Когда нам приводят факты, которые ставят под сомнение то, во что мы сильно верим, мы склонны скорее отвергать эти факты или набрасываться на того, кто их приводит, но не менять образ мысли. Действительно, многие апологеты «Испугаться и исправиться» отреагировали на результаты РКИ Финкенауэра заявлениями о том, что теперь они убеждены в эффективности программы еще больше, чем раньше. Именно эту реакцию предсказывает теория когнитивного диссонанса.
Впрочем, программа продолжала притягивать и тех, кто ничем ей обязан не был, – их влекло к ней, как мотыльков к огню. Факты доказывали, что программа дает результат, обратный заявленному, но нарратив «грубые заключенные удерживают детей от преступлений» слишком заманчив, чтобы можно было его отвергнуть. В 1980-х гг. похожие на «Испугаться и исправиться» программы появились в штатах Джорджия, Южная Каролина и Висконсин. Впоследствии их примеру последовали Нью-Йорк, Виргиния, Аляска, Огайо и Мичиган [192].
Исследования Финкенауэра будто и не было.
В 1990-х аналогичные программы процветали. Полицейское управление Лос-