Цитаты из книг автора «Мирослава Чайка»

– Ты что хочешь, чтобы тебе поставили памятник?

я исповедую маленькие радости каждого дня, вот, например, сегодня я закончил работу, над которой трудился много дней и ночей, и она, как оказалось, нравится не только мне. И поверь, Ева, это куда важнее, чем памятник

У Натали было чутье на таланты. Она была уверена, что Юрины способности нужно развивать, и для начала его стоило отправить учиться в Академию художеств. Конечно, на это решение повлияли не только превосходные работы, стоящие сейчас у ее ног, но и то, что Ева отказалась с ним встречаться. Эта новость так порадовала Натали, что она была готова повысить Юре гонорар, отправить учиться в лучшую в мире школу искусств и вообще расцеловать за его любовную неудачу.

И что, по твоему мнению, тебе подходит, – начала выходить из себя Вера Федоровна. – Не знаю, я еще не нашла себя, – тяжело вздыхая, произнесла Лана. – Если ты не нашла себя в семнадцать лет, то неизвестно, найдешь ли ты себя вообще, – сказала женщина и, встав с дивана, подошла к дочери. – Боже мой, это что за тифозная стрижка, как ты могла такое с собой сделать? – закричала она, не сумев сдержаться. – Спасибо, мама, ты умеешь поддержать в трудную минуту, – гневно ответила Лана и выбежала из комнаты.

Раз уж ведешь такую легкомысленную личную жизнь, стоит быть поосторожнее, – ядовито проговорил Алекс. Несмотря на то что Ева была готова услышать колкость, в груди все равно неприятно екнуло.

Ты же помнишь, последний поцелуй? Алекс опустил руки, отвернулся к окну, пытаясь успокоить свое разбушевавшееся сердце, и после паузы как-то сухо произнес: – Ты беспечно распорядилась моим жилетом после нашего ночного свидания. Ева не ответила, она молча смотрела в его идеально подстриженный затылок, и, хотя Алекс уже несколько минут стоял, повернувшись к ней спиной, Ева отлично знала, как сузились его глаза и что сейчас он постарается сказать что-то обидное.

– Почему в голубой? – мечтательно произнесла Ева, легонько дотрагиваясь до его руки. – Потому что это мой любимый цвет, он такой же пленительный, как ты, и ассоциируется у меня с огромным океаном. Его невозможно перейти, удержать в руках и познать до конца, он таит в себе уйму загадок. Ева, ты мой океан! В который я однажды вошел по неосторожности и теперь не могу выгрести на берег.

– Вот этот мне нравится – «Сириус», – задумчиво сказал Алекс, подвигая Еве кресло поближе к макету фантастического города под большим прозрачным куполом. – Здесь могли бы жить мы с тобой, – вглядываясь в миниатюрные детали, продолжал юноша. – И что бы мы там делали?

– У вас найдутся два капучино, разбивающих любовное наваждение? – Боюсь, что нет, – дрожащим голосом пробормотал официант, густо краснея. – Какая досада, – картинно хмурясь, ответила Ева, – тогда принесите хотя бы обычные.

Благодаря ему Ева теперь точно знала, что такое любовь, та самая, о которой поется в песнях, о которой слагают легенды, и тот, кому не посчастливилось ее встретить, отрицает ее существование или ехидно утверждает, что она живет всего три года.