Часть 3. Не время умирать

1.

– И что, прям совсем-совсем ничего интересного? – разочарованно протянула Катька, надевая на мои намазанные краской волосы шапочку. – Всё-таки званный прием, куча гостей. Неужели ни одного скандала? Совсем ничего?

– Совсем. Мы рано ушли. У Барсова, – я мысленно злорадно усмехнулась и соврала, – пошла сыпь на лице от какой-то закуски.

– Уверена, что это ничуть его не испортило. Такое идеальное лицо не испортят даже шрамы.

Промелькнула мысль, что после того вечера парочку шрамов я бы с удовольствием ему оставила.

– Слушай, ты уверена, что этот цвет мне подойдет? – спросила я, скептически разглядывая красотку на коробочке из-под краски для волос.

– Да ты что! Пепельный – самый популярный в этом сезоне. Посмотри, все звезды в него перекрасились.

– Мне кажется, я слишком бледная для него, – повертела головой перед зеркалом. – Глаза, опять же, голубые.

– Доверься мне, я знаю, что делаю.

Катьке я, конечно, доверяла, но её уверенности у меня не было.

– И вообще, будет всяко лучше твоего «красного дерева».

– Так это же ты мне его посоветовала! – напомнила я.

– Ты просила удивить тебя, – невозмутимо пожала Катька плечами и прошлась по моей комнате, пригладила бежевое покрывало на кровати. – Слушай, а Барсов когда придет?

– Не знаю. Сказал, работает допоздна. Лучше бы, конечно, я пришла в твой салон…

– И лишила бы меня возможности побывать в квартире самого завидного жениха страны по версии Екатерины Вязовой? Ну уж нет.

Я закатила глаза. Тоже мне Мистер Вселенная.

– А где его спальня?

– На втором этаже.

– Понятненько. Ты посиди пока, – сказала Катька, потуже скрепляя накидку у меня на шее, так, что даже руки вытащить из-под неё было бы затруднительно. – А я кое-куда схожу.

– Куда? – подозрительно спросила я.

– М-м… в туалет, – ответила она, уже выходя из комнаты.

– Направо по коридору!

– Да-да, я найду.

Но Катьки не было довольно долго, а когда она вернулась, в руках держала огромный тюбик.

– Смотри, что я нашла в спальне Барсова!

– Ты же в туалет пошла! – возмутилась я и даже встала со стула.

– Завернула по дороге, – отмахнулась Катька.

– Спальня Барсова совсем не по дороге.

– Не занудствуй, – сморщила курносый нос моя подруга. – Лучше глянь сюда. Вагинальная смазка с вишневым вкусом.

– И что?! – всё ещё в негодовании уперла руки в боки.

– Да ты посмотри, какой большой! Этим же с ног до головы обмазаться можно, а не только там.

– Ну, может, он его по акции купил, – пожала я плечами. – Большим объемом дешевле. Это как моющее средство. Литровая бутылка выгоднее, чем две по пол-литра.

– Шутишь? – скептически спросила Катька.

– Не знаю. Да и какая разница… Кать, мне нельзя приводить в дом посторонних, – простонала я.

– Твой любимый шеф ничего не узнает, если ты ему не расскажешь, – беспечно сказала Катя, вертя в руках тюбик.

– У него в спальне стоит камера, – огорошила я её.

– Да ты что?! А где?

– В углу над кроватью.

– Над кроватью?! – повторила за мной Катька и округлила тщательно накрашенные губы. – О! Так наш шеф любит кино 18+ со своим участием!

– Да забудь про это! – сказала я, повернула подругу за плечи и подтолкнула к выходу. – Просто положи тюбик где взяла, а я буду молиться, чтобы в ближайшие дни Барсов не решил посмотреть запись.

Когда поздно вечером я вошла в комнату шефа и увидела свою подругу на экране монитора, то поняла, что молиться не умею.

– Вы звали? – спросила я Барсова, предварительно сглотнув комок в горле.

– Кто это? – тон шефа не предвещал ничего хорошего.

Я мысленно начала складывать вещички в чемодан.

– Моя подруга Катя. Екатерина Вязова, – поправилась я.

– Я же говорил не впускать в квартиру посторонних. Что она делает в моей спальне?

Я глубоко вздохнула. Может, пронесет?

– Она ваша фанатка, – чуть-чуть преувеличила я.

– Что? – вскинул брови Барсов. – Я что, телезвезда?

– Она несколько раз видела нас вместе со стороны и теперь мечтает с вами познакомиться.

– А начать решила с моей спальни?

– Нет. Сначала мы были в моей комнате, она пришла, чтобы покрасить мне волосы. Она парикмахер, – торопливо добавила я, видя, что шеф хмурится. Он терпеть не мог, когда вместо сути ходят вокруг да около. – А потом отлучилась в туалет. Понятия не имею, как она забрела в вашу спальню. Наверное, заблудилась, – брякнула я.

Шеф всем своим видом красноречиво говорил, что не надо принимать его за идиота.

– Она взяла только какой-то тюбик, – поспешила уверить его, всё равно ведь увидит на записи. – Но она потом его вернула. Честно. А вот как раз она возвращается в вашу спальню, – ткнула я пальцем в экран, где Катька входила в комнату.

Она открыла верхний ящик тумбочки у кровати и положила туда тюбик. Потом подняла голову и поискала что-то глазами, а затем уставилась прямо в камеру, открыла рот, засунула в него средний палец и сделала несколько недвусмысленных похабных движений.

Я прикрыла глаза рукой.

– Какой ужас, – совершенно искренне прошептала я.

А вот Барсов, наоборот, заинтересованно хмыкнул.

– Говоришь, мечтает познакомиться?.. Кстати, откуда твоя подруга знает, что в комнате камера?

– Извините, не думала, что это секрет, – повинно сказала я.

– Но я тебе про неё не рассказывал.

Пожала плечом.

– Я заметила её, когда протирала люстру от пыли.

– И ничего мне не сказала? – внимательно посмотрел на меня Барсов.

– А что я могла сказать? «Вячеслав Андреевич, вы в курсе, что у вас в комнате камера?»

Шеф снова хмыкнул.

– Ладно, отмаз засчитан. Но, Ира, это последний косяк, который я тебе прощаю. Ещё один – и подыщу себе новую помощницу.

2.

– Черт!

Пролетевшая мимо машина окатила меня водой из лужи, а я даже не могла показать вслед средний палец.

– Козел! – крикнуть получилось тоже не очень громко, тяжело, когда держишь плечом трубку, а в руках несешь пакеты с покупками.

– Что? Что у тебя там случилось? – встревоженно спросила Катька на другом конце.

– Да ерунда… Кать, ты поняла, что я тебе говорю?

– Да-да, твой шеф очень на тебя зол. Винюсь и каюсь. Но скажи, ему понравилось то, что я показала в камеру?

– Не обратила внимания. Все мои мысли, знаешь ли, были заняты угрозой увольнения.

Кое-как открыв подъездную дверь, я вошла и попыталась изобразить кивок старичку-консьержу. В телефоне что-то пикнуло.

– Кать, ты тут? – спросила, чтобы убедиться, что не нажала случайно сброс.

Краем глаза заметила, что из лифта выходят трое мужчин, и побежала, крича на ходу:

– Пожалуйста, придержите дверь!

Но моя просьба осталась незамеченной. Последний вышедший мужчина не задержался ни на секунду, и дверь лифта закрылась, едва я к ней подбежала.

– Зараза, – пыхтела я, пытаясь высвободить хотя бы один палец, чтобы нажать кнопку.

– Ира! – позвала меня Катя в трубке.

– Погоди, мне лифт надо вызвать, а у меня руки заняты.

– Носом тычь!

Я сначала хмыкнула, расценив её совет как шутку, а потом решила, что не так уж он нелеп. Воровато оглянулась на консьержа и, убедившись, что он на меня не смотрит, опустила голову и ткнула носом в кнопку.

– Ура, – возвестила я Катьку о победе и юркнула в открывшуюся дверь.

В лифте наконец смогла расслабиться. Поставила пакеты на пол и уже пальцем нажала на кнопку одиннадцатого этажа.

– Кстати, помнится, на прогулке ты собиралась рассказать мне про своего нового ухажера, а вчера что-то ни словом не обмолвилась. Разбежались, что ли?

– Да ну его. Сказала ему, что хочу стать звездным стилистом, а он посмеялся. Посмотрю, какое лицо у него будет, когда он увидит меня по телеку.

– А что, тебя собираются показывать?

– Возможно, даже быстрее, чем ты думаешь. У меня уже есть кое-какие связи.

– Связи? – хмыкнула я. – Что ещё за связи? Познакомилась с какой-то знаменитостью?

В трубке повисла тишина, и я уже подумала, что в лифте не ловит связь, но Катька вдруг промычала и как-то нехотя ответила:

– Ну, там… сложно всё объяснить. Потом как-нибудь. Давай лучше о Барсове.

– Да что о нем говорить… Спасибо, не уволил, конечно, но обещанные выходные отменил. Про премию я пока не заикаюсь. Может, пронесет. Вот накупила продуктов, сделаю его любимые фаршированные перцы с грибным соусом. Задабривать буду.

– Ну, а про твой новый цвет волос что сказал?

Я вздохнула. У Катьки даже тени вины в голосе не промелькнуло, а ведь всё это из-за неё.

– Сказал, что лучше предыдущего красного.

– Я же говорила!

Двери лифта открылись, и я, подхватив пакеты, вышла на площадку.

– Ты сегодня на ужин надень то платье с глубоким декольте, а волосы распусти. Он точно не устоит, – советовала Катька.

Я подошла к двери, пристроила пакеты у стенки и отрыла в сумочке ключи.

– Ну и зачем мне это? Шашни с начальством ничем хорошим обычно не заканчиваются, – сказала я и, всунув ключ в скважину, попыталась провернуть его. Не получилось.

– Или заканчиваются свадьбой, – возразила Катька. – Знаешь, сколько звезд женилось на своих помощниках?

Но мне стало не до неё. Тронув ручку двери, я убедилась в своих подозрениях: не заперто.

– Я идиотка, – ругнулась прямо в трубку.

– Ну зачем так сразу? Просто эта мысль не приходила тебе в голову. Поэтому у тебя есть я.

– Да я не о том. Представляешь, я забыла закрыть дверь, – пропыхтела, затаскивая пакеты в квартиру.

– Я думала, ты ничего не забываешь.

Нахмурилась. А ведь Катька права. На меня это совсем непохоже.

– Ну, видимо, и на старуху бывает… – пробормотала я и уже громче добавила: – Алиса, свет в прихожей!

Умная система отреагировала сразу. Но едва зажегся свет, как я вылупила глаза. Дверцы большого шкафа-купе были открыты, и часть одежды из него в беспорядке валялась на полу. Все до единой коробки с обувью раскиданы, и даже зонты и перчатки лежали в разных углах.

– Охренеть, – выдохнула я и бросилась в ближайшую комнату.

Там всё оказалось ещё хуже. Перевернутой была даже мебель. Не обращая внимания на вопросы Катьки в телефоне, я побежала по коридору, заглядывая в другие комнаты, поднялась на второй этаж… Хуже всего выглядела спальня Барсова. И если вытащенные и брошенные на пол ящики из комода меня уже не удивили, то разворошенная постель со вспоротыми подушками и матрацем заставила отказаться от мысли, что это обычное ограбление. Какой вор будет искать деньги в кровати, даже если представить, вопреки здравому смыслу, что хозяин дома держит много налички не в банке, а в квартире?

– Ира! Ты, в конце концов, скажешь, что у тебя там происходит? – вырвал меня из раздумий Катькин голос.

– Я тебе потом перезвоню.

Сбросив её, я тут же набрала номер шефа. Короткие гудки. Как же не вовремя! И что делать? Вызвать полицию?

Я вскинула голову и посмотрела в угол, где стояла камера. Оборванные провода. А сама камера обнаружилась на полу. Наскоро её проверив, убедилась, что флешки в ней нет. Похоже, тот, кто устроил погром в квартире, унёс её с собой. Что же здесь искали?

Наворачивая круги по комнате, снова набрала Барсова и услышала короткие гудки. Сколько же можно болтать по телефону?! А может… Я остановилась как вкопанная. Может, с ним что-то случилось? На секунду перехватило дыхание, но я заставила себя сделать вдох. Спокойно. Всё со Славой в порядке, я бы почувствовала. Черт! Я ему не жена, не возлюбленная, почему я должна что-то почувствовать? И какой ещё Слава?

– Ира, он для тебя Вячеслав Андреевич, – сказала самой себе вслух. – Твоя работа. И только.

А раз работа, значит, надо действовать. Если Барсов не отвечает на звонки, тогда поеду к нему на работу.

Ожидание такси заняло ровно столько времени, чтобы покидать в холодильник купленные продукты. Похоже, ужин сегодня откладывается.

3.

Офис Барсова располагался на двадцать седьмом этаже крутого делового комплекса, и пока я поднималась к нему на лифте, словила с десяток различных взглядов – от пренебрежительных на мои джинсы и кроссовки от утянутых в деловые костюмы молодых карьеристок до равнодушных у клиентов всевозможных организаций, расположенных под крышей высотного здания. Один мужчина мне даже подмигнул и улыбнулся щербатым ртом. Судя по спецодежде и типичной внешности Джамшута, он трудился разнорабочим. Вышла я из лифта с облегчением.

В приемной восседала секретарша Барсова – смертельно красивая блондинка. Примерно такая же, как все личные помощницы больших начальников любого крупного города. Клацая по клавишам компьютера трехсантиметровыми ногтями, она подняла на меня вопросительный взгляд из-под наращённых ресниц.

– Добрый день. Мне к Вячеславу Андреевичу.

– Вы не по записи, – заявила она.

– Он меня примет. Я его помощница…

Скепсис в её взгляде заставил добавить:

– …по хозяйству.

– Домработница, что ли? – усмехнулась она и с сочувствием спросила: – Стиральная машинка сломалась?

– Посудомоечная, – сцепив зубы, проговорила я.

– Ну, это совсем другое дело, – заявила секретутка и, нажав кнопку селектора, сказала: – Вячеслав Андреевич, к вам домра… ваша помощница по хозяйству.

– Ира? – прозвучал удивленный голос Барсова. – Пусть войдет.

Секретутка взглянула на меня и вытянула указательный палец в сторону двери. Ясно, провожать меня никто не собирается. Но я не гордая. Уже взявшись за ручку двери, я обернулась и сказала:

– Кстати, вы пропустили букву «р» в слове «планерка».

Секретарша нахмурилась и перевела взгляд на экран монитора, а я вошла в кабинет. Барсов сидел в деловом костюме, но расслабленной позе за столом, дизайн которого идеально вписывался в его любимый стиль хай-тек.

– Этот ребенок не мой, – выпалил шеф, едва увидел меня.

– Что? – не поняла.

Барсов развел руками.

– Ну, я не знаю, что ещё такого могло произойти, что ты не решилась сообщить мне по телефону.

– Я звонила вам дважды.

Барсов внимательно посмотрел на меня и чуть подобрался.

– Так, чувствую, что тебе не до шуток.

– Вам тоже. Вячеслав Андреевич, сегодня утром кто-то залез в вашу квартиру и что-то там искал. Когда я вернулась из магазина, дверь была взломана, а внутри всё перевернуто вверх дном.

Шеф мгновенно изменился. От его легкомысленного вида не осталось и следа. Он вскочил из-за стола, быстро подошел к двери и выглянул в приемную.

– Рита, ко мне никого не пускай, я занят.

– Ясно, – послышался не слишком довольный голос в уже захлопывающуюся дверь.

Барсов закрыл её за замок и вернулся за стол.

– Что-нибудь унесли из квартиры? – спросил он, придвигая к себе раскрытый ноутбук.

– Кажется, флешку из камеры в вашей спальне.

– Ты уверена?

– Камера была выдрана и лежала на полу. Я посмотрела и флешки не нашла.

– А камера над входной дверью? – спросил Барсов, быстро стуча по клавишам ноутбука.

– А что, над входной дверью есть камера? – искренне удивилась я.

Барсов бросил на меня быстрый взгляд и снова уставился в ноутбук.

– Во сколько ты ушла в магазин?

– Примерно… – протянула я, припоминая, – в половине десятого.

Спустя минуту шеф сказал:

– Вот они.

Я обошла стол и встала у него за плечом, глядя на экран ноутбука. На нем трое мужчин в черных балаклавах, натянутых на лицо, возились у двери квартиры Барсова. Впрочем, недолго – пара минут, и они входят, прикрывая её за собой.

– Вот видите, как неудобно жить на этаже одним, без соседей. Кто-нибудь обязательно бы заметил, – сказала я.

Барсов не ответил, судя по лицу, мыслями он был далеко.

– Вячеслав Андреевич, получается, что к камере над дверью у вас есть удаленный доступ, а к камере, что стояла в спальне – нет? Почему?

Шеф раскрыл рот с таким видом, что рассчитывать на более осмысленный ответ, чем: «потому, что кончается на у», мне не стоило. Но даже этого я услышать не успела, потому что в селекторе послышался напряженный голос секретарши:

– Вячеслав Андреевич, к вам посетители.

– Я же сказал, что занят.

– Д-да, но они настаивают. Говорят, что по очень важному вопросу.

– Пусть подождут десять минут. Я сейчас освобожусь, – сказал Барсов и отключил связь.

Он пробежал пальцами по кнопкам клавиатуры ноутбука, и на экране появилась картинка приемной сверху. Значит, и здесь у шефа стоят камеры. Помимо секретарши, в приемной находились трое мужчин.

– Ой, это те самые, – удивленно проговорила я, глядя на знакомые фигуры.

– Кто? – не понял шеф.

– Я видела их сегодня утром, когда входила в подъезд дома. Они вышли из лифта и даже не придержали мне дверь.

– И одежда на них точно такая же, как у тех, кто взламывал квартиру.

Я ахнула.

– Вы думаете, что они не нашли то, что искали, и пришли сюда за вами? – спросила, глядя, как Барсов стремительно подходит к шкафу и открывает дверцу.

– Я говорил тебе, что ты умнее многих женщин, что у меня были? – вопросом на вопрос ответил шеф, раздвигая костюмы и вытаскивая что-то со дна шкафа.

– Может быть, потому, что обычно вы смотрите у женщин не на ум?.. А что вы собираетесь делать?

– Ты когда-нибудь прыгала с парашютом?

– Чего? – не поняла я.

– Обещаю, тебе понравится, – сказал Барсов, расстёгивая молнию большой сумки.

– Да я не собираюсь… Стойте, это что, парашют? – спрашиваю, глядя, как он натягивает на плечи лямки.