Глава 3

Какой шанс встретить главную бывшую своего бывшего парня? Мал, но никогда не равен нулю.

Кимми пыталась не пялиться в ее сторону, когда все были за работой, но сложно не обращать внимания на девушку, из-за которой она возненавидела Раймонда и саму себя.

Они с Кэти и правда были похожи внешне, отличия разве что в возрасте и некоторых чертах лица, но визуально типаж был один.

– Мы ведь не виделись после твоего отъезда? – спросила Кэти при первой встрече, когда остальные разбрелись по офису. – Раймонд очень волновался из-за тебя.

– Давай… Не будем ворошить прошлое, ладно? На самом деле я считаю, что отныне и впредь моя жизнь круто изменилась, чтобы не возвращаться к прошлому, даже подвергаясь воспоминаниям.

– Конечно, я просто хотела найти общую тему для разговора, прости.

Такая милая и любезная.

Кимми не собиралась ее ненавидеть, и все же ощущения на ее счет были двоякие.

– Не воспринимай меня как девушку бывшего, хорошо? Я здесь исключительно для того, чтобы помочь вам и Крису с курсовой, поэтому работа превыше всего. Залог профессионализма – не касаться личной жизни и сосредоточиться на работе. Думаю, с таким настроем нам будет куда проще.

Кэти улыбнулась и по-дружески потрепала Кимми по плечу. Разница в росте вынуждала Кимберли слегка задрать голову, чтобы смотреть в зелено-голубые глаза со всей собранностью и силой воли.

Как часто Раймонд любовался этим лицом после долгой разлуки и долгожданного воссоединения?..

Стоило ей допустить подобную мысль, как злость моментально упрекнула. И все из-за Кэти. Хватит ли ей сил не думать о подобном, когда новая «коллега» будет одним лишь видом возвращать ее в неприятное прошлое?

– Отстой, – пробормотала она себе под нос.

И сейчас она снова на нее смотрит.

Черт возьми…Соберись же! Меня это не касается. Я должна заниматься работой и не думать об этом дерьме.

Тогда она назвала себя девушкой Раймонда, подразумевая, что они снова вместе, или это было образно? Что-то вроде: «Мы не говорим «бывшая», так как это и так ясно»?

Да бред. Он говорил, что до Кэти ему нет дела, когда пытался объясниться.

Хотя он много что говорил, и что мы имеем по итогу? Ник ведь говорил, что теперь Ротштейны могут встречаться и жениться не на немках. Нужно было его расспросить, чтобы узнать подробности.

Так… Ну нет.

Покидая рабочее место, она быстро накинула верхнюю одежду и направилась к выходу с мыслью, что сейчас просто необходим свежий воздух, чтобы не сходить с ума.

– Ты куда? – равнодушно уточнил Крис.

– За чаем. Мой закончился.

Кэти быстро поднялась, натягивая куртку.

– Составлю компанию, мне тоже надо бы перезарядиться и съесть что-то до ужаса углеводное. Вам что-нибудь нужно, ребята?

Кимми не понимала, ЗА ЧТО ЕЙ ВСЕ ЭТО? Нельзя было ее отшить на пустом месте, но и лишний раз избегать человека, которого толком не знаешь, было бы верхом эгоизма. Эмпат в такие моменты рыдал внутри нее, умоляя не быть предвзятой стервой, поэтому приходилось делать то, что совсем не по душе.

Кэти за последнюю неделю была крайне мила и дружелюбна со всей группой. Она вдохновляла студентов мотивационными речами, идеями и приближающимся совершенством, которого те могли добиться. Кэти верила в их успех. Была яркой вспышкой, ослепляющей радушием, открытостью и добротой, которые в самом начале казались Кимберли чересчур приторными, и все же это помогло понять, за что Раймонд ее любит. Противоположность его матери. Сама по себе она такой не была, но образ равнодушной женщины вынуждал Раймонда искать ее противоположность, чтобы позже найти и полюбить. Что же с Кимми… Она не была похожа ни на его мать, ни на Кэти. Что-то посередине. Иногда сговорчивая, чаще всего задумчивая.

Так и вышло, что Кимми снова начала думать о Раймонде и обо всем том, что между ними происходило. Зачастую мысли настигали девушку после учебы, когда нужно было в очередной раз увидеться с Кэти, но она понимала, что рано или поздно, привыкнув к ней, все встанет на свои места.

– Пока что мы привлекаем внимание к журналу у студентов универа, – рассказывал Крис, крутясь вокруг кузины. – Первоначальная аудитория состоит из друзей и знакомых, но WOM-маркетинг иной раз творит чудеса. Какая бы реклама ни была, сарафанное радио работает как часы.

Кэти задумалась.

– Согласна, Крис, но самое время потихоньку выбираться из рамок студенческой газеты, именуя ее журналом. Большинству студентов учеба часто наскучивает, становится нудной. После занятий или, допустим, на выходных им не хочется думать об учебе или том, что с ней хоть как-то связано. Поэтому и просмотры по субботам и воскресеньям значительно падают, хотя в идеале должны быть выше, чем в любой другой день.

– И как нам заинтересовать людей извне?

– Ты же сам сказал о сарафанном радио… В эту пятницу состоится закрытое мероприятие, куда меня любезно пригласили в качестве переводчика. Пожалуй, я могу взять кого-нибудь с собой, чтобы найти нужные знакомства и распространить информацию о журнале.

– Это же супер! – крикнул Крис. – У нас с Самантой были планы, но я готов перенести их, раз дело касается работы. Ты не против, детка?

– Конечно нет.

– Думаю, будет удачнее взять Кимми, – неожиданно сообщила Кэти.

– Меня?..

– Почему? – слегка поморщился парень.

– Я верю в женское обаяние и считаю, что с девушкой находить общий язык гораздо легче, чем с парнями. Можешь считать это сексизмом, но, заговори ты про журнал с мужчинами из высшего общества, они моментально поспешат уйти, но если разговор будет принадлежать милой девушке, они принципиально останутся. Кимми такой же руководитель, как и ты, поэтому разница только в поле.

– Наша Кимми иногда бывает предвзята…

– Крис! – попыталась вступиться Саманта.

– Я предвзята только по отношению к знакомым в тех делах, в которых можно обойтись без них.

– Только вот у нас до сих пор нет человека для громкого интервью, а время уже поджимает. Ты говорила, что через неделю будет человек, а через еще парочку громкий заголовок, только вот где все это, м?

– Названный срок еще не подошел к концу.

– Хочешь сказать, человек уже найден, Кимберли?

– Найден, Кристофер!

Все с волнением уставились на руководителей.

Крис застыл, пытаясь понять: не врет ли она, Кимми же со стороны казалась неприступной.

Еще не было возможности связаться с Теодором и попросить его об одолжении, но с каждым днем ее решимость набирала обороты, и девушка сама для себя решила, что свяжется с ним в выходной день. Если у знаменитого фотографа вообще есть выходные…

Крис выдохнул и спокойно спросил:

– И кто же это?

– Узнаешь. Когда я подготовлю вопросы и пришлю их на согласование.

– Если ты обманываешь и впустую тратишь время…

– Звучит как начало серьезной угрозы, Крис.

– Это предупреждение.

Кэти закатила глаза больше от усталости, чем от раздражения. Кимми же начинала закипать от очередной бессмысленной беседы.

Из раза в раз он придирался, из-за чего терпение постепенно изживалось. Никаких сил не осталось. Кимми с вызовом взглянула на Кэти и спросила:

– Ты наверняка уже в курсе, почему он со мной так общается?

– Я не…

Кимми перебила:

– Ему не дает покоя, что я не воспользовалась знакомством с Марлен Ротштейн, чтобы выклянчить интервью. Зная Криса и то, как его это тревожит уже несколько месяцев, не имею сомнений, что эта новость была первая, о чем ты услышала.

Кэти опустила голову и кивнула.

Не догадаться об этом было бы глупо, учитывая близость между кузенами. Кимми лишь надеялась, что эти двое не сломают ее к защите совместными усилиями.

Кристофер тут же начал отвечать на предъявленное обвинение, однако Кэти одним только прикосновением к мужскому плечу смогла успокоить брата. Кимберли обратила внимание на ее проницательный взгляд, сконцентрированный на глазах парня, на слабое движение пальцев, потирающих плечо. Она молчала, но, казалось, в этой, на первый взгляд невинной попытке присутствует что-то помимо обычной поддержки, ведь Крис с облегчением выдохнул и закатил глаза. Даже Саманта не владела таким талантом в успокоении.

– Если пойдет она, пойду и я, – сообщил рыжеволосый. – Сможешь достать два пригласительных?

– Я сама иду по приглашению, Крис. Навряд ли работодатель сочтет меня компетентной, если я буду просить сразу два пригласительных. Тем более речь идет о вечере только с надеждой, что мне позволят взять с собой человека. Я только поговорю, а ближе к пятнице скажу уже точно. Не расстраивайся, ладно? Вы работаете ради одного дела, важен результат, а не тот, кто его принесет.

– При этом думаешь, что она справится лучше…

– Потому что знаю, о чем говорю. Женское обаяние в тех кругах от девушки, которую в обществе видят впервые, вызовет интерес к любому ее слову.

Кимми выпрямилась и с вызовом взглянула на недовольного парня.

Конечно, он думает, что она в очередной раз не справится с поставленной задачей после случая с Марлен, но здесь ситуация совсем другая, не касающаяся принципов и личных знакомств. Все, что нужно – просто натянуть маску общительной кокетки и поговорить об их журнале. Большего не требуется.

С горем пополам Крис смирился с выбором сестры, но буравить второго руководителя взглядом не перестал. Кимми и сама удивлялась, как долго он может проявлять неприязнь. Он не упускал возможность даже при разговоре с кем-то третьим. Часто осудительно смотрел и в контексте упоминал о несостоявшемся интервью с Ротштейном. Это действовало на нервы каждый раз, но своим безразличием Кимми показывала, что выше каких-то ссор на пустом месте. Ей действительно начало казаться, что Кристофер намерен вывести ее на ссору.

Думая о Теодоре и подготавливая для него вопросы, она надеялась, что судьба будет к ней благосклонна.

Большинство студентов к вечеру уже ушли, оставив ее с Самантой, Крисом и Кэти, но Кимберли долгое время не обращала на ребят никакого внимания, сконцентрировавшись на работе. От мыслей и ноутбука ее отвлекли шорохи и голоса, когда оставшиеся члены группы начали собираться. Блуждая по ним незаинтересованным взглядом, внимание привлекли шаги и тень со стороны лестницы. Кто-то спускался в подвал достаточно уверенным и решительным шагом. Он появился в проеме и тут же застыл, машинально приоткрыв губы при виде Кимми, которую никак не ожидал увидеть.

– Раймонд. – Кэти нежно улыбнулась и поспешила поцеловать мужчину в щеку. – Мы уже почти готовы. Спасибо, что приехал.

Растерянность вынуждала его смотреть на Кимберли не отрываясь. Целый год без ее присутствия будто бы стер память, унес все мысли далеко от настоящего, чтобы в конечном итоге все произошло так, как он предполагал. Незапланированная встреча. Он не знал, что журнал, над которым Кимми работает, совместим с работой Кэти. Это было слишком иронично.

Кимми смотрела на него с широко открытыми глазами, пока буквально не вынудила себя вернуться к работе. Она делала вид, что увлеченно печатает, но сердце предательски колотило в груди, учащая дыхание. Ей было легко без него вначале, хотя Кимберли и привыкла, что Раймонд периодически ищет встреч и находится где-то поблизости при возможности. Не видеть его стало сложно спустя пару месяцев, из-за чего приходилось ругать себя и вытеснять любые с ним связанные мысли.

– Местечко у вас здесь, конечно, жуткое, – признался Ротштейн.

– Мистер Ротштейн?.. – Никлас понял, кто перед ним, из-за чего неловко и смущенно заулыбался, подходя ближе и начиная жать крепкую руку. – Мистер Ротштейн, я даже представить не мог, что мы когда-нибудь встретимся. Тем более здесь!

– Ты, должно быть, Крис? Я о тебе слышал от Кэт.

– Господи, ты знакома с Раймондом Ротштейном!

Кимми хотела рассмеяться этому глупому восторгу, однако сдержалась.

Раймонд часто поглядывал в ее сторону, пытаясь понять, как будет лучше подобраться к разговору. Бегло смотреть на нее, переключая внимание на других, казалось невыносимым. Не имей он уважения и терпения, моментально бы бросился к ней.

– Что же, сейчас Раймонд Ротштейн будет вашим водителем, – без интереса сообщил он. – Готовы?

Кэти кивнула и обратилась к Кимми:

– Ты останешься здесь, Кимми?

– У меня еще много работы.

– Тогда точно готовы.

Раймонд уставился на девушку, но она не подняла взгляд, продолжая делать вид, что пишет. Он протянул Кэти ключи и попросил ждать в машине, не заметив волнующийся взгляд старой любви. В порядке вещей Кэти кивнула, хотя уходить ей не хотелось. Как только они остались наедине, Раймонд подошел ближе и присел на корточки рядом с ногами девушки. Молчал и просто всматривался в ее лицо, пока Кимми не попыталась отодвинуть стул, чтобы встать. С особой легкостью он потянул ножки стула на себя и оказался между ее ног, едва приоткрыв губы для более легкого дыхания.

– Не думай, что я поверю в случайность, – моментально ответила она. – Сначала появляется она, сейчас ты…

– Я не имею к этому отношения. Мне и в голову не приходило, что я смогу снова тебя встретить где-то здесь.

– Неважно. Ничего не изменилось.

Девушка поднялась, Раймонд повторил ее движение, благодаря чему они оказались друг напротив друга. Ненавязчивый аромат мужского парфюма влиял на Кимберли неоднозначно, красивые мужественные черты влюбленного лица напоминали о лете, которое она пыталась оставить в прошлом.

– Я же вижу, Кимми…

– Тебе разве не нужно спешить? Тебя же ждут. Не теряй доверие у других, если еще не до конца его растратил. – Ее взгляд предательски забегал от янтарных глаз к губам. Пришлось быстро опустить голову, чтобы обзавестись уверенностью смотреть прямо в глаза. – Очень правильное решение сойтись с Кэти, учитывая, как сильно ты ее любишь. Как ты искал ее все то время.

– Я просто согласился их подвезти. Это просто общение.

– Веришь в крепкую дружбу после такой сильной любви? Ее не было в твоей жизни семь лет, ты думал о ней, проклиная всех американок, чтобы в конечном итоге быть просто друзьями? В это я должна верить?

– Кэти не последний человек в моей жизни, нас многое связывает эмоционально, но о той любви уже не может идти речи. Поверь, Кимми.

Он сжал хрупкие пальцы, прерывисто выдохнул, смотря в голубые глаза и понимая, что она обдумывает и не собирается убегать или кидаться на него.

Она и правда этого не хотела, но и унять прошлую обиду ей казалось не по силам. То ли от его долгого отсутствия, то ли из-за собственной слабости Кимберли уже не могла сопротивляться словам и действиям Раймонда. Смотря на мужчину, ей приходилось ощущать нарастающее напряжение внутри всего тела: от живота до тяжелеющей грудной клетки, от слабости в коленях до напряжения в плечах. Пульс подскакивал от пристального ожидающего взгляда напротив, дыхание подводило, стремилось выдать истинные реакции, но Раймонд чувствовал то же самое. Тело перестало слушаться, благодаря чему он медленно подался вперед, чтобы с осторожностью застыть в паре миллиметрах от желанных губ. Он чувствовал, как ее глубокое дыхание прикасается к его губам, как ее губы приоткрываются в сомнениях – стоит ли поцеловать, чтобы дать им еще один шанс. Боясь разрушить хрупкую грань дозволенного, мужчина сдерживался, понимая, что еще совсем чуть-чуть и он поцелует ее сам, ну а пока рука с женскими пальчиками в ладони оказалась на его груди с отчетливым биением неспокойного сердца.

Кимми задела нижней губой его губы, как вдруг сзади раздался голос вернувшегося Криса. Дернувшись в сторону, девушка порывисто выдохнула, ощущая, как сильно горят щеки.

– Простите, я… Я забыл записную книжку…

Раздражение Раймонда вынудило сжать кулаки и быстро прикрыть глаза, чтобы не накричать на мальчишку.

– Вы уже освободились, Мистер Ротштейн? Кэти переживает, что не успеет на созвон с работодателем.

– Еще пара минут.

– Я лучше пойду, – неожиданно сообщила Кимберли, немного нервно надевая пальто. Раймонд хотел возразить, но Кристофер перебил:

– Мистер Ротштейн, вы не будете против, если я задам пару рабочих вопросов касаемо бизнеса? Наверняка ваш дедушка рассказывал о построении бизнеса в шестидесятые, как все это в Германии было построено и прочее?

Мужчина пытался сосредоточиться на девушке, но быстрый бубнеж на фоне сбивал с мыслей. Раймонд поймал ее руку, когда та уже проходила мимо.

– Кимми…

– Поговорим потом.

– Когда? – Он действительно боялся упустить момент этого снисхождения. – Позволь довести тебя. Я могу вернуться, если ты немного подождешь, и мы поговорим.

Девушка с недоверием взглянула на Криса, внимательно слушающего каждое слово чужого диалога.

– Дружище, можешь оставить нас? Еще пять минут, и я отвечу на все твои вопросы.

– Д-да. Да, конечно…

Кристофер подорвался, но Кимми понимала, будь его воля, он бы остался, чтобы запомнить каждое слово.

Каково его удивление, когда в неком смысле кумир так нежно относился к той, которую парень всячески задирал и осуждал? Он был в шоке, но догадался, что Раймонд Ротштейн и Кимберли Хилл когда-то что-то не поделили, из-за чего второй руководитель и не хотел втягивать кого-либо из Ротштейнов в свою работу. Кимми и Ротштейн, вот же черт! Это звучало в его голове весь путь до дорогого автомобиля.

– Что ты хочешь от меня услышать?..

– Смотря, что ты готова сказать. После нашего расставания я не смотрел ни на одну девушку. Ни одна не может вытеснить тебя из потока постоянных мыслей, да и я бы это не позволил. Пойми… – Казалось, у него не хватало дыхания от волнения. – Я не собирался обижать, не собирался что-то скрывать или заменить ее тобой. Кимми… Твоя схожесть с Кэти, наоборот, отталкивала. Вспомни, как я относился к тебе в самом начале, говоря, что между нами ничего никогда не будет. Я жалею о сказанном.

– Раймонд…

– Я жалею, Кимми. – Повторил он и обхватил девичье лицо ладонями, чтобы их лбы соприкоснулись. Вдыхая дурманящий аромат, мужчина ощущал, как сложно ему дается дыхание. – Не могу я… быть, представляя тебя с кем-то другим. Это невыносимо, неправильно.

– Мне постоянно приходится думать о Кэти, – призналась она. – И дело не в том, что теперь она часто находится рядом. Я словно зависима нашей схожестью, не могу концентрироваться на чем-то другом.

– Что мне сделать, чтобы ты поняла то, что для меня это полный абсурд?

Кимберли не знала ответ. Не знала, почему в этот самый момент не бежит от него сломя голову, а пытается найти компромисс, от которого наконец-то обида может сойти на нет и остаться всего лишь неприятной затянувшейся ссорой.

Глаза Раймонда, его прикосновения и голос после долгой разлуки будто пропитались к ней особой нежностью. Все из перечисленного было родным, теплым, нежным. Действовало на тело изнутри дрожью и слабостью влечения, от которого мысли путались. Она смотрела на приоткрытые губы, зная, что внимание Раймонда сосредоточено на ее лице в ожидании и мольбе о совете, чтобы на этот раз сделать все правильно.

– Понаблюдай за мной, – попросил мужчина. – Чтобы увидеть и ясно понять, я не чувствую к ней и половины того, что чувствую к тебе.