Глава 3. Полдень. Танцевальная студия «Лава»

Студия располагалась в цокольном этаже торгового центра на окраине города — далеко от «Сосновых холмов», но достаточно близко, чтобы считаться доступной. Здесь пахло потом, деревом и чем-то сладким — не то духи, не то энергетики, которые пили молодые танцоры.

Дамир Алиев стоял у зеркальной стены и разминался перед занятием. Ему было двадцать шесть. Он приехал из Казани три года назад с двумя тысячами рублей в кармане и мечтой — открыть собственную танцевальную школу. Теперь школа почти открылась: он скопил денег, нашёл помещение, даже нанял пару преподавателей. Оставалось чуть-чуть.

Тамара Соболева была его самой преданной ученицей. И самой щедрой.

— Дамирчик! — она впорхнула в зал, сияя. — Я сегодня готова горы свернуть!

— Отлично, Тамарочка. Начнём с разминки.

Он называл её Тамарочкой, и она таяла. Дамир знал, что нравится женщинам. Он вообще многое знал о людях — жизнь научила. Тамара была одинокой, несмотря на мужа-хирурга и дом в элитном посёлке. Она хотела чувствовать себя желанной, молодой, красивой. И он давал ей это чувство. За деньги.

Их связь началась случайно. Кажется, после новогоднего корпоратива, когда Тамара выпила лишнего и попросила проводить её до машины. Одно объятие, один поцелуй, одно «ты такая красивая, ты не представляешь». Дальше завертелось само. Дамир не любил её — какая там любовь, когда женщина старше на двадцать три года? — но он был благодарен ей. Она давала деньги на студию. Она была искренней в своём помешательстве. Она не требовала ничего, кроме внимания.

— Дамир, — Тамара вдруг остановилась посреди па. — Ты меня любишь?

— Конечно, — ответил он автоматически. — Ты же знаешь.

— Нет, ты скажи. Вот так, глядя в глаза.

Дамир взял её за руки. Посмотрел в глаза. Она была смешной и трогательной одновременно — эта стареющая женщина, которая поверила, что молодой любовник может быть искренним.

— Я тебя люблю, Тамарочка. Ты моя муза.

Она улыбнулась, и на глазах выступили слёзы.

— Я уйду от мужа, — прошептала она. — Я серьёзно. Я всё решила. Мы будем вместе.

Этого Дамир не планировал.

— Тамара... — начал он осторожно, — давай не будем спешить. У тебя семья, дети...

— Дети выросли! Им плевать на меня! А Игорь... он даже не замечает, жива я или умерла. Я хочу жить, Дамир. С тобой.

В дверь постучали. Администраторша заглянула в зал:

— Дамир, там пришли на пробное занятие. Группа новичков. Пускать?

— Да-да, пускай, — он с облегчением отпустил руки Тамары. — Давай продолжим позже.

В зал вошли человек десять — молодые, модные, шумные. Среди них Дамир заметил девушку с длинными тёмными волосами, собранными в небрежный пучок, и глазами, в которых светился ум. Она была одета в простую чёрную форму и держалась особняком.

Ксюша Князева пришла на танцы по совету подруги.

Дамир посмотрел на неё — и что-то внутри него дрогнуло.

Это не входило в его планы.

Глава 4. Дом Князевых. В это же время

Сергей Левин вошёл в дом через боковую дверь, как всегда. Елена ждала его в гостиной — сидела на диване в шёлковом халате, с бокалом белого вина в руке.

— Ты рискуешь, — сказал он, присаживаясь напротив. — Средь бела дня. Прислуга...

— У прислуги выходной. Ксюша на танцах. Андрей вернётся не раньше десяти. — Елена отпила вина. — Рассказывай. Что там с тендером?

Сергей достал из портфеля папку. В ней были документы, которые он скопировал из кабинета Андрея Князева, — счета, договоры, налоговые декларации. То, что не должны видеть посторонние.

— Вот здесь, — он ткнул пальцем в цифры, — нарушения. Мелкие, но если копнуть — можно раздуть до уголовного дела. Андрей последние три года завышал сметы и выводил разницу через подставные фирмы. Я знаю, потому что сам помогал это оформлять.

— Прекрасно, — Елена отложила папку и посмотрела на Сергея долгим взглядом. — Ты понимаешь, что, сдавая его, ты сдаёшь и себя?

— Понимаю. Но у меня есть страховка. Документы подписаны не мной.

Елена усмехнулась. Сергей был умён, этого у него не отнять. Именно поэтому она выбрала его — не только для постели, но и для дела. Её муж считал себя хозяином жизни, но на самом деле он давно сидел в мышеловке, которую Елена расставляла терпеливо, как шахматист, просчитывающий партию на десять ходов вперёд.

Её цель была простой: развод на её условиях. Не просто раздел имущества пополам, а полный контроль над бизнесом. Чтобы Андрей вышел из брака нищим и униженным. Чтобы он понял, что все эти годы не он её, а она его содержала, терпела и в итоге уничтожила.

— Когда начинаем? — спросил Сергей, пересаживаясь ближе.

— Скоро. Очень скоро. Но сначала... — Елена отставила бокал и потянулась к воротнику его рубашки. — У нас есть ещё несколько часов. Не будем тратить их на деловые разговоры.

Сергей улыбнулся. С Еленой было легко. Она не требовала любви, не плакала, не устраивала сцен. Она была холодной, расчётливой, и в постели это превращалось в нечто особенное — страсть без примеси чувств, чистый адреналин.

Они провели вместе три часа.

Когда Сергей уходил, Елена задержала его у двери:

— Кстати, Серёжа. Твоя жена. Она ведь беременна?

— Да. Четвёртый месяц.

— Поздравляю, — Елена улыбнулась. — Андрей ещё не знает?

Сергей замер.

— При чём здесь Андрей?

— Ну как же. — Елена склонила голову набок. — Света была у него на юбилее фирмы четыре месяца назад. И вы с ним тогда сильно поссорились. А на следующее утро она уехала из посёлка на такси, и твоей машины рядом не было. Я просто сопоставила факты.

Сергей побледнел.

— Ты блефуешь.

— Может быть, — Елена пожала плечами. — А может, и нет. Хорошего дня, Серёжа.

Дверь закрылась.

Елена вернулась в гостиную и допила вино. Она не была уверена насчёт Светы и Андрея. Но она знала Сергея достаточно хорошо, чтобы понимать: теперь он будет думать об этом. Будет мучиться. Будет подозревать.

А значит, станет ещё более сговорчивым союзником.

Елена Князева давно усвоила главное правило войны: побеждает не тот, кто сильнее, а тот, кто лучше управляет чужими страхами.