Глава 16. Диплом

Я поднималась к аудитории, на ходу придумывая, как объяснить внезапное исцеление подруге. Я бы осталась дома, но когда мать пришла с утра менять бинты, она не нашла под ними никаких ожогов. Сначала запричитала, что сошла с ума, а потом окрестила меня лгуньей. Она кричала, что я обвела всех вокруг пальца, потом трясла меня за плечи и требовала ответов, которых не было.

Меня и саму это удивило, однако к телефону я не потянулась, чтобы мать про него не вспомнила. Пришлось собраться и выскользнуть из дома под предлогом учебы. На самом деле, я лишь хотела посидеть в машине, почитать, что успела написать в заметки после пробуждения, до прихода матери на перевязку.

«Он меня пытал. Забрал жизнь. Ненавижу его».

О ком бы я ни написала столь громкие слова, полные гнева и обиды, но тот вылечил мне ноги. Интересно, что же я подразумевала под «забрал жизнь»? Он не убил меня во сне, я уверена. Ведь тогда так и написала бы.

Я дошла до аудитории и пару минут мялась у входа. Не предупредила Свету, что приду. Она вообще ходила на пары? Она же только деда похоронила. Я хмурилась. Я ведь не спрашивала, как она себя чувствовала, так меня выбил из колеи поцелуй с Русланом. Хотя. Правильно было бы сказать от Руслана. Я-то ему не ответила. Тупица. Не хотелось признаваться в этом даже себе, но я сильно об этом жалела.

Тряхнула головой, не время думать о какой-то фигне. У меня с дружбой проблемы, не до переживаний о парнях. Я решилась забить и быть искренней, но вдруг в коридоре увидела знакомое лицо. На мгновение засомневалась, что глаза меня не подводят. Моргнула.

Лида уставилась на меня с ненавистью. Всего секунду назад с ее лицом все было более или менее нормально: бледное, уставшее, как и должно быть у человека с пропавшим родственником. А теперь воинственное, словно она готова меня убить.

Я почувствовала тревогу и собралась скрыться поскорее. Резко открыла дверь в аудиторию. Из-за того, что я опоздала, все присутствующие уставились на меня. И когда наши с преподавателем взгляды встретились, на меня налетели.

Началась шумиха. Я стукнулась о стену лбом. За волосы меня тянули. Все кричали, но один голос был особенно громким.

– Что вы с ним сделали?!

Отчаяние, боль, истерика. И я не могла это остановить. Оказалась на полу раньше, чем осознала, что мне нужно хоть как-то защищаться. Я с трудом вывернулась, чтобы хотя бы видеть напавшего человека. В меня летели красные ногти.

Повезло, что я не успела треснуть в ответ. Лиду оттаскивал преподаватель и мой одногруппник.

– Ты в порядке? – вопила Света.

Она меня зачем-то трогала, словно проверяла, есть ли переломы. Я с трудом поднялась. Адреналин в крови все никак не успокаивался, поэтому я пошатывалась.

– И ты! Мрази! Что б вы все сдохли!

Лида плевалась на Свету и меня. Мы с подругой вопросительно переглянулись. Я пожала плечами. Света нахмурилась. Преподаватель и его помощник уводили Лиду, выкрикивающую проклятья. Когда те скрылись за углом, группа уставилась на Свету. Она мгновенно собралась.

– В аудиторию, живо! – Подруга загоняла всех, как сбежавших баранов.

Я, поддавшись стадному инстинкту, последовала за ними. До конца пары преподаватель не вернулся. Одногруппники косились на нас со Светой. Пару раз прозвучал вопрос, что случилось. Света приспускала очки и недобро глядела на любопытных. Те затыкались и ненадолго отставали.

Под пристальным вниманием от окружающих мы со Светой не обсуждали важные темы. Ждали, когда останемся одни. Вместо этого болтали о дипломе. Все, кроме меня, уже согласовали темы с научруками. Стоило бы этим заняться, раз уж я не страдала от ожогов ежесекундно.

Света то и дело косилась на мои ноги, которыми я спокойно двигала и не морщилась. Под широкими штанинами не видно, что бинты я сняла, но и ботинки на мне о многом говорили. С теми ранами, что Свете довелось увидеть в больнице, ни о какой обуви и речи не шло.

Но в странном состоянии находилась не только я. Слой косметики не скрыл до конца следы ночных рыданий Светы. В основном потому что те выражались в опухлости лица.

– Спасибо, что пришла на похороны, – прошептала Света.

Я кивнула:

– Скорее приехала.

Я же была на коляске.

Света слабо хихикнула. Я почувствовала, что перемирие наступило. Вдруг поняла, что действительно рада, что посетила похороны. Мы хоть и не разговаривали с подругой, но все-таки иногда так приятно увидеть друга среди толпы. Не представляю, как бы я ненавидела универ, не будь в нем Светы.

– Давай вместе диплом делать, – предложила я в честь примирения и потому что не хотела заниматься этим в одиночку.

– Дед завещал мне свой дом.

Резковатая перемена темы. Я хмыкнула и придвинулась к Свете:

– Почему тебе?

Никогда не слышала о теплых отношениях между ней и дедушкой. Я об умершем мало что знала. До его смерти о нем редко говорили. Может, не хотели обсуждать дела семейные при посторонних. А может, он не любил людей. Но на праздниках в доме Игнатовых мы с ним не пересекались. Я думала, что это из-за пожилого возраста.

– Привязал меня к городу.

Я не представляла, что и думать. Света не выглядела довольной обладательницей огромного состояния.

– Но это же твой шанс съехать от родителей. Ты вроде хотела попробовать самостоятельную жизнь.

Приходилось говорить очень тихо.

– В этом и проблема. Это не самостоятельная жизнь. Это та же жизнь в тех же декорациях.

– Если тебе не нравится дом, то продай его.

– С бабушкой вместе? – Света не моргала.

Мне это и в голову не пришло. А ведь странно, что при живой жене, дед Светы оставил недвижимость внучке.

– У них в семье были проблемы? – уточнила я без надежды на ответ.

Уж очень вопрос личный.

– Нет. Они два сапога одних берц. Менталка одного просто не выдержала и пострадала.

Пара подходила к концу, когда в аудиторию влетел преподаватель. Все присутствующие разбежались по местам, словно тараканы по укрытиям. Трусы. Мы со Светой не лучше. Выпрямились по струнке, будто нас отчитывать будут. Мы хоть и приготовились, но, когда прозвучали наши фамилии, вздрогнули.

– Все остальные свободны. – Преподаватель махнул на выход.

– Но…диплом же, – слабо возразили с первой парты.

– Все на выход. – Преподаватель побелел.

Началась суматоха. На нас теперь косились как на предателей: мол, каждый недополученный балл на дипломе из-за вас, мы запомнили. Мы со Светой не двинулись, прилипли к неудобным стульям, от которых вечно рвались ее колготки.

Преподаватель встал напротив нас и сохранял молчание, пока дверь не закрылась. Затем медленно повернулся и сложил руки на груди:

– Девушки, я не знаю, что происходит, но вы же понимаете, что я не могу проигнорировать недавний инцидент.

Света усмехнулась:

– Мы все видели, что на Алю напала сумасшедшая, и если та напишет заявление, то, очевидно, на чьей стороне будет закон.

Преподаватель медленно кивнул, а затем потряс указательным пальцем:

– Только вот та девушка сказала, что у нее была причина. Я не могу игнорировать заявление о похищении человека. Как ваш преподаватель и сознательный гражданин, я обязан обратиться в полицию.

Секунду ничего не происходило. Мгновение, взрыв: Света встала, оперлась на парту и четко выдала:

– Уверены, что стоит обращать внимание на слова, брошенные сумасшедшей?

Преподаватель опешил то ли от дерзости, прозвучавшей в голосе, то ли от несоответствия внешности и напора говорившей девушки:

– Я просто не могу по-другому… Это ведь серьезное заявление, поймите…

Света пихнула меня в плечо, а сама быстро стала закидывать вещи в сумочку:

– Отец мой наверняка поймет. Вот с ним и поговорите. Я вот к нему сейчас и поеду. Поделюсь новостями, что вы вместо того, чтобы готовить студентов к диплому, что является вашей прямой обязанностью, клевещете на них и создаете дополнительный стресс, поддаваясь влиянию сумасшедших.

Я летела за подругой, как мотылек на свет. Казалось, своим гневом она спалит всех, кто подойдет слишком близко. Но какая же она была потрясающая в этот момент! Невероятно сильная. Хотела бы я иметь хоть толику ее уверенности. Ну ничего. Хоть рядом постою. Подышу заряженным воздухом.

До парковки добрались быстро. Я на автомате села в машину к Свете. Она лбом упала на руль и прошипела:

– Идиот он. Зачем вмешивается?

Я не знала, что сказать. Преподаватель, вроде, вел себя нормально. Ненормальная была только Лида, но у нее брат пропал, неудивительно, что кукуха поехала. Я похлопала подругу по плечу в знак поддержки. Она вздрогнула и уставилась на меня.

– Ты почему здесь? – Света села нормально.

– А где мне быть? – спросила я, хотя вопрос не имел смысла. Как странно она себя вела. Захотелось оправдаться: – Думала, ты к отцу собралась. Могу составить тебе компанию.

– Ты чего так тупишь? – буркнула Света. – Я не собираюсь к нему. Делать мне нечего, как его отвлекать.

До меня дошло. И вправду. Я сглупила. Света производила впечатление зажиточного человека, ее отец знал ректора, вот зачем она заговорила про отца. Чтобы произвести нужный эффект. Логично.

Я чувствовала себя идиоткой из-за того, что поверила в блеф.

– Тебе нужно было в актерский поступать, – промямлила я.

Света секунду молчала, а потом безэмоционально спросила:

– Что с ногами?

– Зажили.

Я прятала пальцы в рукавах толстовки.

– Я видела раны, – продолжила Света.

Я пожала плечами. Нечего ответить, а она будто ждала какого-то шокирующего признания. Словно я скрывала от нее секрет исцеления. Но никакой тайны нет. Я проснулась здоровой. Ощущение, что ожоги были массовой галлюцинацией. Других объяснений у меня нет. А имеющиеся навряд ли понравились бы подруге.

– Ясно. – Света завела машину. – Я сегодня в зал не приду. Если ты со своими «обожженными» ногами туда собираешься, то не жди меня.

– Погоди, – удивилась я, что меня выгоняли. Вроде бы. – А с Лидой что? Она напала на меня, но гадости говорила и тебе.

– Мне пора, – поторопила Света, снимая машину с ручника.

Я фыркнула:

– Понимаю, что ты переживаешь потерю родственника. Но необязательно отыгрываться на мне.

– Да, да, ты отличный моралист. Почти святая.

Ирония? К чему это?! Я покинула автомобиль. Услышала, как Света сорвалась с места, еще до того, как я дошла до своей машины. Ну и пусть катится. Я всхлипнула. Совсем перестала понимать происходящее. Все казалось таким нереальным. Оставшись в одиночестве, я остро ощутила тревогу. Размеренная жизнь закончилась раньше, чем я думала.