Цитаты из книг автора «Мирослава Чайка»

– Алекс, у меня сногсшибательные новости! – Перестань орать, Матюша, я уже в курсе твоих новостей, – вяло, болезненным тоном проговорил Алекс и уже хотел отключить телефон, как услышал странный вопрос от Матвея: – А почему ты тогда меня не поздравляешь? – Ты хочешь, чтобы я поздравил тебя с тем, что Ева приняла предложение Германа? – съязвил Алекс и снова сел, от негодования опустив босые ноги на пол. – При чем здесь это? Нет, ну это, конечно, тоже новость, но я же хотел тебе рассказать совсем про другое.

Алекс увидел Евину фотографию с кольцом на безымянном пальце гораздо позже, чем Герман, но его реакция по своей силе была не менее пронзительной. Он схватил со стола красочный альбом с репродукциями из собрания Русского музея, подаренный ему Евой, и начал с остервенением комкать и вырывать из него глянцевые листы, потом рухнул на расстеленный диван, закрыл голову подушкой

он бы с легкостью уступил Еве свой шкаф, чтобы она развесила там платья, и позволил бы носить его рубашки по утрам; он даже был бы счастлив, если бы она пожурила его за невымытую кружку, забытую на столе, и оставленную на спинке стула футболку.

Ах, как бы он хотел, чтобы это милое создание щебетало у него под ухом, мешая чертить проекты, чтобы она поставила свою зубную щетку в стакан рядом с его, а потом уснула, положив голову ему на колени, не дождавшись заказной пиццы.

– А ты что, не знаешь, он управляет отелем и торгует, – ответила девушка, улыбаясь, и склонила голову на плечо своего спутника. – Торгует? И чем же? – Секретами, – отозвался юноша и, взяв свою подругу за руку, поспешил прочь, словно испугавшись, что знакомство с Евой может навлечь на него неприятности.

ты часто носишь платья с полностью голой спиной, и я вот думаю, каково это – быть наполовину без одежды, неужели тебе не холодно? Ева в первую минуту даже не нашлась, что ответить, ее так рассмешили эти слова, и, чтобы не привлекать внимания, она уткнулась в плечо друга, пытаясь сдержать раздирающий ее смех, но Матвей все продолжал: – Я вот не могу себе представить, если бы мне сейчас в смокинге вырезали большую дыру на спине, а потом дырку и в рубашке, наверное, туда страшно бы дуло, – сквозь улыбку рассуждал юноша, проводя по обнаженной спине девушки кончиками пальцев.

– А может, ну его все к чертям, никуда не пойдем, ни на заседание, ни на вечерний прием, как тебе такой план? – План, конечно, прекрасный, но не осуществимый. Ты же, когда тестировался, выбрал желтый цвет, а такой выбор мог сделать только обязательный человек, так что вставай и вперед.

– А как ты думаешь, ад существует? – Ну и мысли у тебя, точно для нервного срыва. Думаю, этого наверняка не знает никто, но если всё-таки существует, то там мне придется просыпаться рано по утрам и сдавать экзамены по дипломатической переписке, – смеялась Ева, стараясь отвлечь Матвея

– Ева, а тебе бывает когда-нибудь страшно? – А я думала, ты уснул, – оставив без внимания его вопрос, произнесла девушка, повернувшись на пуфе к нему лицом. – Я бы не хотел, чтобы ты увидела меня в таком состоянии, всегда мечтал быть в твоих глазах отважным и сильным рыцарем, но у меня, по-моему, начинается паническая атака. Ева окинула друга оценивающим взглядом, прикусила губу и тут же забралась на кровать поверх одеяла. Она легла на живот, подперев лицо руками, собрала распавшиеся волосы на одну сторону и пытливо уставилась на взволнованного Матюшу. Лицо его было бледным, отчего мелкие веснушки еще ярче читались, перемешанные с крошечными бусинами пота, выступившего на лбу. – Тебе нужно переключить внимание на что-то другое, всем бывает страшно, думаю, это свойственно любому живому существу

– Матрешки – более заурядного подарка нельзя было и придумать. У иностранцев и так все знания о нашей стране строятся на стереотипах: медведь, ушанка, балалайка, водка и вот еще матрешка. А мы же совсем другие, и ценности наши, и приоритеты далеки от этих предметов. Вот я, например, настоящую балалайку вживую и не видела, ну, может, когда-нибудь на сцене. А медведя только в зоопарке и водки никогда не пила. Что же получается, я не русская, так, что ли?