Книга или автор
Современная идиллия

Современная идиллия

Бесплатно
Современная идиллия
4,0
7 читателей оценили
474 печ. страниц
2010 год
12+
Оцените книгу

О книге

«…Залегли мы спать часов с одиннадцати, точно завтра утром к ранней обедне собрались. Обыкновенно мы в это время только что словесную канитель затягивали и часов до двух ночи переходили от одного современного вопроса к другому, с одной стороны ничего не предрешая, а с другой стороны не отказывая себе и в достодолжном, в пределах разумной умеренности, рассмотрении…»

Читайте онлайн полную версию книги «Современная идиллия» автора Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Современная идиллия» где угодно даже без интернета.

Подробная информация

Дата написания: 1877

Год издания: 2010

Объем: 853.8 тыс. знаков

  1. Shishkodryomov
    Shishkodryomov
    Оценил книгу

    Казалось бы, в первую очередь следовало благодарить маму Салтыкова-Щедрина, которая умудрилась воспроизвести на свет столь неординарную личность, единственную в своем роде. Михаил Евграфович не имеет аналогов даже среди зубров русской литературы, но, с другой стороны, а кто имеет? Подобная форма мышления нашла воплощение веком ранее в "Горе от ума", в части чеховских рассказов, но, используя те же самые инструменты, и Грибоедов, и Чехов в итоге пришли к гораздо более откровенной морализации. Не пришел к ней Достоевский, намного глубже исследовавший человеческие взаимоотношения, чья сила проникновения вполне сравнима с салтыковской, но в итоге сопоставлять темы русского духа в "Современной идиллии" с теми же "Братьями Карамазовыми" довольно смешно. Менталитет нации получил настолько разное выражение у Достоевского и Салтыкова-Щедрина, что оно и понятно - почему они непригодны для сравнения. А ведь по силе объективного изображения Михаил Евграфович на голову выше в этом самом вопросе даже самого Достоевского. И пусть Федор Михайлович долго и интересно пытался определить русский дух, путем сложных методов и терзаний - в итоге он у него не получился оптимальным. Именно способ(только способ) рисовки этого самого менталитета максимально совпал с главной его характеристикой - русский человек по традиции (а что самое главное - по православным канонам) не имеет права не страдать. Что касается Салтыкова-Щедрина, то этот человек на общероссийский рынок страдальцев не прошел по слишком многим параметрам, а основное - сам этого никогда не желал. В отличии от Достоевского. Ни складом характера, ни элементами биографии. Где-то в этом скрывается ответ на вопрос - почему "Современная идиллия", а также другие труды Салтыкова-Щедрина настолько меньше являются воплощением русского духа, чем аналогичное у Достоевского, а тем более - Льва Толстого.

    Излюбленная форма автора, сказочно-сатирическая, нашла воплощение в любых трудах Михаила Евграфовича и хотя "Современная идиллия" не выглядит юмористической, но на деле таковой является. Как вообще на Руси относились к насмешникам? Судя по тому, что откровенные тролли того времени или не выживали из-за цензуры, или не выдерживали литературной конкуренции - их в чистом виде мы в большем объеме видим уже гораздо ближе к веку двадцатому. Бесшабашный стеб временами вылезал на свет божий и у Пушкина, и у Лермонтова, но не являлся главенствующим, был прикрыт темой гражданственности и что самое главное - любимцам все прощалось. Парадоксально, но государственная служба смогла должным образом сказаться на Салтыкове-Щедрине как литераторе, придав ему какую-то направленность, навязав основной сюжет. Налицо (крайняя редкость) польза русского чиновника. Если привести грубый пример, то такое положение автора сравнимо с тем, как если бы он потерял ногу, то получил возможность стать одним из победителей специальной олимпиады для инвалидов. Михаил Евграфович - новый русский в хорошем понимании этого слова. Без малинового пиджака и пачки кредиток.

    Вообще, манера и способ восприятия у автора больше напоминает какой-то вольтеровский подход (столь нелюбимый Достоевским и столь почитаемый Пушкиным). Европейская эпоха просвещения, время не в меру образованных и глумливых людей, получивших должную степень свободы для упражнений ума и занятий физиологическим непотребством. В России данный период неизменно связан с предреволюционным временем, оставившим след в литературе многочисленными трудами декаданса. Впрочем, подобные вехи истории неизменно заканчивались революцией. Вернее даже не так, а именно вооруженный коллапс делал возможным сохранить в истории те или иные имена. Не будь французской революции, мы бы, например, не наблюдали в настоящее время наличия многочисленных кафе под названием "Жан-Жак Руссо", ибо вряд ли бы об этом самом Руссо кто-нибудь сейчас помнил. То есть, веселые насмешники есть и были во все времена (в реале же это часто мрачноватые, если не трагические люди), но раскручивает их исключительное какое-то глобальное апокалиптическое событие. Тем ценнее кажется и гораздо более бережное отношение предполагает наличие подобных Салтыкову-Щедрину людей, которым довелось родиться намного раньше Федора Сологуба или Михаила Арцыбашева.

    "Современная идиллия" прекрасна в своей завораживающей форме, очень проста в чтении, единственный недостаток (или достоинство - это как посмотреть), которым, впрочем, страдают многие поздние произведения авторов - ее близость читателю определяется наличием солидного житейского опыта. Никто в такой ясной, четкой и интересной манере о русском быте, определяющем повседневность страны, никогда не писал. Кому-то мешал излишний трагизм, кому-то тяжкие нравоучения, а кому-то просто из-за границы в своей всепоглощающей лени проблемы России были далеки. С тех пор ничего не изменилось - создают либо низкопошибную чернуху, либо вычурную хрень, подразумевающую, что автор сидит где-то в Европе и мнит себя совестью народа, основная масса же идет легкой дорогой фэнтезийной детективщины, которая, как это ни грустно, отображает истинные насущные проблемы нации. Но может быть, назло истории и традициям, появится новый Салтыков-Щедрин, родится где-то в запыленном российском селе. О, гладите, уже набежали. В новинках висят. Бороды-то, бороды где? Есть? При чем здесь бороды. Мозги не соответствуют.

  2. blackeyed
    blackeyed
    Оценил книгу

    "Современная идиллия" Щедрина - это такой петрониевский "Сатирикон" с путешествиями, приключениями и беззаконием, только вместо порнухи тут политика (что временами тождественно). Надо сказать, что в политической и социальной обстановке России 1870-х годов я, как и 95% присутствующих, не бум-бум, поэтому очень кстати оказались многочисленные примечания и комментарии к этому произведению в моём издании: с ними простое чтение на манер гоголевского Петрушки стало хоть как-то вникающим в идею. Как подсказано в примечании самим автором, эта идея книги в следующем: "только уголовная неблагонадежность может прикрыть и защитить человека от неблагонадёжности политической". Другими словами, опасаясь за свою шкуру, герои решают пуститься в воровство, аферы, подлоги и пр., чтобы "отвести от себя след", "перевести стрелки". Сложная проблема истоков русского наплевательства к закону поднята здесь.

    Щедрин самый радеющий за Россию классик. Он изнутри, из чиновничьего кресла в Тверской и Рязанской губерниях, знал что да как, да почему у нас не так, и всячески старался своим творчеством, эзоповым языком, показать и намекнуть на язвы. Диагноз он всегда ставил с точностью.
    Кстати, все города и веси, по которым "скачут" герои книги - настоящие, они находятся в родной писателю Тверской области (тогда губернии). Если наткнутся читатели из Твери - путь-дорога к Щедрину, друзья, почитаете о родных местах!

    Да, только в 3-м абзаце прозвучит слово "сатира", ибо Салтыков это в первую очередь боление сердцем за родину и человека, и только потом - литературные изыски, форма подачи содержания. Изысков здесь очень много: отточенный слог, "великолепный, чисто народный, меткий" (Л.Н.Толстой); неподражаемые образцы сатирических приёмов и даже жанров. Например, истории в истории: "Сказка о ретивом начальнике", "Оленька" и как вишенка на торте - "Злополучный пискарь". Этот рассказ о "происшествии в суде" один стоит не меньше всех щедринских сказок с животными.
    А чего стоит "документация", вкраплённая автором в текст (что было, помнится, и в "Истории одного города"): "Устав о благопристойном обывателей в своей жизни поведении", где, например, в числе прочего регламентируется о чём следует разговаривать у себя дома или как правильно ходить по улицам! Или "жизнеописание" (смета) купца Парамонова, с отметками сколько и когда денег тот потратил от рождения. На подходе устав "О вхождении в квартиры", и т.д.

    Обобщённо: читать Щедрина - одно удовольствие! Даже если ты не разбираешься в современной на тот момент повестке дня. А если разбираешься - два удовольствия! У меня вышло полтора, благодаря пометкам в тексте. Поэтому важный совет: читайте Щедрина с примечаниями!
    А ещё читайте другие мои рецензии по Михаилу Евграфовичу:
    "Сказки"
    "История одного города"
    "Помпадуры и помпадурши"
    "Господа Головлёвы"
    "Пошехонская старина"

    Как видите, я поклонник М.Е. И какое счастье, что у меня ещё есть 6 его томов!!!

  3. M_Aglaya
    M_Aglaya
    Оценил книгу

    Скажу ересь - я как-то отечественную классику не очень люблю... ))) по причине отсутствия позитива и радости жизни и наведения тоски и безнадеги... ))) Но тут мне по случаю попало в руки собрание сочинений Салтыкова-Щедрина (которого я, конечно, знаю со школы, но, в основном, по сказкам). И я тут же решила со вкусом это все изучить... Ну, что тут можно сказать... )) Пусть с радостью жизни у нашей классики не все ладно, зато с сатирой все в порядке. ))

    Сюжет: трудно сказать, как бы он такой... расплывчатый... Два молодых человека, закадычные приятели, получив странное предостережение, что надо "погодить", решают годить вместе. Совместными усилиями они приходят к мысли, что тут подразумевается необходимость не высовываться, не умничать, слиться с фоном или влиться в ряды, в таком роде. Пытаясь как-то достичь этой цели они сталкиваются со множеством всевозможных субъектов, персон и чинов, странных, диких и невероятных, попадают во всевозможные ситуации (некоторые и сами старательно создают), странные, дикие и невероятные... И финала, как такового, нет, все обрывается на полуслове.

    Да, собственно, сюжет здесь и не так важен. Главное - как это все изложено. )) Автор скорее пользуется этой канвой, чтобы изложить мысли и мнения по разным вопросам, при этом обычно предпочитает довести все до абсурда, до пределов уже фантастических. Какой язык - богатый, сочный, так что чтение доставляет почти физическое удовольствие. )))) Какие сюрные завороты... ))

    Все-таки не скажу, что у меня получилось составить какую-то цельную картинку - все растекается, расплывается... Даже по форме, или как это называется у литературоведов. То это напоминает такой себе плутовской роман - какие-то безумные поступки и события, встречи с разными людьми, которые начинают рассказывать свои истории (или просто какие-то истории). То герои выехали из столицы на просторы страны, осматривают какие-то городки и села - и это уже отчетливо начинает напоминать что-то вроде "Путешествия из Петербурга в Москву"... То герои попадают в сети правосудия - и это уже чистый сюр, безумный и бессмысленный судебный процесс... наверно, подобное же писал Кафка, я до него еще не добралась, но прилагаю усилия! )) В общем, явно в духе Кафки. (Ясное дело, что Салтыков-Щедрин был раньше, но это же как бы устоявшееся понятие... ))) )

    Можно выработать версию. В произведении явно изображается, так сказать, послереформенное общество... и автор, значит, его рассматривает и предъявляет - что оно, собственно, из себя представляет, каково текущее состояние дел. Рассматривает через микроскоп сюра и сатиры, высокопарно выражаясь, можно сказать, да. )) И это самое текущее состояние выглядит далеко не радужно. Может, в таком разрезе и растекающийся текст, со всеми этими переходами из одного в другое, сделан таким специально, чтобы показать, что само общество - бесформенное, не сформировавшееся? Предоставленное формироваться по собственным представлениям и соображениям, кому что в голову придет? в отсутствие какой-либо ясной цели, задачи... идеи...
    И смешно, и жутко.

    Ну, можно также представить себе, что у нас сейчас, в нашем времени, тоже на дворе послереформенное общество... Интересно получается, насколько текст полуторавековой давности звучит актуально. ((

    " - Да, мой друг, удивительно, как это нынче... Говорят, даже буфет в суде есть?
    - Есть и буфет.
    - А ты не знаешь, чем этот буфет славится?
    - Водки рюмку выпить можно - какой еще славы нужно! Котлетки подают, бифштекс - в звании ответчика очень даже прилично!
    - Удивительно! просто удивительно! И правосудие получить, и водки напиться - все можно!
    - Только болтать лишнее нельзя!"
    ***
    "Газета ассенизационно-любострастная, выходящая в дни публичных драк. Литературно-лакейское обозрение всего происходящего. Сроками выхода мы себя не стесняем, но так как в драках недостатка не бывает, то читатели могут быть уверены, что газета наша будет появляться чаще, нежели нужно."
    ***
    " - А можно полюбопытствовать, в чем состоит предмет занятий комиссии?
    - Благопристойность вводить хотят. Это, конечно... много нынче этого невежества завелось, в особенности на улицах... Одни направо, другие - налево, одни - идут, другие - неведом зачем на месте стоят... Не сообразишь. Ну, и хотят это урегулировать.
    - Чтобы, значит, ежели налево идти - так все бы налево шли, а ежели останавливаться, так всем чтоб разом? - выразил Глумов догадку.
    - То, да не то. В сущности-то, оно, конечно, так, да как ты прямо это выскажешь? нельзя, мой друг, прямо сказать - перед иностранцами нехорошо будет - обстановочку надо придумать. Кругленько эту мысль выразить. Чтобы и ослушник знал, что его по голове не погладят, да и принуждения чтобы заметно не было. Чтобы, значит, без приказов, а так, будто всякий сам от себя благопристойность соблюдает."
    ***
    "- По моему мнению, вход в квартиру есть такое действие, которое, будучи вызвано всегда присущею о нравственном положении обывателей благопопечительностью, требует необходимых для достижения его осмотров и исследований... Теперь необходимо только таким образом этот вход обставить, чтобы никто ничего ненатурального в нем не мог найти. И знаете ли, об чем я мечтаю? нельзя ли нам, друзья, так наше дело устроить, чтобы обывателю даже приятно было? Чтобы он, так сказать, всем сердцем? чтобы для него это посещение...
    - Все равно что гость пришел...
    - Вот-вот-вот! Да и гость-то чтоб дорогой, желанный. Жених.
    - Но ежели действие происходит ночью?
    - Так что ж что ночью! Проснется, докажет свою благопристойность - и опять уснет! Да еще как уснет-то! слаще прежнего в тысячу раз!
    - Именно, сударь, так! - подтвердил и Очищенный, - меня, когда я под следствием по делу об убийстве Зона прикосновенным был, не раз этак буживали. Встанешь, бывало, сейчас это водки, закуски на стол поставишь, покажешь свою совесть - и опять заснул! Однажды даже меня в острог после этого повели - я и там крепко-прекрепко заснул!
    - Так ты и в остроге был?
    - Вы меня только спросите, сударь, где я не бывал!
    - Вот видишь, как оно легко, коли внутренняя-то благопристойность у человека в исправности! А ежели в тебе этого нет - значит, ты сам виноват."
    ***
    "- А вы при какой крамоле состоите? при потрясательно-злонамеренной или при потрясательно-благонамеренной?
    - Угадайте!
    - Зачем угадывать? не имею надобности.
    - Ежели я вам назову... ну, хоть "кружок любителей статистики"... ха-ха!"
    ***
    " - Голубчик! да что же вы так уж обескураживаетесь... подбодрились бы, что ли!
    - Немало бодриться пытали. И сами бодрились, и начальство бодрило. Был здесь помещик один - уж на что прокурат! - сахар вздумал делать... Свеклы насеял, заводы выстроил. Ан вместо свеклы-то у него выросла морковь.
    - Что вы!!
    - Верно докладываю. Такая, стало быть, здесь земля. Чего ждешь - она не родит, а чего не чаешь - обору нет!"
    ***
    "В прошлом годе Вздошников купец объявил: коли кто сицилиста ему предоставит - двадцать пять рублей тому человеку награды! Ну, и наловили. В ту пору у нас всякий друг дружку ловил. Только он что же, мерзавец, изделал! Видит, что дело к расплате, - сейчас и на попятный: это, говорит, сицилисты ненастоящие! Так никто и не попользовался; только народу человек, никак с тридцать, попортили."
    ***
    "- Позвольте вас, господин, спросить. Теперича вот эта самая рыба, которая сейчас в Волге плавает: ожидает она или не ожидает, что со временем к нам в уху попадет?
    - Без сомнения, не ожидает, потому что рыба, которая раз в ухе побывала, в реку уж возвратиться не может. Следовательно, некому и сообщить прочим рыбам, к каким последствиям их ведет знакомство с человеком.
    - А мы вот и знаем, что такое уха, и опять в уху лезем. Как это понимать?
    - Приспособляться надо. А еще лучше, ежели будете жить так, как бы совсем не было ухи. Старайтесь об ней забыть.
    - Нельзя ее забыть. Еще дедушки наши об этой ухе твердили. Рыба-то, вишь, как в воде играет - а отчего? - от того самого, что она ухи для себя не предвидит! А мы... До игры ли мне теперича, коли у меня целый караван на мели стоит? И как это господь бог к твари - милосерд, а к человеку - немилостив? Твари этакую легкость дал, а человеку в оном отказал? Неужто тварь больше заслужила?"
    ***
    "- Много бывает у вас в суде делов, старинушка?
    - Никаких у нас делов нет, - ответил старик сердито, - кто ни идет, ни едет - все мимо. Прежде, когда помещики были - точно что приезжали тягаться; а нынче - шабаш.
    - Что за причина такая?
    - Прикончили, значит. Имущество продали, а сами на теплые воды уехали.. А кои остались - те и без суда друг у дружки рвут.
    - Да, строгие нынче времена!
    - Дураков нынче много уродилось, - философствовал швейцар, - вот умные-то и рвут у них. Потому ежели дурак в суд пойдет - какую он там правду сыщет? какая такая дурацкая правда бывает? Еще с него же все штрафы взыщут: нишкни, значит, коли ты дурак!"
  1. как мы, можно сказать, с малолетства промежду скоропостижных трагедиев ходим, то со временем так привыкаем к ним, что хоть и видим трагедию, а в мыслях думаем, что это просто "такая жизнь".
    6 августа 2020
  2. квартиры наши на ключи запирать? Давайте-ка без ключей… мило, благородно! – А на случай воров как? – Гм… на случай воров! Ну, в таком разе мы вот что сделаем: чтобы у всякой квартиры два ключа было, один у жильца, а другой – в квартале! Однако предложение это возбудило спор. Мы возражали оба, но в моих возражениях играло главную роль просто инстинктивное беспокойство, тогда как возражения Очищенного покоились на данных несомненно реального свойства.
    4 сентября 2017
  3. – Было время – ужасти как тосковал! Ну, а теперь бог хранит. Постепенно я во всякое время выпить могу, но чтобы так: три недели не пить, а неделю чертить – этого нет! Живу я смирно, вникать не желаю; что и вижу, так стараюсь не видеть – оттого и скриплю. Помилуйте! при моих обстоятельствах, да ежели бы еще вникать – разве я был бы жив! А я себя так обшлифовал, что хоть на куски меня режь, мне и горюшка мало!
    4 сентября 2017

Автор