Отзывы на книги автора «Мэрион Брэдли»

Как один человек может полностью разрушить книгу для других.

Первое. Насчет фразы выше - благодарность Уолтеру Брину в начале книги постаралась не заметить, но осадочек остался. Если вы не хотите испортить эту книгу для себя так же, как это сделала я, не гуглите его имя, не узнавайте, что он сделал. Читать книгу с таким осадочком - все равно что читать Шолохова перед экзаменом по литературе, когда не хочется, не дорос, но надо. Я спрашивала людей, и все мне говорили, что надо разделять книгу и личность автора. И вот мы здесь, пытаемся не верить слухам.

Второе, меня вот смутило - я почему то думала, что писательница - британка, раз о такой теме пишет. В этом нет ничего такого, конечно, тем более, что она побывала "в местах действия", скажем так, но разве славянское фэнтези пишут в основном не те, кто провел детство и юность в атмосфере нужного культурного кода? Хотя роман "Между" русской писательницы Альвдис Н. Рутиэн меня в этом плане ну совсем не смутил...
Ладно, далее.

Третье - я не фанат ретейлингов. Честно говоря, книга эта попала в мое "хочу прочитать" только благодаря потрясающему изданию с мечом на срезе и иллюстрациями, да еще и тема одна из любимых - Авалон. А вот содержание посмотрела не сразу, но даже несмотря на то, что это некий пересказ с изменением/дополнением событий, я бы с удовольствием прочла... если бы не пункт первый.

Четвертое. Да это же семейная сага с фэнтези! Или любовный роман с фэнтези... С фэнтези и инцестом. И педофилией. Да да. И не говорите мне про то, что в те времена так было принято. В этой книге в 18 лет вышла замуж лишь Гвенвифар (или как ее там), остальных автор не пожалела. Да и слушать, как 20-летняя Игрейна рыдает, что старуха, практически невыносимо.

Пример.

"Маленькая девочка, с ног до головы покрытая синей краской, с широким блюдом в руках побежала через вспаханное поле, разбрызгивая темные капли; позади нее поднялся громкий крик:
— Поля благословлены, накорми нас, о Матерь!"

Спустя страницу.

"Покрытая синей краской девочка, что разбрызгивала животворную кровь, досталась мускулистому старому охотнику. Сопротивлялась она недолго, вот она вскрикнула, он навалился на нее всем телом, и ноги ее разошлись, повинуясь неодолимому закону природы."

Еще момент, уже другой.

«Ему вообще не следовало на ней жениться; ведь к тому времени ей уже исполнилось восемнадцать, и лучшие для деторождения годы для нее остались позади.»

Пятое. Сто раз уже себе говорила, сначала читай рецензии перед покупкой! Купилась на красивый меч, прямо как Артур в этой книге.
Должна сказать, что восхищена рецензией

https://www.livelib.ru/review/3290221-tumany-avalona-merion-zimmer-bredli

Все мои мысли и претензии в ней выражены идеально, я прям благодарна за нее. Даже жаль, что нет продолжения)

И шестое. Перед прочтением электронной версии и зашла в настройки и поменяла Ланселета на Ланселота, а Гвенвифар на Гвенвивар (не на Гвиневру). Так было легче. Не знаю, в переводе ли дело, но глаза резало невыносимо. Хотя еще и персонажи с двойными именами мне мозг взрывали, ведь Ланселот, к примеру, еще и Галахад, а Артур - Гвидион. Когда они в диалоге друг с другом общаются, немного тяжело, ведь в голове это все - разные персонажи.

Ну да ладно, прочла книгу я все равно, и могу высказать мнение о ней, вне зависимости от того, что написала выше. Она хорошо, атмосферно написана.
Персонажи в первой части, практически все, меня раздражали своим поведением и поступками, некоторые чем дальше, тем больше. Во второй части уже пришло смирение, и дочитывала я почти без эмоций. Но еще пришел и любовный многоугольник - самый мой нелюбимый ход в любовных романах. Больше всего мне импонирует конечно версия, где Ланселот/Гвиневра - вещь платоническая и куртуазная, либо безответная. Тут же страданий на страницу слишком много, и все-то все замечают, и каждому нужно все прокомментировать...

У книги (первой части) есть прекрасная аудиоверсия, где у каждого персонажа свой актер озвучки, и женские голоса абсолютно прекрасны. Хотя любовная сцена между Утером и Игрейной даже в этой прекрасной версии невыносимо по-женски слащаво написана, как в самом дешевом ромфанте.

Глава 15 меня утомила максимально. Сейчас покажу цитату, которая является первой адекватной мыслью героини, и от которой она отказывается спустя две секунды.

"На долю мгновения некая ничтожная часть сознания Моргейны, потрясенная, одурманенная и телу принадлежащая лишь отчасти, холодно отметила, что она рассудка лишилась, не иначе; она, цивилизованная, образованная женщина, принцесса и жрица, принадлежащая к королевскому роду Авалона, обученная друидами, размалевана как дикарка, пахнет от нее свежей кровью, и она терпит это варварское фиглярство…"

А это - добро пожаловать на передачу беременна в 16, там такое в каждой серии говорилось.

"Но одна старая повитуха как-то раз мне рассказывала — а уж она-то свое дело знала, поверь мне! — дескать, женщине ни в коем случае не следует избавляться от первого ребенка, иначе она того и гляди повредит себе чрево и другого уже не выносит."

А остров Авалон тут - просто ужасен. Никакой в нем магии нет, только куча старых стремных ритуалов, после которых молодые девушки могут с собой покончить, либо рожают детей и плюют на них, сразу сбагривая подальше, хотя, тут так поступают почти все женщины. Возможно, упомянутый феминизм и появится где-то во втором томе, но я его тут не заметила. Ну что в этом легендарного, древнего, магического? Что красивого в том, что брат с сестрой сношаются, покрытые чужой кровью, и сестра потом радуется, что в кровати блох нет?

Как я устала. Первый том добила(в нем 2 книги). Продолжать второй том не буду - все эти известные, но чуть переиначенные на очень странный манер, переполненные подробностями события мне НЕ приятны и НЕ близки, и НЕ нравятся.

Легенда о короле Артуре довольна популярная и кто только не брался за ее переосмысление. Эта версия заявлялась как новый взгляд на старую историю от лица Морганы. В итоге получилось бульварное чтиво не самого лучшего качества.
Женские персонажи выступают не как сильные героини ( типа феминизм, все дела), а истерички, которые сами не знают что хотят.

Игрень: Нет, я не буду слушаться свою сестру, я люблю своего мужа. Ах, я хочу быть с Утером. Нет я люблю своего мужа. Нет , я люблю Утера, ведь в одном из снов мы были вместе.
Гвенфир: Ах, я верная христианка, Артур, откажись от язычества. А я пока повздыхал о твоем друге и попрошу у Морганы, чтобы она мне амулет наколдовала.

С Морганой все немного сложнее т.к. автор решила что будет круто устроить инцест. И тут ее поведение отчасти можно понять, в отличии от той дичи что творит Вивиана.
А уж это безапелляционное заявление, что каждая женщина должна нарожать кучу детей которое тянется через всю книгу...
И вот пока каждая из дамочек сходит с ума по своему и ищет с кем бы переспать, Артур оказывается задвинут где-то на задворках истории, ни тебе воинских битв с саксами, ни помпезного обретения легендарного экскалибура, даже коронацию особо не расписыли. Не, понятно, что раз это женская версия легенды, то все мужские персонажи будут на фоне в качестве фанерки. Но блин, где же величие Артура, почему он такой легендарный король? Что это за мямля тут, который легко прогибается под свою жену?

После трилогии Корнуэлла про Артура, эта история воспринимается как низкопробная подделка.

За что мне понравилась эта книга, так за то, что там с особой тщательностью выписан быт и нравы британской общины. Было интересно читать про ритуалы, праздники, какие-то обычаи. Понравилось описание Лесной Обители, не понравились интриги друидов. Отдельно восхитило красотой описание испытания Эйлан.
Неоднозначность для меня в чем...Во--первых , не пойму жанр: для исторического романа много магии, для фэнтези много истории, а любовная линия слаба и что-то с чем-то.
Признаться аннотация меня жестоко обманула.Я ожидала действие примерно года на два, а не на 30 с гавком лет и сильную любовную линию, что-то вроде как у Нины из Шестерки воронов. Да ,я люблю экшн.
Но нет.
Классическое я его слепила из гуано да мыла. То есть они знакомы недолго, создали в голове себе образ, встречаются редко и через годы. И при этом Гай, простите, Мицеллий каждый раз закатывает глаза на тему " Ах, во мне привлекла наивность, но как она изменилась!Где же светлый образ?" Так и хочется в рифму..
Эйлан, хоть и умна сама по себе, предпочитает косячить и страдать.
Расплачивается за ее косяки, что характерно, Дида. Тоже любитель возложить интересы на алтарь жертвы.
Герои, хотя имеют симпатичные черты, в целом не всегда вызывают симпатию.
Действие местами затянуто по самое не балуйся...
Финальное ощущение от книги: местами вкусный кактус.

Если вы, как и я решили прочитать книгу после того, как посмотрели мини-сериал "Туманы Авалона", то это была ошибка.

Книга ужасно нудная и затянутая. Воды налито столько, что на целое озеро вокруг Авалона хватит.
Если первая часть была еще более или менее интересная, то вторая "Верховная королева" – это просто кошмар. Я не могла дождаться, когда она уже закончится (слушала аудио). На протяжении большей части книги нет никакого развития сюжета. Одни сплошные разговоры и повторы. В сериале хотя бы вырезали все ненужное, что можно было бы убрать из книги. Поэтому и смотреть его интереснее.

Еще и бэкграунд писательницы наглухо отбил у меня желание продолжать чтение ее книг. Так что не повторяйте мою ошибку. Просмотр сериала вместо прочтения сэкономит вам время и нервы.

Люблю я истории, в которых рассказывают о том, как пытаются существовать вместе представители разных культур. Так, чтобы сюда и религия, и обычаи, и менталитет, и чтобы герои еще среди всего этого личной индивидуальности не теряли. Люблю античность, как в произведениях ее современников, так и в гораздо более поздних. И римлян люблю, и кельтов люблю. Люблю, наконец, «Туманы Авалона», тоже авторства Брэдли, за восхитительную атмосферу и интересные характеры, за многое другое, что достойно отдельной статьи. Поэтому, когда захотелось чего-то такого, чтобы душа развернулась, а потом свернулась, и непременно с уклоном в красивую древность, я пошла по пути наименьшего сопротивления – то есть, прошлась по библиографии писательницы, уже успевшей затронуть ту струнку в моей душе, которая отвечает за восхищение литературой, и сочла «Лесную Обитель» идеальным вариантом. Аннотация ясно давала понять – за обложкой кроется любовный роман – но меня, при всей моей нелюбви к такому жанру, это не смутило нисколько, ибо я уже отучилась читать аннотации, зная, насколько общими, ничуть, в отличие от самой книги, не трогающими словами они могут быть написаны. Кажется, я не могла дождаться, когда смогу, наконец, начать ее читать – книга казалась подарком судьбы.
Боги, никогда еще я так не ошибалась!

Дальше...

Религия, гордая и самобытная Старая Вера кельтов, превратилась в насмешку над самой собой. По сюжету это обосновано так, что не придраться – религиозные разногласия могут обернуться вполне реальным военным конфликтом, но автор словно бы сама следует за чужаками-римлянами и лицемерными друидами, из прекрасного творя невесть что. Не избежать мне сравнений с «Туманами» - Авалон сам был действующим лицом, а Старая Вера выписана, словно любимый персонаж. В «Обители» и религия, да и сама Обитель, как место действия, получились не более, чем декорациями для развития сюжета. Кто-то может посчитать, что большего и не требуется, но разве можно было, зная, как замечательно Брэдли может сделать и написать, ждать чего-то менее хорошего, чем уже написанное?
Той атмосферы, которую я искала, в книге нет. Должно быть, я все-таки верю в то, что Брэдли – не лишенная таланта писательница, и это было сделано для усиления мысли о том, что любовь превыше всего, в том числе и религиозных убеждений, но… Нет в этой книге и любви. Не просто нет, но и не было и не могло быть. Давайте называть вещи своими именами – это книга о разрушительной страсти, ослеплении и разочаровании, ослеплении снова – и весь этот болезненный ком вызывает желание жрицу Эйлан – обнять и плакать над тем, как изощренно можно загубить свою жизнь, а римского офицера Гая – гнать поганой метлой.
Полюбить представление о человеке куда проще, чем его самого – Гай Марцеллий Север Селурик прописан в лучших традициях этой мысли. Его избранница чиста и непорочна душой и телом – тот типаж героинь, насчет которых порой хочется обронить, что простота – хуже воровства. Но Гай теряет голову моментально, Эйлан влюблена первый раз в жизни, а до того, как они возлягут вместе – что еще может служить стержнем в любовном романе? – пройдет еще несколько лет, хотя юный римский офицер вполне серьезно раздумывает, а не снасильничать ли девушку вот так сразу, тогда, мол, ее родители браку не воспротивятся…
Судьба сводит этих двоих раз в несколько лет, и каждый раз все сильнее становится ясно, как мало осталось в них того, что привлекало друг в друге изначально. Автор, кажется, хотел написать трагедию о переменах и скоротечности чистого и прекрасного, я между строк читаю – о невозможности эти перемены принять.
Гай горяч и наивен, плевать хотел на все социальные и культурные различия, на то, что отношения, начинающиеся со лжи, обречены на провал. Все это странно, когда вообще, но вполне допустимо для понимания, когда речь идет о такой вот, с жаром в сердце и ветром в голове, молодости. Что непонятно, так это то, что ничего не меняется с течением времени. Двадцать ли, сорок ли лет римскому легионеру – словно бы все едино. Что страшно, так это то, что такое вечное безрассудство выдается за добродетель.
Гай всерьез надеется на то, что Эйлан-женщина, обремененная властью и вынужденная бороться за собственного (от него же, между прочим!) сына и собственный народ, будет столь же невинна и свежа, как Эйлан-девушка, у которой никаких подобных проблем не было и на горизонте.
Гай жалеет свою жену, по-житейски мудрую римлянку Юлию, за то, что ее сердце не ведает подобных разрушительных страстей, и она вполне довольна браком по договору, где отношения между супругами кроме выгоды держатся на – всего лишь! – взаимоуважении.
Гай и себя, в конце концов, жалеет, когда, встретив Эйлан в очередной раз, понимает, что это теперь совершенно иной человек… И переключает внимание на названную младшую сестру своей возлюбленной, которая сейчас так свежа и чиста, как сама она была когда-то. К чести Валерии, британское имя которой я не запомнила, стоит сказать, что она ведет себя достойно – узнав о мотивах римлянина, отказывает ему не только из чувства долга, но и всем сердцем осуждает подобные метания.
Образ Эйлан лишь немногим лучше. Юная и невинная, впервые влюбленная героиня – не первая и не последняя в литературе. Она готова бы, подобно Наташе Ростовой, бежать вслед за своим легионером в одной ночной рубашке, но ее силы воли хватает на то, чтобы, после запрета отца на брак, уйти к жрицам из Обители, и… И все. Быть может, со временем первая влюбленность уступила бы место чему-то иному, ибо у героини были предпосылки для обретения благоразумия и адекватности, но автор распоряжается иначе, и приводит к тому, что сами боги, которым Эйлан служит для того, чтобы найти утешение от несчастной любви, благословляют ее быть влюбленной и страдающей дальше, пророчествуя о великой роли, которую должен сыграть плод ее чувств. Какая уж тут адекватность… Значение сына Эйлан в политическом контексте, к слову, мною не понято от слова совсем – он далеко не первый ребенок, рожденный от брака римлян и британцев, да и не последний, в общем-то…
Но, поскольку Эйлан решением свыше дана возможность страдать во имя любви, она пользуется ею сполна, и вовлекает в этот круг страданий всех, кто находится рядом. Особенно достается тетушке Эйлан, которая, мало того, что одних с ней лет, так еще и похожа как две капли воды – ей приходится и на обрядах вместо нее представать, пока Эйлан в тайне от всех готовится родить сына, и принимать пятно ее беременности на свою репутацию.
К слову, жрица из Эйлан получается куда мудрее, чем влюбленная женщина, но именно это, жреческое и властное, и делает ее, по мнению Гая, совершенно непохожей на себя.
Несмотря на все глупости, которые совершала эта влюбленная пара, можно было бы еще привести роман к приемлемому финалу! Я все ждала, что в конце-концов, на старости лет, Верховная Жрица и легат Британии усядутся рядом, посмотрят на прожитую жизнь с вершины накопленного опыта и мудрости, и договорятся, наконец, до того, что все в жизни – к лучшему, ведь у них действительно была возможность привести к лучшему жизнь своих народов, привести их к лучшему пониманию друг друга, как научились бы понимать друг друга и они сами. Это было бы, опять же, вполне в викканском духе «Туманов», но – нет. Совсем нет. Конец истории выдержан в той же манере отчаянного юношеского безрассудства.
К слову, Брэдли пишет, что посвятила работе над этой книгой всю свою сознательную жизнь. Как-то даже горько от осознания того, что самым прекрасным и достойным воспевания автор считает столь незрелое чувство. Если же под столь длительной работой подразумевается изучение эпохи и матчасти, то стоит признать, что матчасть выписана хорошо - и тем обиднее. Будто бы фильм с прекрасным видеорядом напрочь убит безбожно-картонными диалогами.
Если и советовать кому-то эту книгу, то людям, которых не отпускают призраки прошлого, которые терзаются тем, что могло бы быть, да не случилось никак, и невольно возвращаются к мысли о том, что было бы, если бы. Читайте – отпустит на раз.)