Глава 8

Яна

Он не пришёл ко мне вечером, чтобы сопроводить на прогулку, а ужин мне принесли в комнату, из которой я больше не выходила. Это было странное затишье после недели ритуалов по расписанию Мастера. Я даже не слышала его шагов и лая пса в коридоре, как это бывало раньше. Но выйти и проверить, что происходит, я не решилась. В принципе, даже не хотелось этого делать. Мне нужна была передышка от демона. Слишком много этого мужчины в последнее время в моём пространстве. По сути, он стал всей моей жизнью и центром мира – узкого параллельного мира под названием «Эдем». Я даже радовалась, как ненормальная, когда осознала, что Мастера нет рядом.

Новое утро не отличалось от предыдущих. Я проснулась, приняла душ, накинула халат и села за туалетный столик ждать, когда мне принесут новый наряд. Старые платья по вечерам забирали, и каждый день приносили абсолютно новые, неповторяющиеся.

Смотрю на себя в зеркало, расчёсываю волосы, прислушиваюсь к тишине и не слышу ничего по ту сторону двери. Внутри зарождается надежда, что Мастер снова не придёт, и мне не надо будет завтракать с ним, читать книги у его ног и выслушивать циничные ремарки.

Господи.

Ещё один день.

Всего один.

Пожалуйста.

Раньше я не любила одиночество. А теперь молю Бога о дне наедине с собой.

Вчера он меня поцеловал. Это был всего лишь поцелуй. Не тот, о котором я мечтала, не имеющий ничего общего с любовью и всем тем, что люди вкладывают в это понятие.

Но эта форма близости между нами состоялась, а значит, Мастер сделает ещё один шаг, и ещё, и ещё, пока мы не дойдём до секса. Я хоть и глупая, но не маленькая и прекрасно осознаю, чего хочет от девушки взрослый мужчина. Мне страшно даже подумать о близости с Мастером, но я понимаю, что это неизбежно. Иногда хочется, чтобы он уже овладел мной, чтобы я перестала мучиться и бояться.

Но мои мечты и надежды разбиваются вдребезги, когда дверь открывается и вместо безликой женщины, которая меня обслуживает, входит сам Мастер с очередным платьем в руках.

Сегодня это бежевый шёлковый наряд в китайском стиле, с воротником-стойкой и широкими разлетающимися рукавами. На ткани изображены порхающие птицы. Как цинично и иронично с его стороны – выбрать платье с летающими птицами для Птички, которой обрезали крылья и посадили в клетку.

Не оборачиваясь, продолжаю следить за мужчиной в зеркало, застыв с расчёской в руках.

— Доброе утро, — как всегда, с восторгом произносит он.

Я заметила, что Мастер очень эмоционален. Он выражает сотни эмоций, но все они либо холодные, либо наигранные, либо циничные. Его эмоции фальшивы. Это маски, скрывающие его истинное безобразное лицо. Теперь я чётко понимаю смысл фразы: красивый снаружи, но безобразный внутри.

Мастер медленно подходит ко мне сзади, упираясь руками в спинку кресла, и тоже рассматривает меня в зеркало.

— Продолжай, — указывает глазами на расчёску. — Не останавливайся, мне нравится на тебя смотреть, — с лёгкой хрипотцой произносит он.

Послушно провожу расчёской по волосам, чувствуя, как его стальной взгляд давит. У этого демона очень тяжёлая аура. Невозможно расслабиться в его присутствии.

Замираю, когда Мастер ловит пряди моих волос, пропуская их сквозь пальцы.

— У тебя прекрасные шелковистые волосы, — с придыханием произносит он и забирает у меня расчёску, начиная медленно водить ею по моим волосам.

Когда волосы идеально ложатся на плечи, Мастер удовлетворённо улыбается с маниакальным блеском в глазах и оставляет расчёску на столике.

Наблюдаю, как он отходит от меня и садится в кресло у окна, принимая расслабленную позу, сложив руки на подлокотниках.

— Переодевайся, — кивает он на платье на кровати. — Скоро подадут завтрак.

Поднимаюсь, беру платье и направляюсь с ним в ванную.

— Стой! — Останавливаюсь по его команде. — Переодевайся здесь. Я хочу посмотреть.

Во рту пересыхает. Сглатываю.

— Но… — я не знаю, что хочу сказать. Мне претит сама мысль обнажаться под его оценивающим, отравляющим взглядом.

— В этом нет ничего постыдного или извращённого. Позволь мне визуально насладиться твоим телом.

Да к чёрту всё!

Делаю глубокий вдох, поворачиваюсь лицом к Мастеру, кидаю платье на кровать и развязываю пояс халата. Я стараюсь не смотреть в его хищные глаза, но чувствую, как он трогает меня взглядом, когда халат скользит с моих плеч. Слава богу, на мне есть бельё – простой хлопковый чёрный комплект, скромный и без излишеств.

— Не торопись. Замри, — велит он мне. — Расправь плечи, — скользит взглядом по моему телу. — Идеальные линии, — с восхищением произносит Мастер, сжимая подлокотники кресла. — Даже твои изъяны прекрасны, — выдыхает он.

Любая девушка была бы рада такому комплименту. Но только если восхищается человек, который тебе нравится. А мне кажется, я ненавижу этого психа. И ненавижу своё тело, которое ему нравится.

Он трогает меня взглядом минут пять. Я начинаю покрываться мурашками, мне некомфортно. Всё равно что стоять обнажённой в толпе незнакомых людей, которые рассматривают каждый сантиметр твоего тела.

— Такая хрупкая шея, — продолжает рисовать мой словесный портрет. — Изящные плечи, — его низкий голос наполнен откровенным сексуальным подтекстом. — Такая молочно-нежная кожа создана для моих рисунков.

Задерживаю дыхание, чувствуя, как по спине бежит холодок.

— Продолжай, одевайся, — наконец, разрешает он мне.

Хватаю платье, торопливо натягиваю его через голову. Мои движения неуклюжи и лишены какой-либо женственности и грации. Меньше всего хочется ещё больше понравиться Мастеру.

Расправляю платье, застёгиваю пуговицы на шее. Замираю.

Мастер встаёт из кресла, обходит меня и становится сзади.

Его ладони ложатся на мою талию и скользят по бокам, останавливаясь на бёдрах.

— Тебе определённо идёт шёлк, — выдыхает он мне в ухо.

Он собирает мои волосы, отводит их в сторону и перекидывает на плечо, обнажая шею. Прикрываю глаза, когда его горячие губы прикасаются к моей коже.

— Скоро… Скоро, Птичка моя, я возьму твоё тело, как захочу, и научу тебя принимать меня без страха, — хрипло шепчет он мне в шею, оставляя пару поцелуев.

В его прикосновениях нет ничего ужасного, его запах не отвращает. Восточный парфюм очень тонкий и приятный, его губы осторожны, а руки аккуратны и умелы. Но я всё время жду подвоха.

Мастер отступает, и я быстро разворачиваюсь к нему лицом.

— Пойдём завтракать, нас уже ждут, — произносит он, протягивая мне руку.

— Кто ждёт? — вкладываю ладонь в его руку.

— Это сюрприз. Тебе понравится компания, — тянет меня за собой на выход.

Я ничего не понимаю, но слово «сюрприз» из уст Мастера звучит жутко, и вряд ли он мне понравится.

Мастер открывает дверь в привычную гостиную, пропуская меня вперёд. Завтрак уже накрыт на троих. Делаю пару шагов внутрь и останавливаюсь – за нашим столом сидит женщина. Я вижу только её идеально ровную спину, тёмно-синее платье и тёмные волосы, собранные в строгую причёску.

Женщина оборачивается, и мои глаза распахиваются от удивления.

Это Елена!

Доктор, которая вчера выбыла из игры.

Мастер был прав. Я в шоке, но рада её видеть. Мне даже хочется улыбнуться, но я сжимаю губы назло Мастеру.

— Ты вчера так переживала за нашего Доктора, — произносит Мастер и ведёт меня к столу, помогая сесть.

— Доброе утро, — сдержанно кивает Елена.

— Как вы… Как вы себя чувствуете? — смотрю на Доктора во все глаза. Мы мало общались, когда были игроками. Но я её уважала. Сдержанная, умная, утончённая женщина.

— Спасибо, сносно, — спокойно произносит Елена.

Она немного бледная. Но живая. Оказывается, не все игроки умирают после выбывания. И меня это радует. Я настолько воодушевлена этой мыслью, что забываюсь и заглядываю в глаза Мастеру, который за нами наблюдает, попивая кофе.

— А Техник, он…

— Нет, — качает головой Мастер. — Он выбыл из игры окончательно… — холодно произносит он.

Сглатываю, теряю всю радость. Да, Антон поступил плохо. Но ни один человек не заслуживает такой смерти. Он тоже хотел жить. Как все мы.

— Елена, если у вас есть вопросы, а они у вас есть, можете мне их задать, — снисходительно разрешает ей Мастер.

— Меня интересует, какова моя судьба в этой игре? — безэмоционально спрашивает она, не боясь смотреть Мастеру в глаза.

— Есть несколько причин, по которым вы сидите за этим столом. Первая: вы ещё пригодитесь нам в финале для полноты картины. Вторая: если судьба финала сложится определённым образом, вы перейдёте в следующий сезон, но не в качестве игрока, — рассуждает Мастер, поворачивая чашку с кофе. — Меня восхищает ваша сдержанность, ум, принятие происходящего без истерик. В вас есть выдержка и умение скрывать эмоции. Несмотря на всю утончённость и сдержанность, вы сильная женщина, что вызывает уважение. Нам нужен такой человек в Эдеме. Вы доктор, психолог и можете быть для меня полезны в игре. Но есть и третье, самое главное, — Мастер переводит взгляд на меня. — Не сочтите это оскорблением или моим цинизмом. Я хотел порадовать мою Птичку, она очень переживала за вас. Вы мой подарок ей, — кивает он на меня.

Сглатываю. Как это жестоко. Мог бы и промолчать.

Оценила ли я его подарок? Скорее, да. Елена жива. Остальное уже не важно.

— Я так понимаю, выбора у меня нет? — спокойно спрашивает Доктор, отпивая воды.

— Выбор есть всегда, — усмехается Мастер. — Вопрос лишь в том, насколько он целесообразен. Жизнь в мире, скрытом за кулисами Эдема, гораздо предпочтительнее, чем потеря возможности участвовать в игре навсегда, не так ли?

— Так, — сдержанно кивает Елена.

— Не сомневался, что вы меня поймёте. Прошу разделить с нами наш скромный завтрак, вам нужны силы после вчерашнего стресса, — Мастер кивает на стол, приглашая начать завтрак.