Тогда чем ты зарабатываешь на жизнь?

Он это спрашивает, а у меня ощущение, что зубы заговаривает.

– Продажей летающих машин!

– Хорошая попытка, но я не куплюсь, – говорит Рем и впивается в мои губы.