Глава 5

Адам

Первое желание – вернуться в квартиру и все высказать беременной актрисе в обмороке.

Я сам видел, с кем она приходила и уходила из ночного клуба, и втирать про любовь к моему брату мне не надо.

Но больше добила тирада ее рыжеволосой сестры, которой на фоне тяжелого развода мерещатся сплошь мудаки и предатели.

– ”Вы не врач! Аферист!” – цежу себе под нос, копируя визгливый голос рыжей заразы.

Лучше бы тебе не встречаться со мной на работе, родная. После того, что сказала Дарина, пальпацией ее груди я бы не ограничился. Дико вывела, играла со мной, а потом вдруг стала из себя недотрогу корчить.

Повесила бы лоб табличку “Разведенка. Не влезай, убью!”

Сразу было бы ясно, что к ней подходить и трогать за задницу опасно для здоровья.

Стерва, но мне понравилась…

Пару минут жду лифт. Все еще непроизвольно прислушиваюсь к тому, что происходит за дверью квартиры. Кроме возни и невнятных обрывков разговора Рины и ее предприимчивой беременной сестры, ничего не различаю.

Лифт в этой дыре тоже, видимо, ходит по расписанию.

Мысленно проклинаю моего брата. Сука, Эрик! И здесь ты, бля, отличился.

Взгляд падает на какое-то белое пятно, бумажку валяющуюся около обшарпанной двери. Поднимаю с пола конверт и подсвечиваю себе фонариком.

– Зотова Дарина. Судебное, – читаю надпись, поджав губы.

Именно эту бумажку беззаботная Рина отшвырнула туфелькой от двери. Рыжая, судя по всему, по горло в проблемах и долгах, но делает вид, что гордая и неприступная. Внутри, судя по штампу на конверте, повестка или иск.

Тут не нужно быть мудрецом, чтобы понять истинное положение ее дел.

Простая однушка, света нет, да и гребаный халат, как с чужого плеча.

Возвращаюсь мыслями в тесную ванную, вспоминаю как она эротично стояла около меня практически голая. Член предательски реагирует на каждый кадр воспоминаний нашего общения с рыжей.

– Клуша наивная! – говорю гневно и вставляю письмо уголком в двери ее квартиры. – Затрахаешься потом адвокатам счета оплачивать, Дарина.

Пока спускаюсь по ступенькам, забыв о задроченном лифте, на мой телефон поступает очень и очень важный звонок.

Только, почему именно сейчас?

– Алло, а ты разве не спишь в это время? – спрашиваю деда.

Старик совсем сдал в последнее время, так говорит отец. Но бодрый голос Феликса Бестужева не дает забывать, кто в нашем доме хозяин.

– Привет, Адам. У нас уже утро. Рабочее утро, внучок, – смеется дед, подкалывая меня.

– Прости, я после смены. Не спал еще толком. Друг попросил купить для него кое-что, а потом внезапно уехал по работе. А я тут… Застрял по делам, короче.

Не травмируя психику деда подробностями моего ранения, выдаю лишь половину того, что произошло со мной за вечер.

Дед слушает меня фоном, потом говорит, что мне пора бы завязывать с дежурствами, да и с работой вообще. Не просто жалеет меня, трудоголика, а вполне серьезно предлагает бросить медицину.

– Адам, ты уже вырос из своего медицинского костюма. Пора бы вам с братом заняться фирмой. Я стар, пора отойти от дел, – с придыханием старого мафиози говорит Феликс.

– Э, нет! Мне моя работа нравится, – отнекиваюсь, выходя из обшарпанного подъезда.

– Не думал, что ты хочешь отдать фирму Эрику. Благородно, – тут же хмыкает дед, провоцируя меня.

Набираю воздух полной грудью и тяжело выдыхаю густой пар. Что же задумал старый Феликс? Решил стравить меня с Эриком? Мне это сейчас нахер не надо.

– Отдай все ему, дед, – говорю с улыбкой.

Мажу глазами по окнам на пятом этаже. Окна рыжей стервы выходит во двор. Единственные два из всего ряда не светятся вообще, тогда как остальные – горят во всю.

Интересно, спать пошла или откачивает бедняжку Элю? В искренность ее беременной сестры не верю, на то есть веские причины.

– Твой брат раздолбай. У него девушка беременная, а Эрик мне даже не сообщил, – рявкает дед строго.

– Вообще, еще не ясно, чей ребенок. Девушка… кхм… не только с ним зажигала. Так, что ты пока еще не прадед, извини, – бросаю устало.

– Ты и сам не женат до сих пор, Адам. А мог бы меня порадовать, – пропускаю все мимо ушей. – Тогда странно, что девушка Эрика позвонила мне. Нужно сделать тест на отцовство, в любом случае. Если правнук мой, то его мать я хотел бы видеть лично…

Только усевшись на водительское сиденье, ощущаю, как давит резаная рана, доставшаяся мне из-за Дарины.

Гребаный защитник! Нужно было проехать мимо, пусть бы ублюдки помяли ее как следует. Но нет… Я не проехал бы, при любом раскладе. Спас рыжую заразу, а теперь даже ремень безопасности не могу пристегнуть нормально.

– Ты меня слушаешь, Адам? – окликает дед.

– Да. – бормочу, кряхтя от боли. – Я понял, что ты хочешь поговорить со мной и с Эриком. Но где я его найду сейчас? У нас здесь ночь.

– Утром я позвоню. В семь утра по московскому времени. Будьте готовы, есть важный разговор, – интригует дед и отключается.

Моего брата можно искать в двух местах. Судя по времени, он уже снял очередную шкуру и оттягивается с ней у себя в квартире.

– Я приеду в семь. Будь готов и разгони своих телок, – практически повторяю слова деда, записывая голосовое сообщение засранцу.

Глава 6

Дарина

– Мы должны понравиться нашему папочке, – трогая огромный, живот-арбуз приговаривает моя сестра.

Лежу в кровати, щурясь от солнечных лучей, ударяющих через тонкие шторы прямо в лицо.

Вчерашнего вечера будто и не было. Не было сексуального доктора, обморока моей сестры и нападения на меня.

– Ты, что, снова собралась к нему? Боже, Эля! Ты хочешь, чтобы он снова об тебя ноги вытирал? – вздыхаю.

– Он позвонил мне сам, в семь тридцать. Представь, Эрик ведь раньше двенадцати не просыпается! Наследник такого состояния. Зачем ему вскакивать в такую рань? Только ради меня! – выдыхает Эля.

Скептично хмыкаю, и тут же в голове стеной встает образ его брата, Адама.

Срочно прогоняю обаятельного гада из моих утренних фантазий. Хватит того, что вчера он сумел возбудить все мои… нервные окончания.

– Эрик пригласил меня на чашку кофе в кофейню возле его офиса.

– Надо же. Какая муха укусила козла?! – хмыкаю себе под нос.

В прилив отчей любви не верю, Эрик вел себя как мудак с самого начала и теперь его игры с Элей только бесят.

Но перемены в настроении сестры меня даже устраивают.

Еще вчера ночью Элеонора собиралась бросить малыша прямо в роддоме, если Эрик не признает мальчика.

Поэтому, пусть уж лучше наряжается на встречу с “папой”.

Элеонора крутится около зеркала, ласково поглаживает беременный животик.

А я со стойкой жалостью и негодованием рассматриваю, как моя сестра заморочилась и нарядилась ради встречи с отцом своего будущего ребенка.

– Даниил Бестужев. Красиво, правда? – мечтательно произносит имя моего племянника.

Эля готовилась с самого утра. Надела узкие, неудобные туфли, красивое платье-кокон и короткую белую куртку в тон платья.

Хотя уже три месяца кроме кроссовок и спортивных, удобных вещей ничего не надевала.

Она похожа на светлого ангела, в обрамлении аккуратных локонов ее лицо просто сияет. И надо же было ей залететь от какого-то богатого урода, который теперь морочит её, беременной, голову!

Встаю с постели, засовываю ноги в свои тапки, наспех брошенные в темноте у кровати.

– Свет включили? – спрашиваю, зевая.

– Нет! Рина разберись со своим бывшим мужем! – приказывает мне строгим голосом нежная Эля.

– Разберусь, перед работой позвоню ему. Эль… Я против твоего общения с Эриком! Я по-прежнему считаю, что ваш папа просто козел! И вам не нужно ему “нравиться”! Его брат вчера правильно все сказал. Вы встречались и ты спала с ним без защиты! Неужели Эрик не в курсе, что от этого бывают дети?!

Мое возмущение достигает максимума, когда Эля со слезами убирает от лица телефон и выдавливает вполголоса:

– Рина, ты ничего не знаешь! Я не просто так корячусь! Эрик сказал, что без теста на отцовство даже говорить со мной не станет. А я его люблю, Рина! На самом деле люблю! Но боюсь, что ребенок может быть не от него…

Подскакиваю на месте, как ошпаренная, и упираю руки в бока. Значит, доктор говорил правду и моя сестра вертихвостка?

– Эля! – возмущенно выговариваю. – Я тебя защищала, а, выходит, Адам прав?! Это как вообще?

– Так! Я переспала с другим. Случайно, когда поняла, что Бестужев уехал! – хнычет Эля. – А теперь боюсь, что Эрик будет настаивать на тесте. Можно его как-то подделать?

Решительно отмахиваюсь от сестры.

Боже мой, я вчера наорала на своего спасителя, оскорбила Адама и мудаком называла из-за того, что он просто сказал правду.

– Я с тобой после этого даже разговаривать не стану! – выставляю руку вперед и не смотрю на Элеонору.

– Ты должна быть на моей стороне! Эрик будет любить меня и малыша, мы будем жить нормально… А его отец на мне никогда не женится!

– Что еще за отец? Ты же сказала, что это был случайный секс с кем-то, на один раз? Или нет?

Напираю на Элю, а она хлопает своими огромными глазами, полными слез.

Звонок в дверь отвлекает меня от разборок с обманщицей.

****

– Ты не смеешь меня осуждать! Я бы на тебя посмотрела в моем положении! – рыдает моя беременная сестра в комнате.

Эле безразлично, что она пытается женить на себе чужого мужчину, испортить ему жизнь. Ведь она желает лучшего для своего ребенка, пусть даже Эрик и не его отец.

Пока одеваюсь, звонивший успевает спуститься этажом ниже. Стоя у открытой двери, прислушиваясь и выдыхаю: наша управдом снова собирает деньги на что-то.

Экстренные сборы мне сейчас ни к чему, и так все средства ушли на подготовку беспечной Эли к родам.

Только собираюсь закрыть дверь, как под ногами вижу измятый белый конверт.

Без задней мысли, тянусь за ним и едва не падаю в обморок от ужаса.

Беззвучно закрываю двери и упираюсь лопатками в старую обивку.

– Судебное извещение, – по буквам произношу и прикрываю рот рукой.

– Кто там? – плаксиво произносит Элеонора из комнаты.

– Никто! – отрезаю, а сама бреду на негнущихся ногах в кухню, по пути разрывая конверт.

Самые худшие опасения сбылись в один миг.

Сердце колотится у горла, пальцы словно каменные становятся.

Торопливо вожусь с дурацким конвертом, а внутри нахожу решение суда о разделе имущества.

Без пульса опускаюсь на стул в кухне.

– Ублюдок, ты же мне обещал! Какое решение? Я и повестку не получала! – шепчу, заливая слезами ровные строчки.

В коридоре появляется злая Эля, еле ворочающая ногами на высоких, неудобных каблуках. Она поправляет макияж в большом зеркале в прихожей, не глядя в мою сторону, говорит со мной.

– Знаешь, что, Рина? Если ты такая моралистка, то я не такая! Хочу жить комфортно и счастливо! Все тесты можно подделать, и я найду того, кто мне поможет. А пока мы с малышом идет к нашему Папочке! Считай, что я тебе не говорила ни-че-го!

Разворачивается, заметив, что я в кухне за столом сижу без движения.

– Ты же хочешь мне счастья? Да или нет? – капризничает беременяшка.

– Эля, мне не до твоей личной жизни! Арсений подал иск и отсудил у меня квартиру. Всю, – выдавливаю, когда Эля останавливается в дверном проеме.

– Как? – говорит, выгибая бровь. – А твоя половина?

– Нет у меня никакой половины! Суд признал право на всю жилплощадь за Арсением. Хватит того, что он мне изменял, так теперь еще и без жилья решил оставить! – всхлипываю от горя и обиды.

Настроение сестры снова меняется в худшую сторону. Она обвиняет меня в том, что доверилась бывшему мужу.

– Странно, что ты ничего не знала о суде. Полгода прошло, а ты все в облаках витаешь, думаешь, что он тебя любит! – хмыкает злобно Эля.

– Причем здесь любовь?! У нас был договор о разделе, на бумаге, не просто так!

– В туалет теперь можно с ним сходить! Ладно, я пошла. Пожелай мне удачи, – многозначительно и настойчиво произносит Эля.

– Удачи, – цежу в ответ, провожая беременную врунью взглядом.

Стоит поучиться у Элеоноры менять мужчин как перчатки и не заморачиваться в достижении целей. Я же от мужиков только страдаю…

Едва Эля хлопает входной дверью, как я бросаюсь в комнату к моему мобильному. Судорожными нервными пальцами набираю номер Арсения и жду, считая гудки в динамике.

"Абонент разговаривает…" – сухо констатирует автоинформатор, удерживая меня на второй линии.

– Будь ты проклят, Арсений! Урод, ненавижу тебя!

На минуту на том конце трубки зависает тишина.

– Ну, я же говорил, что ты мне сама позвонишь. Как дела, Дарина? – растягивается в улыбке мой бывший муж.

– Ты просто ничтожество! Урод! Ублюдок! Конченный мудак! – как из автомата, выдаю ему все, что наболело за полгода разлуки.

– Говори, говори, моя девочка… – брутальный, низкий яд проникает в мое сознание, подначивая продолжать истерику. – Ты такая сексуальная в гневе, Рина. Приезжай ко мне в офис, хочу посмотреть на тебя вживую. По телефону кайф не тот.

С этими словами Арсений отключается.

От моей любви к мужу не осталось ничего. Из-за Арсения я бросила медицинский ВУЗ, посвятила себя ему, вышла замуж. А он изменил мне с моей подругой, прямо в наш медовый месяц. И эта измена была одной из череды других предательств.

С мужем я не виделась с тех пор, как нам выдали свидетельство о расторжении брака.

И сейчас от нахлынувших эмоций и злости на бывшего становится не по себе, краска заливает лицо.

– Хочешь лично меня увидеть? Хорошо, – цежу, сжимая в руках решение суда.

Смотрю на циферблат настенных часов: на работу я сегодня, похоже, снова опоздаю….