Глава 7

Виктор

Телефон звонит в тот момент, когда я наливаю себе третью чашку кофе. На экране имя клиента и старого друга. «Сергей, ЦветМаг».

Клиент важный, и уже не первый раз к нам обращается. И это заслуга Леры.

–– Слушаю тебя, – я сажусь с чашкой кофе за стол, готовясь к очередным претензиям.

–– Виктор, доброе утро! – бодро звучит голос в динамике. – Мне срочно нужна твоя Лера.

Я хмурюсь, отставив чашку.

–– В каком смысле «нужна»? – спрашиваю я, голос хрипнет, а в голове резонирует «твоя».

–– Да вот этот проект по реконструкции нашей сети. На одну из точек привезли совсем не те панели. Она же ведет все документы, знает нюансы. Кто где напортачил, не пойму. Там по накладной цена не сходится, мы же заказывали премиум, а привезли ну полный… эконом. Мне перед инвесторами как отчитываться? Пусть приедет и все уладит.

Я медленно провожу рукой по подбородку, почесывая трехдневную щетину.

–– Сергей, ты знаешь, что Лера не ездит в командировки. Это условие ее работы.

–– Да ладно, это же всего на день! – отмахивается Сергей, хотя я и не вижу его. – Туда-обратно, никаких ночевок. Утром на поезде к нам, вечером обратно.

–– Не могу согласиться. У нас договоренность.

Сергей недовольно цокает.

–– Виктор, давай без этого. Я понимаю твое рвение, молодец, что защищаешь свою сотрудницу. Но я же тоже не просто так настаиваю.

–– Тогда объясни.

Сергей понижает голос, как будто боится, что его услышат.

–– Ты ведь в курсе, что у Леры сотрудницы проблемы дома? Отказ от командировок – это ведь только первый звоночек, первый шаг.

–– О чем ты? – напрягаюсь я.

–– Я не слепой. Она боится.

–– Чего? – не понимаю я.

–– Боится выйти из своей клетки. Боится рассердить. Когда я приезжал и мы с ней обсуждали проект, она постоянно вздрагивала, когда ее телефон звонил. А этот бледный вид, встревоженный взгляд? Исхудала, от еды отказывается.

–– Ты мне сейчас кого описываете? – я хочу ругаться с приятелем, подобные замечания в отношении своей сотрудницы не потерплю.

–– Нет, она не пьет. А вот у нее дома…

–– Сергей! – не выдержал я.

–– Виктор, послушай. Мне все это знакомо. Ты замечал синяки на запястьях Леры? – спрашивает приятель, а у меня тугой ком встает в горле.

Меня как волной накрывает. Я понимаю, о чем он хочет мне сказать, и прикрываю глаза, что я был настолько слеп.

–– Я уже видел одна такую девушку, – продолжает Сергей. – Моя сестра была в такой же ситуации, пока я не приехал и не вытащил ее из этого ада.

Я молчу.

–– Я не лезу в ваши дела. Но если у нее действительно муж распускает руки, то командировка – это не проблема. Это шанс. Хотя бы на день вырваться, подышать.

Любые слова застревают в горле.

Я вспоминаю, как часто вижу Леру задумавшейся о чем-то, как будто потерянной. Хотя раньше она часто улыбалась.

Вспоминаю, как она всегда носит водолазки, даже летом. Как вздрагивает, когда я нечаянно повышаю голос на совещании.

–– Ты уверен? – спрашиваю я тихо.

–– Я видел это слишком много раз, – вздыхает Сергей. – Жертвы всегда похожи.

–– Я сам приеду, проверю смету и материалы, – говорю я.

–– Не дашь девушке шанс?

–– Это все действительно так, то после того, как она глотнет этот день свободы, то дома ее потом лишат любого воздуха, – проговариваю я.

Приятель вздыхает.

–– Тоже верно. Знаешь, что, Виктор, давай я сам приеду. А если понадобится какая помощь, то дай знать, – предлагает Сергей.

После звонка я долго сижу, глядя в окно.

Теперь я понимаю, почему Лера так настороженно всегда смотрела. И почему стала тихой и незаметной, как мышка.

Я снимаю трубу и набираю номер своей сотрудницы:

–– Лера, зайдите ко мне.

–– Хорошо, я как раз отчет доделала, – торопливо оправдывается она.

Я кладу трубку и вздыхаю. Она думает, что я ее из-за отчета зову. Хотя я на самом деле еще не знаю, что буду ей говорить и зачем вообще зову.

Но мне важно увидеть ее. Убедиться, что с ней все в порядке. И в то же время найти подтверждение словам Сергея.

Лера

Я вхожу в кабинет начальника, крепко сжимая папку с отчетом.

–– Садитесь, Лера, – кивает Виктор.

Я присаживаюсь напротив и протягиваю папку с отчетом. Но начальник, даже не взглянув, откладывает ее в сторону.

–– Это не срочно.

–– Но как же, надо было вчера… – но я замолкаю под пристальным взглядом мужчины.

Он смотрит долго и проницательно, заглядывая в душу, пытаясь что-то найти в уголках моей души. И меня пронзает холод от мысли, что я он больше не потерпит моих ошибок и собирается мне сказать, что я уволена.

Я не переживу такого. Дома… с Димой…

Я замечаю, как Виктор опускает взгляд и внимательно смотрит на ворот моей водолазки.

Хорошо за окном прохладная погода и не нужно искать и придумывать нелепых оправданий, почему в тридцатиградусную жару я в теплой кофте.

А я вдруг боюсь, что он видит насквозь, видит, что там под тканью синяк, оставленный Димой. Ежусь и веду плечами. И это отвлекает Виктора.

–– Я хотел спросить, как у вас дела, – говорит он.

–– Вы… уже спрашивали утром. У лифта, – напоминаю я. – Ошибки в отчете больше не повторятся!

–– Лера… – вздыхает Виктор. Он стучит пальцами по столу, подбирая слова. – Вы не обязаны так говорить. Не со мной.

Сердцебиение ускоряется.

О чем он?

Я никогда не жаловалась, никогда не плакала на работе. Ну, почти никогда.

–– Я не понимаю, о чем вы, – улыбаюсь я, но это больше походит на гримасу. – Если отчет в порядке, можно я пойду? Мне нужно еще проверить документы по «ЦветМагу»…

–– Да, там перепутали что-то на складе, – говорит начальник. – Сергей, кстати, хотел, чтобы вы приехали.

–– Но… – я чуть не вскакиваю со стула, и Виктор прищуривается, заметив мою реакцию.

–– Я напомнил ему о ваших условиях. Он сам приедет на днях.

–– Хорошо, спасибо. Я могу идти? – я сжимаю ручки кресла.

Глава 8

Под пристальным взглядом Виктора мне становится неудобно.

–– Лера, я вот что хотел на самом деле, – он подается вперед, аромат приятной туалетной воды проникает в нос. – Если вам нужна какая-то помощь…

У меня сразу проносится мысль попросить пристроить Диму, но быстро себя одергиваю, что это плохая идея.

Виктор смотрит на меня, ждет, возможно, что я сама скажу ему о своих проблемах. Но мы всего лишь начальник и подчиненная, не в тех отношениях, чтобы откровенничать.

Мне хочется провалиться под его пристальным взглядом. Как будто он уже знает.

А еще я понимаю, что своей паузой, уже выдала себя с головой.

У меня не все в порядке, и он теперь это знает.

–– Мне ничего не нужно, спасибо, – вежливо отвечаю я, встаю и иду к двери.

Надеюсь, он бросит эту идею и больше не будет приставать.

А если Дима узнает об этом, то мне точно не поздоровится.

Темнота уже давно накрыла город, когда я выхожу из офиса. Улицы пустынны, лишь редкие прохожие спешат по своим делам, кутаясь в пальто от пронизывающего ветра.

Я стою на остановке, сжимая сумку так крепко, что пальцы немеют. Автобус опаздывает, и каждая минута ожидания кажется вечностью. Я должна бы радоваться, что могу еще немного побыть одна, но я знаю, куда возвращаюсь, и с содроганием представляю, что меня ждет дома.

«Что делает Дима? Чем занят? Что скажет, когда я вернусь? К чему мне сегодня готовиться?»

Хочу скорее вернуться домой в надежде, что Дима обрадует меня, скажет, что нашел работу, что все изменится, но понимаю, что с каждым днем, чем дольше этого не происходит, тем он становится раздражительнее.

Мысли путаются.

Слова Виктора, его взгляд, полный чего-то, что я не могу назвать, но что заставляет сердце биться чаще.

«Если вам нужна какая-то помощь…»

Какая помощь? Квартира? Развод? Бегство? Я не готова ни к чему из этого. Или просто боюсь признаться, что уже давно готова.

Автобус подъезжает, скрипя тормозами. Я вхожу и сажусь у окна.

Стекло прохладное, и я прижимаюсь к нему лбом, стараясь не думать. Но мысли возвращаются, как навязчивый ритм забытой песни.

Услышав название своей остановки, вздрагиваю. Выхожу. Напротив остановки так самая аптека, которая еще утром не давала мне покоя.

Прохожу мимо.

Я надеялась, что за день месячные начнутся. Но этого так и не случилось.

Я останавливаюсь, разворачиваюсь и иду в аптеку.

Яркий свет ламп режет глаза.

–– Слушаю вас, – говорит женщина на кассе. У нее усталый вид.

Я смотрю на полку, на которой рядом с презервативами выложены белые и розовые коробочки с тестами на беременность. Электронные, большие, маленькие, дорогие, с двумя окошками и надписями «результат за одну минуту» и «самый точный».

Проносится мысль вообще не покупать, а вместо этого подождать еще. Или записаться на прием к гинекологу, которая направит на УЗИ… но для этого нужно отпрашиваться с работы и снова ждать. Очередь на УЗИ в местной консультации всегда долгая.

–– Мне тест на беременность. Самый дешевый, – говорю я и отдаю за него последние деньги, что есть в кошельке.

Женщина безразлично протягивает тест. Я расплачиваюсь, прячу его в сумку и выхожу.

Еще полгода назад я так хотела ребенка, мы с Димой пытались. А сейчас я боюсь, что две полоски станут для мужа дополнительным раздражителем, а не оправданием. Ведь ему тогда придется содержать двоих.

Я медленно иду к дому, с каждым шагом ощущая, как тяжелеют ноги. Окна нашей квартиры темные. Меня накрывает одновременно облегчение и волнение.

Я поворачиваю ключ в замке и открываю ее с тихим щелчком.

В квартире тихо, пахнет табаком и алкоголем. Я прохожу, стараясь не шуметь. Заглядываю в спальню и слышу храп.

Дима спит. Снова в одежде, снова поверх одеяла, снова нетрезвый.

На кухне нахожу несколько пустых бутылок и неубранные тарелки.

Я стою минуту, глядя на этот беспорядок, потом беру тряпку и начинаю убирать. Автоматически, без мысли. Просто, чтобы занять руки.

Мою посуду, вытираю стол, выбрасываю в мусор бутылки. Открываю окно проветрить.

А потом беру в спальне подушку и плед и снова иду спать в гостиную на диван.

Утром просыпаюсь от тишины. Прислушиваюсь, может Дима в кухне или ванной? Но везде тишина.

Сначала я чувствую облегчение, хоть один день без его утренних извинений, без показной заботы, без этих глаз, в которых уже к обеду загорится знакомый блеск раздражения.

Сегодня выходной. В голове всплывает вчерашнее: тест на беременность, купленный по дороге домой.