Цитаты из книг автора «Наталья Жильцова»

Потом вообще непонятная ситуация случилась. Я задержалась, а Ксения ушла уже давно. Выйдя из дверей института, увидела подпирающего свою машину Алекса.

Три недели счастья без общения с Князевым пролетели незаметно. И вот тут-то начались странности. Мы стали постоянно натыкаться на него в институте. Причем в самых неподходящих местах. В библиотеке, в столовой, в коридорах, хотя точно знаю, что у его факультета эти предметы уже пройдены и ему тут делать нечего. Сначала я подумала, что он следует за Ксюшкой. Да и она радовалась, ведь они вроде как официально встречаются. Я ему скупо кивала, бросала: «Привет» – и уходила, оставляя парочку наедине.

Переломным моментом в этой затянувшейся идиотской истории со свиданиями втроем послужило то, что я случайно подслушала разговор Алекса с кем-то по телефону. Он в самом начале, как только мы сели за стол, отлучился, чтобы побеседовать с кем-то позвонившим, а я отправилась в туалет. Ну и случайно… – Да она меня бесит так, что я уже едва держу себя в руках. Таскается с нами на каждое свидание. Причем умудряется так довести меня, что потом никакого настроения, – мрачно сообщил он кому-то. Из трубки донеслось неразборчивое бормотание его собеседника, но слов я не разобрала. – Да я говорил Ксении, но она лепечет, что не может бросить лучшую подругу. Думаешь? Ну не хотелось бы хамить. Она в целом адекватная, сидит с нами не до конца и никогда не ездит в ресторан, если я приглашаю Ксению. Сегодня вот впервые, и то потому, что мы сразу сюда отправились. Погода вон какая… Обычно она всегда уходит примерно в середине свидания. Что? Ну это чересчур радикально! До такого я не опущусь. Мм? Не знаю. Ладно, поговорю с Ксенией еще раз и попрошу. Давай, удачи. Я быстро проскользнула незамеченной, в туалете мрачно полюбовалась своим отражением в зеркале, написала самой себе эсэмэску и быстро выключила телефон, чтобы получить ее позднее. С современными смартфонами и мгновенной передачей данных подобное не прокатило бы, но моя древняя модель позволяла такие финты с небольшой задержкой.

А через два дня история повторилась. – Ксюша, нет! Не поеду! – Ну, Карочка. Пожалуйста! Можно не на весь вечер. Ты только отвлеки его, заговори ему зубы, чтобы он устал от бесед, а уж потом я сама. – Гр-р-р! – Свитерок вот этот! – в меня полетела черная водолазка, выуженная из шкафа. – И джинсики! Ну да, логично. В чем еще быть дуэнье, если принцесса наряжена в персиковую кофточку и короткую джинсовую юбочку? Впрочем, на мой взгляд, заставлять меня одеваться скромно и неприметно было излишне. Я и так не конкурентка ей. Моя подруга – миниатюрная стройная блондинка (крашеная, но разве это важно?) с модной стрижкой, которая ей очень идет, с кроткими голубыми глазами, фарфоровым личиком и щедро одарена природой в бюсте. А я довольно высокая для девушки, и волосы у меня обычные, прямые, светло-русые и длинные. Но так как с распущенными мне неудобно (слишком уж их много и по объему, и по длине), я их заплетаю в примитивную косу. И глаза у меня самые банальные, как и у многих девушек славянского типажа, – серые с легкой зеленцой. Короче, если Ксения – сказочная эльфа, я – мышь серая обыкновенная. Не уродина отнюдь, но и не воздушное неземное создание. Ну, что сказать? Алекс, вероятно, был счастлив снова меня видеть на свидании с его девушкой. – Соколова! – скривился он. – Князев! – улыбнулась я в ответ. Сегодня по программе у них было посещение клуба, одновременно бара, одновременно модного места. Мы заняли столик, Ксюшка выбрала коктейль «Космополитен», Алекс – «Лонг-Айленд», так как сегодня он был без машины, а приземленная и невозвышенная я – пиво. Оно дешевле, да. Все же я – третий лишний, в том числе и по финансовым соображениям.

И я, и двое его друзей уже дышали с трудом. И это притом, что фильм-то ведь был отнюдь не комедийный, а все как надо. Взрывы, отважные астронавты, телепортация, метеоритные дожди и злые инопланетяне… Но, боже мой, как же было смешно от комментариев юного дарования! – Пока, Кара! – улыбаясь во весь рот, хлопнул меня по плечу главный юморист. – Стучись в скайп, договоримся. – Кара! – отсалютовали мне его приятели и подставили кулаки, в которые я тихонько стукнула своим. – Счастливо, ребята. Спишемся, – кивнула я им и поспешила к Ксении и Алексу. Они уже вышли из своего зала и дожидались меня. – И что это было? – заинтересовался Князев. – Соколова, это твои друзья? – Что? – проводила я взглядом удаляющихся старшеклассников. – Не-е, в зале разговорились, пока хохотали и обсуждали фильм. Хорошие мальчишки. Обещали мне прислать несколько музыкальных композиций в хорошем качестве. – Хохотали? – удивилась Ксюня. – Ты разве не на космический боевик ходила? – Э-э, ну да. Но было ужасно смешно, – отмахнулась я. Следующим по программе у Ксюхиного кавалера было посещение ресторана, где он планировал свою девушку накормить. В мои же планы это совершенно не входило, так как позволить ему платить за себя я не могла – некрасиво это, он ведь не рассчитывал на мое явление. И так уж пришлось ему раскошелиться на билет и попкорн для меня. А ресторан, в который он собирался везти Ксюшку, ну и балласт в моем лице, я не потянула бы. Максимум – стакан воды из-под крана.

Я дернула щекой и покосилась на подругу. Та виновато улыбнулась и пожала плечами. Ну, Ксюха! – Так вы берете? – недовольно поторопила нас кассирша. – Да-да! – отозвалась я. – Девушка, два билета на «Поцелуй под деревом» и один на «Орион в огне», пожалуйста. Подождала, пока на лоток лягут билеты, быстро схватила тот, что на космическую фантастику, и отошла, волоча за собой на буксире возмущенно сопящую подругу. – Ксюнь, я тебя очень люблю. И если ты хочешь, чтобы и дальше любила, не заставляй меня смотреть на этот… под сакурой. – А как же? – пробормотала она. – Вам не придется разговаривать! Смотрите кино и ешьте попкорн. Можешь держать его за ручку. Встретимся после сеанса здесь же!

Я закатила глаза, натянула толстовку с черепом, держащим в зубах веточку конопли, и верные джинсы. На фоне разряженной как куколка Ксюхи смотрелась я… Ну… скажем так – оригинально. Правда, под моей курткой и ее пальто разница была не так видна.

Адам быстро вытащил что-то из кармана, а затем протянул мне раскрытую ладонь с тем самым кольцом. – Артефакт позволяет подпитываться магией от любого источника тех фей, которые дали свою пыльцу связанному с ним кровью хозяину. Тебе, Лена. – Что? – мой голос как-то разом осип. Страх, злость, паника – все как-то разом ушло, оставив только шок. – Я сделал его для тебя. – Но… но… Слова кончились совсем, и я лишь молча, не веря, что все это происходит на самом деле, смотрела на Адама. А тот вдруг улыбнулся, осторожно взял мою разом ослабевшую руку и, поцеловав кончики пальцев, надел кольцо на безымянный. И мир резко, разом вспыхнул красками! Мой резерв в мгновение ока заполнился силой. Полностью, до последней капли, как никогда в жизни до этого! Адам не солгал. Этот безумно дорогой, безумно редкий, невозможный артефакт действительно был создан для меня. От осознания этого во мне всколыхнулась целая буря чувств. – Почему ты не сказал об этом сразу? – прошептала я. – Зачем надо было все это скрывать? – Потому что твоя кровь в момент передачи артефакту должна была быть свободна от лишних эмоций, – прозвучало в ответ. – Скажи я раньше, ты испытывала бы как минимум благодарность, и артефакт был бы привязан и ко мне как к создателю. А я хотел, чтобы он отдавал силу только тебе. Полностью. Потому что я люблю тебя. Я очень тебя люблю.

Когда он ушел, я позволила себе еще с четверть часа просто поваляться в постели. После ночного марафона тело с непривычки ныло, да и душ был занят – куда торопиться? Встала, лишь когда услышала, что Адам вышел из ванной. Сообразила, что вещей моих в спальне практически нет, и шмыгнула в коридор. А уж оттуда, практически не глядя схватив с пола охапку этих самых вещей и даже не разобрав, где мои, а где Адама, переместилась в ванную. Не то чтобы я сильно смущалась ходить при нем обнаженной, но… но все равно стеснительно как-то. Я, в конце концов, не суккуб, а кандидат на звание «синего чулка».

Только после этого Адам позволил себе расслабиться и, опершись на край стола, прикрыл глаза. Даже в моем состоянии было видно, что выжат он почти досуха. – Надеюсь, оно того стоило, – вполголоса пробормотала я. – Что? – Он поднял на меня усталый взгляд. – Я говорю, надеюсь, оно того стоило. Тебе ж восстанавливаться теперь месяц, не меньше. На губах Адама промелькнула слабая улыбка. – Стоило, – произнес он. – Даже не обсуждается. – Тогда поздравляю с успехом. – Я покосилась на окно, в котором уже виднелось заходящее солнце. – И, наверное, мне пора. – Пора… – эхом повторил Адам и, в свою очередь, посмотрел в окно. Затем нахмурился, потер виски и неожиданно попросил: – Пожалуйста, Лен, давай сначала хотя бы поужинаем? Я чуть передохну и отвезу тебя домой. И я почему-то не стала отказываться. Может, потому что видела – Адам и впрямь сильно устал. А может, потому что проголодалась. А может… В общем, осталась я и вскоре уже с легкой завистью наблюдала, как ловко Адам готовит. Уверенные, даже несмотря на усталость, движения ведьмака указывали на то, что делает он это постоянно. А когда передо мной поставили буженину в брусничном соусе и я ее попробовала, то поняла: Адам – кулинар от Бога. – Потрясающе вкусно, – искренне признала я. – Я ж ведьмак, Лен, – он улыбнулся. – У нас рецептура на рефлексах вся. Мне что зелье, что еду приготовить – не проблема.