Глава 2. "Ваниль не сдаётся"

Та же ночь. Машина Дамира. 00:15.

Алиса Голицына сидела на пассажирском сиденье чёрного "Мерседеса" и пыталась убедить себя, что не совершает самую большую ошибку в жизни.

Машина пахла кожей и мятным чаем. На торпеде стояла маленькая фигурка кота с поднятой лапкой -- такой талисман, какие вешают в маршрутках. Это было настолько несочетаемо с репутацией Дамира Корсакова, что Алиса чуть не улыбнулась.

-- Чего улыбаешься? -- спросил он, не глядя на неё.

-- Ничего. Просто... у тебя кот на панели.

-- Ага, -- он хмыкнул. -- Машину ворованную вёл, хозяин забыл.

-- Что?!

-- Шучу. -- Он повернул голову, и в свете фар встречной машины Алиса увидела, что он улыбается. По-настоящему. Без понтов. -- Это моего брата подарок. Младшего. Он обожает котов.

-- У тебя есть младший брат? -- удивилась Алиса. Почему-то она представляла Дамира Корсакова как одинокого волка. Белая футболка, чёрная душа, никаких родственников.

-- Был, -- голос Дамира стал глуше. -- Он с мамой в другом городе. После развода.

-- А ты...

-- Я остался с отцом, -- он резко оборвал тему. -- Твой адрес.

Алиса назвала улицу. Она жила в спальном районе, в старой панельной девятиэтажке. Никаких "Мерседесов" на парковке, только "Логаны" и "Гранты".

-- Ты не похожа на клубную девочку, -- сказал Дамир после паузы. -- Зачем пришла?

-- Подруга затащила, -- призналась Алиса. -- Ленка. Сказала: "Тебе семнадцать, хватит читать Достоевского, живи".

-- А ты читаешь Достоевского?

-- Нравится. А что?

-- Ничего, -- в его голосе промелькнуло что-то похожее на уважение. -- Я только "Преступление и наказание" осилил. И то потому, что в библиотеке взяли, а сдать забыл. Штраф платил три месяца.

Алиса не сдержала смешок. Корсаков -- и библиотечный должник. Эту картинку стоило запомнить.

-- А ты, -- она набралась смелости, -- ты часто спасаешь девушек в клубах?

-- Не девушек. Одну.

-- То есть я особенная?

Дамир резко затормозил у её дома. Повернулся к ней всем корпусом. В тусклом свете приборной панели его лицо выглядело чужим -- молодое, но с тяжёлой взрослой усталостью. Шрам над бровью, резкие скулы, татуировка на шее, которая уходила за воротник футболки. Красивый. Но страшный.

-- Ты та, кто врезалась в мою жизнь, когда я меньше всего этого ждал, -- сказал он тихо. -- Я не знаю, зачем ты там была. Не знаю, почему я спрыгнул. Но знаю, что впервые за три года мне не всё равно.

Алиса замерла. Сердце колотилось где-то в горле. Она должна была выйти. Сейчас. Взять свою совесть, свою осторожность, свой баллончик с перцовкой -- и выйти.

Но она не вышла.

-- Дамир, -- сказала она. -- Спасибо за толстовку. Я... я верну её завтра. В школу.

-- Я знаю, где ты учишься, -- он усмехнулся. -- Та самая Гимназия №5, где учат на отличников и завучи ходят с указками.

-- Откуда ты знаешь?

-- Я много чего знаю, Алиса Голицына, -- он произнёс её фамилию так, будто пробовал на вкус. -- Спокойной ночи. И не открывай дверь незнакомцам.

-- Ты не незнакомец?

-- Я самый опасный незнакомец в твоей жизни. -- Он наклонился и открыл дверцу с её стороны. -- Иди.

Алиса вышла. Ноги дрожали. Толстовка висела на плечах, тяжёлая, пахнущая его одеколоном. Она прошла до подъезда, обернулась. "Мерседес" всё ещё стоял, фары не горели. Дамир смотрел на неё через лобовое стекло.

Она махнула рукой.

Он не махнул в ответ. Просто чуть заметно кивнул и тронулся с места.

Алиса поднялась на свой четвёртый этаж, открыла дверь ключом, прошла на цыпочках мимо маминой спальни и закрылась в своей комнате. Комнатка маленькая -- кровать, письменный стол, стеллаж с книгами, на подоконнике фиалки в горшках. Всё как всегда.

Но она уже не была "как всегда".

Она села на кровать, обхватила себя за плечи -- и только тогда поняла, что не сняла его толстовку. Чёрная, с нелепой нашивкой в виде черепа. Она провела пальцами по ткани, нащупала что-то во внутреннем кармане.

Билет в кино. На завтра. На "Человека-паука". Два места. Третий ряд.

Алиса вытащила билет и уставилась на него. Дамир Корсаков купил билеты в кино. Не для себя -- для неё. Точнее, для них обоих. Когда? Как?

-- Ты что творишь, Корсаков? -- прошептала она в пустоту.

Телефон пиликнул. Сообщение от Ленки: "ТЫ ЖИВА? КОГО Я ВИДЕЛА?? ЭТО ЖЕ КОРСАКОВ!! ТЫ В МАШИНЕ У КОРСАКОВА!! АЛИСА БЛИН ОТВЕЧАЙ"

Алиса набрала ответ: "Жива. Всё потом. Спокойной ночи".

Ленка: "НЕТ, НЕ СПОКОЙНОЙ НОЧИ! ТЫ ЧТО, ВЛЮБИЛАСЬ В ЭТОГО ПСА??"

Алиса посмотрела на билет. На толстовку. На свои дрожащие пальцы.

"Не знаю", -- написала она. И выключила телефон.

Ложиться спать не хотелось. Она подошла к окну, отодвинула штору. Внизу, под фонарём, стояла чёрная машина.

Дамир не уехал. Он сидел, откинувшись на сиденье, и смотрел на её окно.

Они смотрели друг на друга тридцать секунд. Может, минуту. Алиса не знала, видит ли он её в темноте, но ей казалось -- да.

Потом машина завелась и уехала.