Цитаты из книг автора «Наталья Щерба»

Правда, большинство эфларцев знать не знают ни о какой Остале и считают рассказы о технической цивилизации остальцев сказками. Но в часовых школах проводят специальный курс об остальской жизни и даже устраивают тайные экскурсии для старших школьников. Диана и Фэш не были еще на Остале и поэтому с большим интересом слушали Василисины рассказы о жизни и учебе остальских ребят. Кроме того, она рассказала, что с детства занималась со своей бабушкой математикой и даже вспомнила некоторые из задачек. Диана удивилась, сказав, что математические и логические задачи – основные предметы Начального Круга в часодейской школе. Потому что любой, даже самый простой эфер строится на алгоритме – определенной последовательности задач. Вот почему так важно научиться решать логические и математические упражнения.

Договорить ему не дали: послышался лязг и скрежет с трудом отпираемого засова. Дверь открылась, пропуская внутрь саму Хронимару. В это раннее утро часовщица была одета в простое льняное платье, а в руке держала фонарь со свечой. Василиса с удивлением отметила, что Хронимара была причесана и выглядела довольно бодро, как будто она всегда вставала в такую рань.

Любой дар или, попросту говоря, талант нуждается в развитии и взращивании

и резкое слово – Василиса почувствовала, как ее маленькое птичье сердце будто сковал ледяной холод. Крылья обвисли, и она мгновенно спикировала вниз, но приземление получилось мягким. Оказывается, это Фэш-треугл, бесстрашно спрыгнув с чаши, успел подставить свой пушистый бок; после чего осторожно схватил птицу зубами за шею и – затрусил в темноту угла, где, оказывается, стояло зеркало для перехода.

Удостоверившись, что с другом все в порядке, Василиса быстро оглядела залу: на стенах – высокие дубовые панели и тканые гобелены с битвами крылатых людей, окон нет, каменные плиты пола застелены длинными ковровыми дорожками с цифровым орнаментом по краям. По центру залы располагался очень длинный стол, накрытый ало-золотой скатертью, с расставленными через каждые полметра высокими подсвечниками – на каждом горело по дюжине свечей.

Вместо ответа Фэш вдруг придвинулся ближе, приобнимая ее за талию с какой-то новой уверенностью, и прижался щекой к ее щеке. Василиса замерла, боясь спугнуть это мгновение. Реальность перестала существовать. Все тревожные мысли, страхи, сомнения ушли куда-то далеко-далеко, в этом маленьком уголке не осталось ничего извне, только они вдвоем, перила, увитые плющом, и яркое пламя в трех высоких стеклянных светильниках.

Василиса шумно вздохнула и, почувствовав, что ноги подкашиваются от какой-то неожиданной слабости, вновь оперлась на бортик с плющом.

Фэш тоже повернулся к ней, причем его лицо оказалось так близко, что Василиса даже почувствовала его дыхание и слабый аромат ландышей.

Василиса дернулась от него, как ужаленная, а Фэш, вначале удержав ее за руку, неожиданно отстранился.

Но не решилась, даже отступила назад, чтобы не выдать себя, и – споткнулась, не заметив край помоста. Фэш успел подхватить ее у самой земли – и вовремя, иначе Василиса ударилась бы головой о стену, но сам не удержал равновесия и упал, чуть не придавив ее всем телом.