В этом деле тоже фигурировали собаки. Вот только подробности Инесс никак не могла вспомнить. Ведьма проходила по этому делу консультантом, она не была на допросах друзей погибших и как-то мимоходом читала отчёты следователя. Ей пришлось резко бросить всё, так как её заняли другим, более важным поручением. Потом она однажды поинтересовалась результатом, но ей ответили, что всё прекращено, в связи с отсутствием улик. Но труп собаки точно был. Интуиция почему-то кричала о том, что эти дела могут быть связаны. Там тоже были замешены места с сильной концентрацией тёмной энергии, расположенные недалеко от жертв. Надо поднять дела из архива, но стоит ли? Не лучше молча отойти в сторону? Преступник вообще мог её и не оставить в живых. От этих мыслей женщина поёжилась, ещё плотнее укутавшись в халате. Жаль, что она его не разглядела и не прощупала.

Инесс уже подумывала пойти лечь спать пораньше, как раздался звонок в дверь. Ведьма не хотела открывать, прекрасно понимая, что за гость к ней пожаловал.

Глава 4

Инесс нехотя подошла к двери и посмотрела в глазок. Сначала был букет розовых пион, потом гость его убрал в сторону и перед взором ведьмы пристало виноватое выражение лица Степана Николаевича. Так и не дождавшись, когда ему откроют, он нажал ещё раз на кнопку звонка и приятная трель огласила всю квартиру.

– Хозяйка уехала с любовником в Италию восстанавливать здоровье, – проговорила ведьма изменённым голосом в небольшую щель приоткрытой двери.

– Хватит валять дурака, открывай давай! Я принёс твой любимый торт «Прага»! Из той самой кондитерской! – очень вкрадчивым голосом проговорил Степан Николаевич.

– Ну раз торт, то это меняет дело, – широко распахнув дверь и жестом показывая проходить в гостиную, ответила Инесс. Она прекрасно понимала, что деваться некуда, и таких людей не держат долго на площадке. Придя спустя небольшое время в зал с подносом и поставив его перед гостем, она посмотрела на него вопросительно.

– Ну зачем же ты так беспокоишься? Я сам мог накрыть нам чайный стол, тебе отдыхать надо.

– Раз ты это понимаешь, зачем пожаловал и так сегодня выдался непростой день? – проворчала Инесс, всё удивляясь этому несгибаемому человеку. Ему бы напиться сейчас с другом в хлам, снять стресс, а он её пришёл доставать.

– Понимаешь, дома невыносимо! Я когда работаю, то забываюсь – попытался давить на жалось незваный гость.

– Понимаю, – сочувственно произнесла ведьма и протянула тарелку с куском торта мужчине.

– Ты как вообще? Голова не кружится, не болит? – грубо спросил чиновник.

– Спать хочу! – ответила ведьма.

– Я, собственно, пришёл у тебя узнать, так сказать по горячим следам, какие указания своим ребятам дать? Где рыть?

– А с чего ты решил, что я возьмусь за это дело? Я всего лишь проконсультировала тебя. Да ещё и пострадала. Собака ведь мертва? Преступник убил её?

– Да, – опустив голову, ответил Степан Николаевич, – её труп отправили экспертам. Пусть изучат, вдруг какие-то улики найдут.

– Не тем экспертам отправили. Я тебе скину контакт одного нашего специалиста. Он одарённый некромант, и скорее всего что-то нароет, а обычный патологоанатом тут не поможет. И да, берет он, конечно, недёшево, но это того стоит.

– Понял.

– Это всё, чем я могу помочь! Ещё не забудь проверить шпица в подворотне, – не спешив раскрывать все карты, посоветовала ведьма.

– Квартира! – воскликнул Степан Николаевич, кинув свой последний аргумент.

– Что? – подняв бровь, спросила Инесс.

– Если поймаешь преступника, вознаграждением будет квартира.

– На Патриках! – Ведьма специально назвала один из самых дорогих районов Москвы, чтобы он отказал.

– Хорошо, как скажешь… – согласился гость.

Воцарилась молчание. Инесс сидела несколько удивлённая столь щедрому предложению Степана Николаевича. И что самое удивительное – он даже не стал торговаться.

– Скажи мне, зачем? Это слишком дорогая плата за услугу. Есть более крутые специалисты, чем я. Почему?

– Считай это моей блажью!

Ведьма выдержала паузу. После того, как поняла, что уже мысленно обставляет новую квартиру винтажной мебелью, со вздохом произнесла:

– У меня есть одно условие. Я возьму себе напарника из числа наших. Его услуги будут оплачиваться отдельно.

– По рукам! – со вздохом ответил Степан Николаевич и поднялся на выход. Уже у дверей, он обернулся:

– Приступаете с завтрашнего дня!

Инесс оставшись одна в гостиной ещё долго смотрела в окно и никак не могла понять, как согласилась на эту авантюру, даже за такое более чем щедрое вознаграждение. И ещё не покидала мысль о том, что Степан Николаевич не до конца откровенен с ней. Он что-то скрывает, и поэтому ему так важно, чтобы именно она взялась за это дело, прекрасно понимая, что утечки информации не будет.

Её одолевала досада, что не уточнила количество комнат в будущей квартире. Надо было запрашивать четыре, сторговались бы на две, ну хоть был какой-то интерес, а так послевкусие непонятное. И вроде запросила большой бонус, но как-то слишком поспешно получила согласие. Что-то тут не так. Надо было сразу особняк просить, пусть и с арендой на пятьдесят лет, но в центре и с разрешением на подпольное казино. Так сказать, чтобы работало под прикрытием. Это у нас для людей казино под запретом, а в Теневом мире, очень даже разрешено, но тоже не для всех. Договорённость нужно получить и там, и там. И почему ей раньше не пришло это в голову? Такой шанс упустила!

Ведьма чувствовала, что продешевила, но деваться было некуда.

***

Марат лежал в удобном ярко-зелёном кресле в кабинете психолога и смотрел в потолок.

– Представьте, что вы идёте по берегу моря, – вещал голос симпатичной брюнетки азиатской внешности.

Мужчина закрыл глаза и честно пытался представить берег реки.

– Вы слышите крики чаек, а тёплая вода омывает ваши ноги. Приятный ветерок бережно обдувает вас.

Марат пытался представить ветерок, но вместо этого перед его взором оказалась совсем другая картина с участием этого очаровательного психолога в открытом бикини, и его самого обнимавшего её за талию.

Он, собственно, поэтому и ходил к ней уже полгода на консультации, поскольку сцены с её участием, представляемые им в данном кресле, хорошо отвлекали от повседневных заказов и рассеивали хандру. Он даже придумал целую легенду про разбитое в юности сердце, измену возлюбленной, детские травмы, и многое другое, чем можно было увлечь профессионального психоаналитика. Ну каждый развлекается как может: кому-то кофе по утрам подавай и массаж, а вот некоторым такое развлечение, два раза в неделю.

Марат работал частным детективом в Теневом мире. Брался за самые запутанные дела. Но интересных дел, в последнее время, было мало. Не сезон. У маньяков весеннее обострение закончилось, а осеннее пока не наступило. Ну а кого из них круглый год штормит, те подались в тёплые края. И по сводкам, именно на южном побережье возросли случаи нестандартных, часто шокирующих происшествий. И Марат в последнее время всё чаще стал подумывать, а не поехать ли на берег Чёрного моря, за интересным заказом.

Звонок телефона, что он, как всегда, забыл убрать на беззвучный режим, отвлёк его от очередной пикантной сцены, проносящейся перед его взором.

Извинившись перед психологом Гелей, он ответил звонившему. Ею оказалась старая знакомая Инесс, кто приглашала его на завтрак в ресторан «Butler» на Патриарших. Марат весьма заинтриговался, ведь эта интересная и расчётливая дамочка просто так приглашать не будет. Стало быть, есть дело и серьёзный разговор, а это же просто отлично! Он посмотрел на психолога и извинился.

– Зовут, дела. Извините, бизнес.

– Ничего страшного, – вежливо ответила девушка, – когда вы будете свободны в следующий раз? На какое время мне вас записать?

– Я обязательно вам позвоню! – улыбаясь на весь рот ответил Марат. Сегодня он успел представить на пару секунд своего доктора даже полностью обнаженной.

***

На следующий день в десять утра Марат сидел на летней веранде за столиком для курящих. Развалившись на плетённом ротанговом кресле, он наслаждался утренним летнем солнцем, запахом табака и прекрасной погодой в предвкушении нового дела.

Марат был интересным мужчиной, выглядевшим слегка за тридцать с яркими тёмными глазами и энергией, бьющей через край. Это особенно проявлялось, когда он чем-то увлекался. Тогда он забывал и спать, и есть, сильно худел и мог даже заболеть. Впрочем, ему не мешало потом набирать опять немного лишних килограмм, что совершенно его не портило, даже наоборот придавало некоторую холеность.

Поступивший заказ обещал быть очень интересным. Инесс скинула ему ночью на электронную почту отчёт следователя, ведущего дело о гибели девушки по имени Лилия. Через час после этого, ей показалось этого мало, она послала свои пометки, версии, умозаключения о личности преступника. До этого, как понял Марат, Инесс уже успела получить от недруга по голове и чуть при этом не погибнуть. Удивительная женщина! Сама ночью нормально не спала и другим не давала. Естественно, он углубился в дело. Какой тут может быть сон? В письме она намекнула, что принесёт с собой дело сорокалетней давности. Как ей так быстро удалось его раздобыть? Это же архив!

Издалека он обратил внимание на красивую блондинку в белом брючном костюме на каблуках, а затем уже в ней узнал Инесс. Выглядела она потрясающе, он даже приосанился и встал с места, дабы поухаживать за роскошной женщиной.

– Давно не виделись, Марат.

– Шикарно выглядишь!

– Стараюсь, – ответила ведьма, разместив свою сумку в соседнем кресле и вытащив картонную папку, которую протянула Марату.

– Это то самое старое нераскрытое дело? – с интересом спросил детектив.

– Да. Тут наследил или тот же самый убийца, или индивид со схожими способностями.

Марат начал листать документы, через какое-то время он произнёс:

– Ну тут указаны самоубийства девушек, а наше дело, насколько я смог вникнуть, выглядит иначе?

– Они могут быть связаны между собой. Ведь больше никто не засветился за столько лет! Я уже навела справки. И о таком ведьмаке наши ничего не знают.

– А какая версия у отца девушки? Может кто-то ему отомстил? Ведь и там, и тут замешены высокопоставленные родители!

– Он ничего мне не сказал, я ему утром звонила. Такое ощущение, будто он что-то знает, но молчит.

– Это плохо, что мы играем вслепую!

– Приходится работать с тем, что есть, к тому же он неплохо за это платит. Тебе уже аванс перевели?

– Да, пришёл час назад.

Инесс жестом подозвала официанта и заказала себя чашечку американо. Достав из сумки сигареты, произнесла:

– Предлагаю навестить родственников тех трёх девушек, которые якобы покончили жизнь самоубийством. Кстати, как сложилось судьба тех высокопоставленных чиновников, их отцов? Мне кажется, в них все дело. Это единственное, что всех объединяет. Займусь этим сегодня!

– А я тогда обращусь к Ключнику нашего города.

– Марат, но он же никого не принимает!?

– Есть у меня кое-какие лазейки. Один пройдоха мне задолжал крупную сумму. Он может назначить нам встречу.

Инесс с сомнением посмотрела на собеседника.

– К тому же от Ключника невозможно скрыть свой потенциал. А нам необходимо знать кто обладает способностью подчинять разум. Это ведь редкий дар! И как правило о нём никто афишировать не будет. Без Ключника нам не обойтись.

– Только что он потребует взамен? – задумчиво проговорила Инесс, кладя сигарету на пепельницу.

– Вот когда потребует, тогда и будем думать! Мне кажется, завтра ночью надо будет наведаться на место преступление нам вдвоём. Соединить силы и попробовать восстановить события.

– Не думаю, что получится кого-то увидеть! Но попробуем.

Официант принёс кофе и Инесс углубилась в свои мысли.

Ведьма была рада, что Марат берет на себя Ключника. Ей от этого персонажа всегда было не по себе. Один раз имела несчастье его видеть, этого хватило с лихвой.

Ключники рождались один раз в двести лет и не все доживали среди них до совершеннолетия. Несмышлёный ребёнок может не только навредить другим, но и себе. Теневой мир старался их вовремя выявлять, как правило с помощью другого Ключника.

Единственный Ключник на всю Москву предпочитал уединение и прогонял незваных гостей.

Сильнее его был только Жнец Смерти и то, это общепринятое мнение, которое никто даже не проверял. Они всегда предпочитали сотрудничество друг с другом или придерживались нейтралитета. Самые сильные ведьмы, вампиры или колдуны были на порядок ниже Ключника и чего уж там скрывать, откровенно опасались его.

Ребёнок, рождённый со способностью «ключника», имел весь спектр магических талантов. Он видел насквозь любого представителя Теневого мира, от него нельзя было утаить ни знания, ни тайные помыслы, ни даже желания.

Все, как правило, предпочитали обходить стороной его логово. Инесс, откровенно говоря, была сильно удивлена, что Марат собирался попасть к нему на аудиенцию.

Но ведьма не просто так взяла себе в напарники этого детектива. Он обладал уникальной интуицией, к которой Инесс прислушивалась.

Глава 5

Марат.

Мой должник был полукровкой: на половину вампиром, на половину человеком, не обладающий никакими талантами, кроме одного. Он виртуозно трепал всем нервы своей способностью продать и достать всё, что угодно. А также, разжалобить первого встречного. Именно поэтому, он был должен половине жителей Теневого мира, но каждый раз выпутывался из всех передряг вполне себе живым и довольно-таки целым. Своего рода уникум.

Шмель был сиротой и по этой причине выживаемость свою возвёл до небывалых высот. Зачем ему нужны были деньги? Так он никогда не имел постоянную работу! Основное его ремесло – узнать, что кому надо именно в данный момент и достать эту вещь, разумеется, чуть накрутив свой процент. Но отдать ему должное: много он не накручивал, по минимуму. Своей репутацией проныры очень дорожил и не наглел. Обитал в общаге на Арбате.

Я отправился по залитым солнцем улицам Москвы до Арбата. Получив истинное удовольствие от прогулки и подмигнув симпатичной девушке в обтягивающем платье, завернул в подворотню.

Поднявшись по вонючему подъезду, открыл дверь коммунальной квартиры. Почему она была не заперта? Шмель никогда не запирал из принципа. Обычные люди туда не зайдут, для них это была старая дверь, ведущая на чердак с большим амбарным замком. Представители из Теневого мира не рискнут сунуться в логово вампиров, если только у них не было разрешение на вход, как у меня.

Подозреваю даже, что Шмель меня считает чем-то вроде друга, раз дал мне разрешение. Хотя это не мешает ему каждый раз занимать у меня денег и не отдавать. Но я же сам виноват, не могу отказать! Слишком многое нас связывает в прошлом. То был всего лишь один курс Военного Университета, но зато какой! Дальше Шмель не прошёл, выгнали с треском за прогулы и нарушения дисциплины. Но в тот год, у меня в карманах было пусто и дружить с Шмелём был единственным путём выживания. Он умудрялся всегда достать еду, причём, по-честному, делясь со мной. Ну а я умею быть благодарным и память у меня хорошая. Поэтому ведусь на все его уловки…

Шмель жил с двумя вампирами, у каждого из которых была своя комната. Вечером все жители этой примечательной коммунальной квартиры как правило предпочитали заниматься делами, их не было там до утра. А утром они отсыпались.

Но я не собирался ждать, пока Шмель выспится. Так могу весь день потерять. Пройдя прихожую, окрашенную в чёрные тона, открыл ярко красную дверь, ведущую в комнату. Шмель спал в классической позе зародыша. Я сразу вспомнил, что означает эта поза: «бухал накануне».

Теперь разбудить его можно было только с помощью воды. Набрал в чайник и стал поливать Шмеля из него. Мой приятель вскочил и сразу начал орать:

– Ты с ума что ли сошёл, Мурзик?

– Я тебе уже говорил не называть меня этим кошачьим именем! – сказал я, смеясь и одновременно отбиваясь от Шмеля, кидавшему в меня всем, что у него было под рукой.

– Ну вот, ты совсем уже не сонный! – сказал ему, кидая в него в ответ тапком.

Шмель ловко уворачиваясь от «снаряда», схватился за голову и проворчал:

– Мог бы и пиво захватить, башка раскалывается!

Он выглядел комично со взъерошенной бородой, в пижаме с принтом «черепа», висящей на его худом теле, как мешок и отёкшим лицом. Я даже стал опять ржать.

– Кофе, будешь? – пробурчал Шмель, выйдя из комнаты и протопав на кухню.

– Нет! – крикнул я ему вдогонку, решив подождать его в комнате.

У Шмеля все стены были облицованы красным кирпичом. Мне всегда казалось, что я нахожусь в каком-то старом бункере. Если бы ни окно, плотно закрытое чёрной занавеской, общее впечатление было бы тягостным. Наливной бетонный пол, завершал картину.

Скрашивали это зрелище примечательные артефакты, выставленные на деревянных полках. Они занимали всю стену. Коллекцию свою Шмель периодически пополнял. И что примечательно, даже когда денег у него не было, предпочитал занимать нежели продавать свои «игрушки». Пока его не было, я стал внимательно рассматривать старинные раритеты, не всегда понимая их свойства.

Увидел между какой-то деревянной маской с искажённым лицом и старым ржавым топором серебряный перстень с большим черным камнем. Потянувшись было к нему, сам не заметил, как одел. Он сел на палец как влитой. У меня было такое чувство, как будто бы я носил его всегда. Камень этот слегка замерцал, затем погас, опять став матовым и гладким. Это произошло так быстро, что даже засомневался – показалось мне или нет?

Вернулся в комнату Шмель изрядно посвежевшим.

– Знаешь, Мурзик, только ты, скотина, можешь позволить себе разбудить меня столь бесцеремонным образом в ранний час и почему-то тебе это постоянно сходить с рук?

– Может потому, что ты большего всего именно мне задолжал, а не кому-то другому? – с ехидцей спросил я.

– Не надо всё переводить на деньги! Это низко. Нашу дружбу не может разрушить такая мелочь! – с пафосом воскликнул Шмель.

«Ничего себе мелочь, пятнадцать тысяч долларов» – подумал я.

– Ну вот сейчас и посмотрим, когда планируешь отдавать?

– Вижу, ты кое-что присмотрел из моей коллекции? – сразу же переменил тему мой собеседник.

– Правда? Хмм… Не думал о таком. Но если так, то какие свойства у этого кольца?

– Не знаю. Пытался выяснить, но оно себя никак не проявило. Все что мне по нему удалось узнать, будто оно принадлежало какому-то тёмному колдуну из Персии около пятисот лет назад. Потом исчезло и всплыло недавно на закрытом аукционе. У меня был на него заказчик, я его выкупил, но он так и не объявился. По-нашему с ним договору, он должен забрать его у меня в течении семи дней, а сегодня они истекли. Так, что теперь этот перстень моя собственность.

– А что за заказчик?

– Ты же знаешь, я не разглашаю личности своих клиентов, – увидев мою прищуренную физиономию, поспешно добавил: – он не раскрыл себя, общались через Интернет.

– Тогда я его заберу? – спросил, чувствуя внутри нежелание снимать этот странный камень.

– Так, его цена пять тысяч долларов, следовательно мы вычитаем…

– Хватит гнать, – перебил я его, – красная цена неизвестному перстню тысяча долларов!

– Ты забываешь, что он принадлежал известному колдуну из Персии!

– Ой ли? Это скорей всего очередная легенда оценщиков!

Торговлю мы вели со Шмелём, скорей из вредности, так как оба понимали, что торг весьма условен. Мой должник ещё ни разу не вернул мне деньги.

– Будь по-твоему! Для лучшего друга ничего не жалко. Отдам за три!

– Две! – кратко воскликнул я, – и общая сумма долга у тебя стала тринадцать тысяч.

– Только ради тебя! – со вздохом сдался Шмель, стукнув себя по груди: – две пятьсот!

Я рассмеялся и махнул на него рукой.

Через какое-то время, полюбовавшись на перстень, перешел резко к делу: