Глава 5

Яна

Это могло быть обычное утро. Скучное, монотонное, повторяющееся много лет подряд. Пробуждение по будильнику, пять минут на то, чтобы поваляться и принять факт, что надо вставать и бежать на учёбу. Душ, ворчание мамы о том, что вредно не завтракать, капризы сестрёнок-близняшек, которые не хотят есть овсянку, быстрые сборы, улица, стаканчик кофе из кофейни по дороге в университет, встреча с Алисой, скучные пары, сплетни о подружках, тайные вздохи о парне, который не обращает на меня никакого внимания.

В первые секунды после пробуждения кажется, что так оно и есть, что это моё обычное утро. До того момента, пока я не открываю глаза и не утыкаюсь взглядом в массивный потолок с деревянными балками, искусно стилизованный под старину.

Осознание приходит не сразу. Оно накатывает давящей волной. Полная тишина и запах… Не кофе и овсянки, а дерева и терпкого восточного парфюма.

Медленно приподнимаюсь на локтях, осматриваю комнату. Постельное бельё, на котором лежу, из шелка. Ткань холодная и скользкая, не приносящая ни тепла, ни комфорта. Огромная кровать с резными колоннами по углам, как в фильме в жанре тёмного фэнтези. Я утопаю в этой сказочной кровати, хотя чувствую под собой современный ортопедический матрас.

Стены отделаны тёмным деревом, на полу большой ковёр с замысловатыми восточными узорами. Тяжёлые шторы плотно закрывают окно, и лишь маленькая щель, сквозь которую пробивается солнечный свет, говорит о том, что уже утро или день. Ощущение времени потеряно. Да и мне всё равно, который сейчас час. В этом нет уже никакого смысла.

Напротив кровати стоит огромное овальное зеркало в позолоченной раме. Такое необычное, словно из прошлого века.

В нём отражаюсь уже не я. Яны больше нет. Есть маленькая напуганная Птичка, которая не знает, что её ждёт. Рассматриваю девушку в отражении внимательнее. Бледная кожа на фоне тёмных простыней, волосы растрёпаны после сна, куда-то подевалась резинка, которая была на мне вчера. Но самое ужасное не это, а то, что я абсолютно голая. Под одеялом на мне нет ничего, даже белья. Кутаюсь в одеяло плотнее, пытаясь скрыть своё тело, несмотря на то, что в комнате никого нет.

Я смотрю на своё отражение, а оно смотрит на меня с немым вопросом. Даже не хочу знать, кто и как меня раздел. Да и разве это теперь так важно? Я продала душу и тело Мастеру за призрачную надежду продлить жизнь, и теперь он может делать со мной что хочет. Я проснулась в своей новой реальности, которую теперь рисует главный демон Эдема.

Лежу почти неподвижно ещё около получаса, пытаясь заново уснуть. Мой разум ещё противится новой, не принадлежащей мне реальности.

Резко натягиваю на себя одеяло, закрываясь по горло, когда в дверь стучат. Не отвечаю. Но дверь всё равно распахивается. Глаза сами собой широко открываются, когда я вижу, как в комнату входит женщина лет пятидесяти. Может, даже моложе, но чёрное, наглухо закрытое бесформенное платье в пол и платок на голове придают ей возраста. Нас всегда обслуживали только безликие лакеи. Женщин, кроме игроков, я ещё в стенах Эдема не встречала.

Она не смотрит на меня, проходя в комнату, оставляет на кровати одежду, сложенную в стопку, и обувь возле кровати.

— Завтрак накроют через полчаса, — бесцветным голосом сообщает она мне и удаляется.

Где накроют и обязательно ли моё присутствие, естественно, никто не сообщает. Хочется проигнорировать всё и остаться лежать в кровати, смотря в потолок. Но я должна следовать правилам игры, на которую согласилась. Поднимаюсь с кровати и иду в сторону ванной комнаты, дверь которой прикрыта.

К моему визиту явно готовились: в ванной множество полок с женской уходовой косметикой. Здесь есть всё: от шампуня до крема для пяток. Открываю выдвижные ящики, находя там резинки для волос, разнообразные заколки и расчёски. Либо Мастер был настолько уверен, что я окажусь в его обители, либо до меня здесь уже побывала девушка. Как ни странно, этот факт мало волнует.

Принимаю душ, сушу волосы, собираю их вверх, закалывая заколкой, надеваю принесённое женщиной бельё, бежевое платье в мелкий голубой цветочек. Я похожа на крестьянку в этом платье в пол, с широкими рукавами.

Надеваю балетки, осматриваюсь, замечаю в своей комнате полку с книгами. Перебираю их, читая корешки. Литературы много, от классики до современников, будет чем заняться, чтобы отвлечься.

— Доброе утро.

Резко оборачиваюсь, когда слышу голос Мастера. Мужчина входит в мою комнату, ступая почти бесшумно по восточному ковру. Как всегда, свежий, статный и одетый со вкусом.

Киваю, смотря, как он подходит ко мне.

— Позволь проводить тебя на завтрак, — протягивает мне руку.

Вкладываю свою ладонь в его и безвольно иду за мужчиной. Мы выходим в небольшой коридор. Большая ладонь Мастера почти нежно сжимает мою, и от этого почему-то становится ещё более не по себе.

— Здесь моя спальня, — указывает он на дверь напротив. — Здесь наша общая гостиная и столовая, — заводит меня в помещение.

И я узнаю это место: комната с камином и мраморным столом, в которой мы встретились впервые, только вход другой.

Мой взгляд сам по себе застывает на чёрной двери, через которую можно выйти и попасть на второй этаж к игрокам.

— Даже не думай об этом, — качает головой Мастер, читая мои мысли. — Для них ты тоже погибла и выбыла из игры. Не хочу угрожать или как-то повторно пугать тебя, но скажу первый и последний раз. Попытаешься сбежать или как-то обхитрить, действуя за мой спиной, и твоя новая реальность покажется тебе настоящим адом. Я не прощаю предательств, — он говорит абсолютно спокойно, но настолько холодно, что лучше бы кричал. — Поняла меня? — разворачивает меня за руку к себе лицом, заглядывая в глаза.

Киваю.

— Умница. Я не сомневаюсь в тебе, потому что ты ещё ни разу не подорвала моё доверие, но должен был предупредить, чтобы не искушать тебя, моя Птичка, — уже с лёгкой улыбкой говорит он. — Присаживайся, — выдвигает для меня кресло, помогая расположиться за столом. — Перед тобой лист и ручка, — указывает на предметы на столе, а сам идёт к окну, распахивая шторы и впуская в тёмную гостиную солнечный свет. — Напиши всё, что тебе необходимо для комфортной жизни, и тебе это доставят.

— Что, например? — спрашиваю я, смотря на чистый лист.

— Всё, что нужно женщине: определённая косметика, предметы гигиены, книги – да всё что угодно, — усмехается, словно находится в хорошем настроении. — Всё, кроме одежды, её я выбираю для тебя сам.

А я не знаю, что писать, мне ничего не нужно. И не потому, что я капризная или обижена, а потому что когда внутри абсолютная пустота, то телу ничего не нужно.

— Я не знаю, что писать, — отодвигаю лист бумаги. — Всё необходимое в моей комнате уже есть.

— Ну хорошо, вернёмся к этому списку через несколько дней, когда ты освоишься. Тогда напиши предпочтения в еде – всё, что любишь и не любишь, чтобы мой повар скорректировал для тебя меню.

Последнее, о чём я думаю, – это еда. У меня, конечно, есть свои особые вкусы и предпочтения, но сейчас я не могу их вспомнить.

— Я не знаю… — выдыхаю.

Мастер отрывается от созерцания погоды за окном и идёт ко мне.

Хочется отшатнуться назад, когда он проходит максимально близко и берёт меня за подбородок. Но я сжимаю губы и сижу, терплю.

— Что воля, что неволя – всё равно? — холодно спрашивает он меня. — Оставь это депрессивное настроение в прошлом. Я на него не куплюсь и не пожалею тебя, отпустив на волю, Птичка моя.

— Я просто, — глотаю воздух под его стальным давящим взглядом, — растеряна и ничего не могу вспомнить… — оправдываюсь.

— Понимаю, — отпускает мой подбородок, но не отступает, тыльной стороной ладони поглаживая мою щёку.

Его прикосновения горячие, но нежные, кажется, они не несут никакой угрозы. Но мне страшно. Мне всегда было и будет страшно в этом изысканном аду.

— Хорошо, я попытаюсь сам угадать твои предпочтения и угодить. Так даже интереснее, — снова улыбается, но его улыбка всегда холодная, не касающаяся стальных глаз.

Мастер, наконец, отходит от меня и садится напротив на своё место. Он хлопает в ладоши, и дверь тут же распахивается. Лакей вкатывает на тележке завтрак.

Всё в лучших традициях завтраков в пятизвёздочных отелях: обилие еды и напитков на любой вкус.

Не думая, беру себе блинчики и малиновый джем. Завтракаем.

Хочется узнать, что будет дальше. Очевидно, что Мастер не просто так подарил мне эту реальность, чтобы я составляла ему компанию за едой.

Ковыряюсь в тарелке, съедаю кусочек блинчика, запивая кофе. Аппетит пропадает еще и потому, что я чувствую, как Мастер изучает, как я ем, улавливая каждое моё движение. Словно я его забавная новая зверюшка.

Смотрю только в тарелку, стараясь не встречаться с ним взглядом.

— Посмотри на меня, — требует он.

Поднимаю голову.

— Не надо бояться смотреть мне в глаза. Не надо зажиматься и всё время ждать удара в спину. Прекрати себя контролировать. Оставь контроль мне, — внушает он, понижая голос.

Киваю, как послушная кукла. Он же этого от меня хочет.

— Тебе не нравится еда? — уже мягче спрашивает он, отпивая глоток кофе.

— Нравится. Я просто не голодна.

— Голод – это не только физиология, Птичка. Это ещё и желание. Желание жить, пробовать новое. Тебе стоит с этим поработать, — его взгляд скользит по моему лицу. — Иначе твоё пребывание здесь лишится для тебя всякого смысла. А я не хочу красивый безвольный труп.

Сжимаю под столом пальцы. Слова Мастера всегда попадают точно в цель.

— Я требую участия. Пассивность – тоже сопротивление. Ты здесь, чтобы жить. По моим правилам, разумеется. Но жить новой жизнью. Мне не нужна сломанная кукла. Мне нужна та, которая научится меня принимать и научится наслаждаться жизнью в Эдеме. Ты должна хотеть того, чего хочу я, наслаждаться тем, что я даю. Уметь улавливать мои эмоции по взгляду, читать между строк и смотреть гораздо глубже, — почти гипнотизирующим голосом произносит мужчина, давая свои установки. Правила, по которым я должна играть. И самое страшное, что я верю Мастеру. В конце концов, он меня переформатирует и слепит для себя марионетку, в которую будет играть.

Что со мной станет, когда этот монстр наиграется?

— Начнём с малого, Птичка. Выбери книгу, — кивает мне на полки с множеством литературы. — Не первое, что попадётся, не наугад, а то, что тебе действительно интересно.

— Зачем?

— Не нужно анализировать и искать подвох. Просто выбери книгу. Сейчас! — велит он мне, взмахивая рукой и продолжая пить кофе.

Поднимаюсь из кресла, подхожу к полкам. Глаза разбегаются.

А если мне ничего не интересно? Как с этим быть? Я правда стараюсь за что-то зацепиться и проявить хоть какой-то интерес.

— Я могу выбрать за тебя, — произносит Мастер, смотря на моё замешательство. — Ты правда хочешь, чтобы я всё решал за тебя, не оставляя тебе выбора?

— Нет, не хочу, — начинаю злиться. Он такой умелый манипулятор. Как тонко этот мужчина жонглирует словами и психологически давит. Уже внимательнее осматриваю книги и выбираю Экзюпери «Маленького принца». Давно хотела прочитать эту книгу, всё не находила времени.

— Прекрасный выбор. Философская сказка, — одобрительно кивает Мастер.

Он встаёт из-за стола и садится на диван у окна. Наблюдаю, как мужчина берёт пару подушек с дивана и кидает их у своих ног.

— Иди сюда, — подзывает меня.

Подхожу ближе с книгой в руках.

— Располагайся, — кивает мне на подушки у своих ног.

Когда он сравнивал меня с собакой, я полагала, что это для лучшего понимания моей природы, но нет, оказалось всё намного банальнее. Я ничем не лучше его пса.

Делаю глубокий вдох и медленно опускаюсь на подушки, расправляя подол платья, закрывая ноги.

— Открывай книгу и читай вслух. Я не поклонник этого произведения, читал ещё в детстве. Но мне интересно твоё восприятие. Обсудим по ходу чтения, — так просто произносит он, словно мы в литературном кружке. — Читай, Птичка моя, — выдыхает Мастер, откидывая голову на спинку дивана.

Открываю книгу, листаю страницы и замираю, когда чувствую, как он срывает заколку с моей головы. Мужская рука зарывается в мои волосы, начиная их перебирать.

— Читай!