Цитаты из книг автора «Наталья Щерба»

Она вдруг почувствовала прикосновение: это Фэш крепко взял ее за руку. – Ты что?! От неожиданности Василиса дернулась в сторону, но Фэш удержал ее. – Ты же не хочешь уйти без меня? – На его щеках показались ямочки. – Если ты вспомнишь что-то хорошее или приятное, то мгновенно переместишься. А я, знаешь ли, не очень хочу остаться один даже в таком неплохом месте. Василиса смешалась; она вдруг вспомнила очень похожий момент, когда они стояли друг напротив друга – в лесу, возле Хрустального Озера, и голубые глаза Фэша были так же близко. – Сейчас ты мне мешаешь сосредоточиться, – призналась она, почему-то перейдя на шепот. Фэш усмехнулся: – А может, я специально. Он вдруг притянул ее к себе, неловко обняв за талию, и осторожно поцеловал. А потом еще раз и намного смелее. Это было так неожиданно, необычно и так непохоже на него! Василиса хотела отпрянуть, но вместо этого подалась вперед и тоже поцеловала его – и сама удивилась, как просто это вышло. Они смотрели друг на друга в каком-то странном молчании. Это был очень необычный момент. Фэш продолжал держать ее за талию, и Василисе показалось, что именно сейчас кто-то взял и остановил время. Ей было не по себе, но вместе с тем хотелось, чтобы это мгновение длилось вечно. Неожиданно шум водопада утих, свет померк, зато вернулось многоголосье ночного леса. Отгоняя новое наваждение, Василиса тряхнула головой, и Фэш тут же отпустил ее. – Ну вот, как бы с днем рождения… Он развернулся и с шумом, ломая на ходу ветки и сучья, ринулся к палаткам. Василиса пошла за ним в некотором отдалении. Несмотря на то что случившееся в долине принадлежало им двоим, ей хотелось осмыслить это в одиночестве. И она была совершенно уверена, что Фэш чувствовал себя ровно так же.

«Представляю, как он меня тогда ненавидел, – невольно подумала Василиса. – А может, и сейчас». Кажется, Фэш тоже об этом подумал. Он резко остановился и повернулся к Василисе. – Ну прости меня за все, ладно? – сказал он, виновато улыбнувшись, отчего на щеках показались ямочки. – Я же не знал, что ты совсем не такая… И он вдруг очень нежно сжал ее запястье. Его ладонь оказалась сухой и горячей. – Правда, я до сих пор думаю, – медленно продолжил он, глядя прямо в глаза и беря ее за вторую руку, – зачем тебе все это? Василиса моргнула, но глаз не отвела. Даже постаралась успокоиться. – Ты… про что? – Часодейство, Ключи, борьба… Фэш еще немного подступил, не сводя с нее странного взгляда, и шепнул: – Мне кажется, Василиса, ты в очень большой опасности. Василиса подумала, что сейчас она действительно в опасности: голубые глаза Фэша были почти рядом. – Я тебе не верю. – Она вдруг тоже перешла на шепот. На его щеках опять появились ямочки. Фэш еще немного придвинулся к ней, провел ладонями вверх до ее локтей и чуть сжал их. Василиса, совсем растерявшись, перестала дышать. Расстояние между ними было таким близким, что она ощущала на щеке его дыхание. – Я все хотел тебе сказать, что… – Голос его прервался. Василиса ощутила, что ее наполняет некое незнакомое чувство, словно хочется взлететь и провалиться сквозь землю одновременно. Фэш не отрывал от ее лица пристального взгляда и, словно забывшись, нежно провел пальцами по ее руке вверх, осторожно погладил плечо, а после тронул за волосы – забрал прядку за ухо ласковым жестом. – Ну, хотел тебе сказать… – снова начал он как-то непривычно робко. Его руки скользнули вниз и сжали ее ладошки. – Так что хотел? – не выдержала Василиса и тут же прокляла себя. Ну вот зачем сказала?! – Что ты очень доверчива, фейра, – неожиданно громко произнес Фэш, разом отпустил Василису и зашагал вперед по тропинке – к озеру, раскинувшемуся невдалеке иссиня-черным островком. Василиса не видела, как он, прикрыв глаза, расстроенно закусил губу и вздохнул. Но уже через мгновение лицо его приняло обычное равнодушное выражение. – И быстро прощаешь, – злорадно добавил мальчишка, как только Василиса, радуясь, что здесь совсем стемнело и не видно ее пылающих щек, поравнялась с ним. – Я прощаю только друзьям, – сказала она, стараясь, чтобы голос прозвучал беззаботно. – Особенно их нерешительность. Василиса окончательно развеселилась и, обогнав оторопевшего Фэша, пошла первая.

Маар что-то почувствовал – отстранился, взяв лицо девочки в ладони.

Их губы едва успели соприкоснуться, как вдруг

Я с удовольствием полетал бы вокруг замка только с тобой.

– Ну ты даешь… – только и сказала Василиса, пока они шли по коридору. Фэш скосил глаза, глядя с обычной ехидцей. – Увижу, что ты обнимаешься с каким-нибудь новоиспеченным ключником, убью обоих. – Он состроил свирепую гримасу. – Вернее, его на куски разорву, а с тобой просто разговаривать не буду.

Фэш молчал. Повернувшись к окну, он смотрел в даль и, скорее всего, крепко размышлял о чем-то своем, личном. Василиса не решилась нарушить молчание. Правда, ей очень хотелось поговорить о завтрашнем походе, о Серебряной комнате и о том, почему так изменился Марк. Тем более что они все так и не обговорили, как бы Василисе завтра «разговорить» часольбом, подаренный мальчиком Рунисом… Неожиданно Фэш сам развернулся к ней. Некоторое время они просто смотрели друг на друга. Но вот, поддавшись некоему порыву, мальчик приблизился стремительным шагом и, осторожно, но цепко ухватив Василису одной рукой за плечо, а другой – за талию, рывком притянул к себе и поцеловал в губы. Несколько секунд растянулись в вечность. Этот поцелуй не был похож на те, другие – несмелые, оставленные украдкой или впопыхах. До этого момента Василиса даже не подозревала, что можно так увлеченно целоваться. Ее всю будто окутывали волны нежного, воздушного тепла – едва ощущаемого, невесомого, и почему-то казалось, что в жизни нет ничего важнее. Рука мальчика вдруг сместилась с плеча – его пальцы нежно обхватили ее шею, и Василиса вообще перестала что-либо соображать. Нарушая идиллию, один из охранников вдруг кашлянул громко и с надрывом – судя по всему, уже давно сдерживался. Второй издал короткий смешок, и вот Фэш и Василиса в смущении отступили друг от друга. Где-то за поворотом раздались неторопливые шаги, и стражники вновь застыли на посту, всем своим видом копируя клокеров. – Извини, что без предупреждения, – сказал он, улыбаясь ямочками на щеках. – Боялся, что снова помешает Захарра. Василиса только улыбнулась – она вряд ли бы смогла сейчас говорить.

Когда они выходили из дверей, Фэш, шедший вместе с Ником и Захаррой, оглянулся, ища кого-то глазами, увидел Василису с Мааром, гневно скривился и отвернулся.

Невольно Василиса еще сильнее вцепилась в Фэша, уткнувшись носом ему в шею. Ее окутал знакомый, едва уловимый аромат ландышей, она хорошо чувствовала тепло его кожи, размеренно пульсирующую жилку, упругую впадину над ключицей. И вдруг Василиса мелко-мелко задрожала, словно березовый листок, готовый вот-вот сорваться с ветки и улететь в неведомые края. Фэш почувствовал ее волнение, успокаивающе сжал за плечо, даже прикоснулся губами к ее волосам. – Все в порядке, – шепнул он едва-едва, – нас не заметят. Василисино сознание разделилось на две равные части: одна половина ее существа млела от столь неожиданной близости с Фэшем, а другая – чуть ли не теряла сознание при виде воображаемой картины их разоблачения. Может, лучше повиниться сразу? Выйти и во всем признаться… Их накажут, конечно, но можно все списать на… гм… свидание. Или сказать, что они просто присели на подоконник чуть отдохнуть после полета. Василиса уже открыла рот, чтобы тихо сообщить о своем решении Фэшу, но не успела.

Фэш опомнился первым. На ходу расправляя крылья, он коршуном метнулся к Василисе, дернул ее за руку, увлекая за собою на подоконник, после чего сразу же обвил и руками, и крыльями, надежно пряча от окружающего мира в невидимый кокон. На Василису нахлынула буря, в один миг схлестнув и перекрутив в безумном вихре самые разные чувства: несмотря на полностью захвативший ее страх, что их сейчас раскроют и точно серьезно накажут, Василиса успела подумать о том, что крылья Фэша очень мягкие, нежные, едва ощутимые, словно сотканы из тончайшего пуха. Невольно она вспомнила, когда впервые коснулась его крыла – тогда край показался тонким и острым, словно лист жести. Какие же все-таки необычные эти крылья – могут быть мягкими, словно шелковая ткань, а могут стать веером из ножей, служа опасным оружием. – Молчи, – шепнул ей Фэш в самое ухо. Хотя Василиса и так не собиралась ничего говорить – у нее даже горло свело от волнения. Она поняла, что друг тоже очень переживает, и наверняка поэтому еще сильнее обнял ее.