Глава 4

Наконец джин закончил свой доклад и стоял со светящейся от переполнявших его положительных эмоций физиономией.

Александр же стоял посреди гостиной, будто раскалённый добела металл, готовый треснуть от внутреннего напряжения.

В голове крутилась одна мысль: «Нужно Лизу, и сейчас же». Но его внутренний джентльмен, воспитанный обществом и фильмами, упрямо твердил: «Сначала ужин, потом всё остальное, иначе — животное, а не мужик!»

«Блин, — думал он, — ну какой ресторан, когда в голове одни картинки из рассказа этого синего Казановы! Сидеть три часа, жевать стейк и делать вид, что мне интересно сейчас вспоминать, как мы отрывались в Египте? Да я взорвусь от нетерпения!»

Он перебрал в уме все варианты. К себе домой? Звучало как приглашение посмотреть коллекцию марок. Да и не по-мужски это как-то — словно нечего больше предложить, кроме дивана и телевизора. Её дом? А вдруг там мама с борщом? Или подруга, которая «только на пять минут»? Нет, это лотерея, в которую он не готов был играть. Отель? Так они же только две недели в отеле прожили! Это как на свидание пригласить к себе домой — полный провал и отсутствие фантазии. Машина? Вспомнил студенческие годы и свою «девятку», где даже поцелуй получался, только если одновременно открыть оба окна. Нет, уж лучше пусть подумает, что он скучный, чем что он бедный и похотливая зануда.

И тут его осенило. Баня! Снять загородный дом! Это же гениально! Во-первых, это вам не какой-то там ресторан — сразу ясно, что планы серьёзные и взрослые. Во-вторых, баня — это же почти спорт, а не свидание, можно сразу перейти к главному без лишних церемоний. В-третьих, самовар — вот тебе и «ужин», выполняем формальности! И главное — романтика! Снег, шашлык, парилка... После Египта — то, что надо!

«Да я просто гений, — с торжеством подумал Александр. — Две птицы одним выстрелом: и романтично, и без этих дурацких условностей. Лиза точно оценит — она же любит приключения!»

Один только Дил мог испортить весь план. Но с этим было проще простого — отправить джинна в лампу со строгим приказом не высовываться. Как говорится, мужчина должен уметь создавать интимную обстановку. Хотя бы и выселяя для этого мистическое существо из собственной квартиры.

— Дил! Объявляю благодарность за решение полового вопроса трудящихся масс! — рявкнул он, оборачиваясь к джинну. — Уезжаю. Ты — обратно в лампу. И чтобы ни шороха, ни вспышки, ни намёка на твоё присутствие, пока сам не позову. Это приказ!

Джинн посмотрел удивлённо, явно не ожидая такой реакции на свой рассказ о бурной ночи. Поклонился, вспыхнул тёмным облаком и всосался в свой кувшин, сказав на прощание: «Слушаюсь, Мастер».

С минуту покопавшись на одном из сайтов, он нашёл подходящий вариант — уютный сруб в сорока минутах езды, с баней, самоваром и обещанием полного уединения. Без лишних раздумий он забронировал его скинув предоплату, мысленно поставив на кон всё. Риск был, но игра стоила свеч.

Набрав номер, он произнёс твёрдо и страстно:

— Лиза, солнце моё египетское, слушай и не перебивай. Я принял стратегическое решение. Я решил послать тебя в баню.

Он выдержал паузу, наслаждаясь её ошеломлённым молчанием.

— Ха-ха-ха, шутка. Я решил послать тебя в баню… и себя вместе с тобой. Всё, Лизон, собирайся. Я уже снял для нас домик в лесу. Сугробы по колено, воздух, от которого кружится голова, банька с вениками и самовар. Хватит с нас этого солнца, пора напитаться русской сказкой. Я по тебе изошёлся! Если не увижу тебя сегодня, взорвусь. Выезжаю сейчас, буду через сорок минут. Жду внизу.

— Саш… Ты с ума сошёл! У меня всё расписано! Бровист, маникюр, я к мастеру записана!

— Лиз, милая, — голос его смягчился, появились умоляющие нотки. — Твои брови и так идеальны. Всех мастеров можно перенести, скажи что заболела, акклиматизация, все дела. А этот вечер — нет. Это наш вечер. Я не прошу, я умоляю!!!

Он услышал её тяжёлый вздох — тот самый, что предвещает капитуляцию.

— Ладно… чёрт с тобой. Сумасшедший. Сорок минут. Я буду… почти готова.

— Умница, люблю, целую! — прошептал он победно.

Положив трубку, Александр замер на мгновение, переводя дух. План был готов, но теперь его охватила лихорадочная энергия подготовки. Взгляд упал на бронзовый кувшин, мирно стоящий на полке. «Вроде всё нормально, — промелькнуло в голове, — но мало ли что... Надо будет на досуге почитать про джиннов, пока же ограничимся традиционным методом при контактах со всякой нечистью». Он рванул на кухню, где над обеденным столом висела иконка, подаренная когда-то бабушкой. «Уж она-то с любым бесом справится», — с суеверной решимостью поставил он образок прямо перед лампой, удовлетворённо кивнув. Теперь можно было собираться.

Мысли скакали, как угорелые. Времени в обрез, нужен чёткий план. Душ. Побриться. Парадные трусы и плавки. Носки. Без дырок! Что брать? Баня... Значит, нужны простыни, полотенца, шапка! Он выхватил с полки в шкафу пару банных комплектов, подаренных друзьями в разное время и дожидавшихся своего часа. Веник... Веника нет! «Чёрт, на базе наверняка продают, но по тройной цене. Ладно, плевать». Продукты! Внутренний стратег принялся лихорадочно составлять список. Шашлык? На базе должны быть угли и мангал. Но мясо лучше купить самому, чтоб уж наверняка. Сыр, колбаса, фрукты и так далее... И главное — хлеб. Без хлеба никуда. Почему? Не важно, в крайнем случае птичек покормим.

Цветы! Без цветов — как без штанов. Он попытался напрячь память: что она говорила о цветах в Египте? Ничего. Совсем ничего. Там были только море, солнце и песок, а до флористики как-то не дошло. «Пофиг, в магазине разберусь», — решил он, мысленно намечая маршрут до ближайшего цветочного ларька.

И вдруг, словно холодной водой окатило, его пронзила мысль о Жанне. Жива ли соседка после ночи с дивом, в чьих жилах текло «расплавленное золото древних царств»? Зайти или лучше позвонить? Рука сама потянулась к телефону... но он остановил себя. «Не, не надо. Если бы что-то случилось, уже давно были бы трубы, сирены и стук в дверь. А раз тишина — значит, всё в порядке. Надо верить в лучшее». Сомнения он отбросил — некогда было терзаться. Оставалось только действовать.

Впереди были баня, падающий снег и та, ради которой все эти безумства и затевались.

Три часа спустя за городом, на базе отдыха, в просторной комнате из могучих брёвен, на огромной кровати со смятыми простынями лежали два утомлённых тела. Александр, закинув руки за голову, счастливо и умиротворённо разглядывал потолок. На его груди покоилась голова Лизы; она, уносясь мыслями куда-то далеко, водила ноготком по его животу, выводя невидимые узоры.

— Знаешь, — нарушила тишину Елизавета, — если бы я с тобой вчера не вернулась из Египта, подумала бы, что ты только что с зоны откинулся.

Александр аж поперхнулся от такой откровенности. Приподнявшись на локте, он постарался заглянуть ей в лицо.

— Неожиданный диагноз, — настороженно произнёс он. — Это с чего вдруг такие мысли? В жизни ни к чему криминальному отношения не имел. Ну, почти.

— Да не, я не об этом, — рассмеялась Лиза. — Просто ты на меня так накинулся, словно у тебя женщины несколько лет не было. Я всё понимаю: и то, что я красавица, и то, что фигура у меня — само совершенство. Как ты там говорил? «Кожа твоя нежнее лепестков тысячи распустившихся лотосов, а голос — музыкальнее перезвона хрустальных колокольчиков в дворце Падишаха»? Но такого порыва страсти честно не ожидала. Приятно, что ты так сильно из-за меня голову потерял, мой Алладин.

Последнее слово заставило Александра внутренне напрячься. «Неужели знает про джинна?» — молнией пронеслось в голове, но он тут же отогнал подозрение, с облегчением вспомнив, что сам осыпал её этими вычурными комплиментами, которые накрепко засели в памяти после рассказов Дила.

— Ладно, хватит валяться, — сказал он, спуская ноги с кровати. — Пошли сумки распаковывать. Мы ведь сюда вроде как приехали в бане париться и шашлыки делать.

Он протянул руку, чтобы помочь Лизе подняться. За окном лежал яркий белый снег не испорченный автомобильными выхлопами, в далеке темнел лес. День обещал долгий уютный вечер — тот самый, где банный жар сменяется прохладой ночи, а запах дыма смешивается с теплом кожи. Всё только начиналось.