Глава 5

– Обязательно его дожидаться? – спрашивает Мария, поправляя бретельки платья. Зачем, если я их всё равно спущу? – Можем пойти в более подходящее место.

– Роберто – подручный Дона и мой брат, а я устроил в его ресторане разгром. Сама как думаешь, нужно его дожидаться или нет? Время проведём с пользой, не волнуйся, у меня на тебя большие планы.

Мария фыркает и ругается на итальянском. Характер у неё взрывной, но мне плевать на то, что она перечит сейчас. Я просто хочу сбросить напряжение.

– Да не задержит он нас надолго, не переживай. Накричит и выставит с позором.

– Воодушевляет, — кривится она.

– Ладно, хватит болтать. У нас примерно полчаса, не будем тратить время.

Толкаю её к стене и рывком стягиваю верх платья до талии. Взгляд Марии темнеет и плавится, она неровно дышит, а когда я сжимаю её пышную грудь, издаёт томный протяжный стон, который становится для меня спусковым крючком.

Скольжу рукой вверх и осторожно обхватываю её горло. Нельзя допустить, чтобы остались следы, и я практически не давлю, но всё равно чувствую под пальцами её учащённый пульс.

Похоть растекается по венам. К чёрту грёбаную прелюдию. Мария тоже возбуждена, я уже проверил. В этом мы похожи: я не влюблённый в неё мальчик, и ей от меня тоже нужно только одно.

Разворачиваю её и задираю подол платья. Мария упирается руками в стену и выгибается в пояснице, пока я вожусь с пряжкой ремня.

Когда вхожу в неё, в глазах резко темнеет, а затем всё застилает тёмно-красными пятнами. Я отключаюсь от реальности. Быстро двигаю бёдрами, заставляя Марию шипеть, царапать ногтями стену, стонать и требовать ещё.

Да-а-а… Именно это мне сейчас и нужно.

Не люблю я благородных, неопытных и тех, что строят из себя недотрог. Мне нравятся раскрепощённые женщины, которые любят экспериментировать и не стесняются своих желаний. Они не привязываются, умеют получать и дарить удовольствие. И хорошо, если выставляют свои прелести напоказ, чтобы я сразу мог оценить всю картину.

Вот такой я любитель самодостаточных любвеобильных сук.

Мне нравится трахать их, раздевать глазами, иметь жёстко и в любом месте. Быстро. Доступно. Так, как надо мне.

Мария вполне в моём в вкусе. Плевать, что она жена Дона. Я не чту Омерту, не рвусь наверх, не подлизываюсь к Боссам и Донам. Я презираю всё, что связано с мафией, но тем не менее семью я не предам никогда. Не подставлю. Не пойду поперёк.

Всю жизнь я пытался вырваться, но у меня не получилось. И раз уж я варюсь в этом адовом котле, то хотя бы интенсивность кипения буду регулировать сам. Для этого нужно вписываться. Делать вид, что играешь по правилам. Но открою вам секрет: в моём мире нет никаких правил, кроме одного.

Не предавай своих.

В остальном – можно играть грязно, лгать, плести интриги, уводить сделки из-под носа у конкурентов, даже убивать. Не всех, но тех, кто стоит ниже меня, – да. Если замахнусь высоко, меня самого порубят на куски. А жизнь не так уж и плоха, знаете ли. Я нашёл в ней прелести.

Деньги, власть, шлюхи.

Примитивно?

Таким уж я стал. Мечтал совсем о другой жизни, но мечтам не суждено было сбыться. Да и хрен с ними. Мне и так нормально. Сердца у меня всё равно давно нет, как и души. Просрал на старте.

Мария успевает дважды достичь разрядки, прежде чем это делаю я.

– Какой же ты ублюдок, Дерек, – томно мурлычет она. – Но у тебя отличный член.

– Как будто ты многие опробовала. – Я усмехаюсь и отхожу от неё.

– Ты прав, у меня было мало мужчин. Но с тобой мне трахаться нравится. Однако, если ты женишься… – Она поворачивается ко мне. – То есть: когда ты женишься, мы больше не сможем делать это. Муж не должен изменять жене.

– А то, что ты наставляешь Анхелю рога, тебя не смущает?

Мария презрительно фыркает.

– На деле он мне не муж. Наш брак – это формальность, выгодный союз двух семей с перспективой рождения наследника. Анхель не особо старается заделать мне ребёнка, зато со своими шлюхами развлекается каждый день. В нашем доме. В нашей спальне. На моих глазах. Как думаешь, люблю ли я своего мужа? Уважаю ли? Да ни хрена! Ни одна женщина не потерпит такого отношения и измен. Я хочу, чтобы он сдох. Зря ты убил тех наёмников.

– Предпочла бы, чтобы они убили тебя?

– Не убили бы.

– Я действовал по приказу Лоренцо. Твои желания меня не волнуют.

– Знаю. – Мария подходит к столу, берёт пачку салфеток и начинает приводить себя в порядок. – Но иногда они совпадают с твоими. Я приду к тебе вечером, если предложение ещё в силе, нужно им воспользоваться, пока ты не женат.

– Да, в силе. Захвати выпивку.

Она кивает, поправляет платье и причёску.

Едва я успеваю заправить рубашку в брюки, в дверь начинают ломиться. Роберто материт меня на чём свет стоит и грозится убить. Подхожу к двери, но, прежде чем открыть, поворачиваюсь к Марии и произношу:

– Я не собираюсь жениться, плевать я хотел на всё это дерьмо.

– Жизнь – штука непредсказуемая, Дерек. Никогда не знаешь, что ждёт за поворотом. Сегодня тебе это не нужно, но всё может измениться.

– Нет.

– Посмотрим. Зачем загадывать?

– Ты сама завела разговор про брак.

– А ты чего так разозлился? – Мария издаёт смешок. – Выходит, тебе не всё равно. В общем, так: жёнушку свою ты будешь оберегать от всех и не станешь изменять ей. Однажды я захочу посмотреть на вас, не откажи мне в такой чести. Но помни: если ты когда-нибудь изменишь своей жене, я расскажу о нас всем. Такие скандалы не имеют срока давности.

– Не расскажешь. Кишка тонка.

– Проверим? Заруби себе на носу, Дерек: женщины не прощают предательства. В скором будущем я буду смотреть, как ты трахаешь свою жену. И смотреть я буду, зная, что трахаешь ты только её. Это моё желание. Запомни его.

Чертыхаюсь сквозь зубы и щёлкаю замком. Стоит распахнуть дверь, Роберто сходу хватает меня за грудки и рычит в лицо:

– Ты… ты… Сукин ты сын!

– Отпусти.

Он матерится на итальянском, разжимает пальцы, отступает на два шага и бросает в сторону Марии:

– Мария, выйди, пожалуйста.

– Я останусь.

– Выйди! – рявкает Роберто.

– Нет. Наёмников послали за мной, а Дерек вступился. Если бы не он, я была бы мертва. Думаешь, Анхель сказал бы тебе спасибо? Куча вооружённых до зубов людей заявилась средь бела дня в твой ресторан и устроила перестрелку. Это, ты считаешь, нормально? Куда смотрит твоя охрана?

– А где была твоя охрана, Мария? – Роберто прищуривается. – Зная о том, что за вами ведётся охота, ты свободно разгуливаешь одна. Или ты хотела встретиться с Дереком, поэтому отпустила охрану? Какого чёрта вы закрылись здесь? Я о чём-то не знаю? А твой муж, он знает?

– Анхель знает про меня всё, – врёт Мария, не моргнув и глазом. – Охрану я отпустила, потому что хотела пообедать в одиночестве, без их назойливых взглядов. Я же не предполагала, что твой ресторан настолько опасное и незащищённое место! С Дереком мы столкнулись случайно. Сюда ходят все наши, что удивительного в нашей с ним встрече? Он любит местную кухню, а я люблю красивые виды. Но, чёрт меня дери, Роберто! Я возмущена! Если бы не твой брат, из меня бы сделали решето. Больше ноги моей не будет в твоей забегаловке! Тебе придётся объясниться с Анхелем. Халатность и трусость твоей охраны привели к этому инциденту. Где они все были, пока мы с Дереком палили из пушек? Где? А я скажу где! Твои люди наложили в штаны от испуга и слиняли в кусты. А, да! Почему мы закрылись здесь? Ради безопасности. Вдруг ещё десяток наёмников на подходе. Не провожай. Моя охрана меня встретит, их уже ввели в курс дела.

Мария выходит из кабинета с гордо поднятой головой, а я еле смех сдерживаю. Актриса, чтоб её.

– И давно ты с ней спишь? – рычит Роберто, едва дверь за Марией закрывается.

– Не понимаю, о чём ты.

– Не ври мне! Не ври, мать твою!

– Я никогда не вру, Роберто, ты же знаешь.

– О, конечно! – огрызается он, покрываясь багровыми пятнами. – Тот Дерек, которого я когда-то знал, не врал, да. Но ты, – Роберто тычет в меня пальцем, – кто ты вообще такой, твою мать?! Не считаешься ни с кем, играешь грязно, обманываешь, подставляешь. Мне смотреть на тебя противно! Больше ты не придёшь сюда. Только через мой труп.

Он ждёт, что я что-то отвечу, но я лишь усмехаюсь.

– Тебе смешно?! Ты угробил мою репутацию!

– Я не виноват, что они ввалились на твою территорию и открыли огонь.

– Хватит врать! Ты знал, что они придут. Я сам сказал тебе об этом. Память отшибло?

– Ты такого не говорил.

– Так напряги мозги и вспомни. Фраза «Наёмники, которые сейчас охотятся за Анхелем и его близкими, каждый день обедают в моём ресторане» ни о чём тебе не говорит?

– Я просто защищал Марию.

– А заодно разнёс мой ресторан и растоптал мою репутацию.

– Приказ Босса, ничего личного. Лоренцо возместит все убытки.

– Постоянных клиентов он тоже вернёт?

– Он будет покрывать разницу в доходе, пока ситуация не придёт в норму. К тому же Мария жива, Анхель поблагодарит тебя.

– Да ни хрена! Он поблагодарит тебя, а меня втопчет в грязь! Его жену чуть не грохнули в моём ресторане! Какого чёрта она сюда заявилась? Пулю словить?

– А кто виноват, Роберто? Все были в курсе охоты на Анхеля и Марию. Почему этих головорезов пропустили, если Мария была здесь? Да ещё и с оружием. Твоя охрана и правда сплоховала.

– Больше такого не повторится. Уж ты-то сюда точно не войдёшь. Выметайся! С глаз моих!

Продолжаю стоять на месте, и Роберто звереет окончательно:

– На хрен вали! – Он вытаскивает пистолет и наставляет на меня. – Проваливай, пока жив. Может, стоит сказать Анхелю, что ты трахаешь его жену? Тогда он сам тебя грохнет. У него будет причина похлеще моей.

– А у тебя какая причина?

Роберто издаёт дикий рык, чем выдаёт свои намерения. Уворачиваюсь от пули и начинаю хохотать. Он отбрасывает пистолет, кидается на меня. Мы сцепляемся, но потасовка длится недолго. Валю Роберто на пол и придавливаю его горло локтем.

– Достаточно? – спрашиваю, пытаясь сдержать улыбку.

– Слезь с меня, ублюдок, – хрипит он.

– Как скажешь.

Поднимаюсь на ноги, подхожу к столу и наливаю нам выпить.

– Даже не споришь с тем, что ты ублюдок. Когда ты успел стать такой скотиной?

Пожимаю плечами, протягиваю ему стакан.

– У вас с ней серьёзно?

– Нет.

– Тогда зачем? Жить надоело? Неужели эта женщина того стоит?

– Ты волнуешься за меня. Мило.

– Да пошёл ты, Дерек. И врагу не пожелаешь такого троюродного брата.

– Я тоже тебя люблю, Роберто.

– В моём ресторане ты больше не появишься.

– Как скажешь.

– И больше не будешь трахать Марию. Вообще к ней не подойдёшь.

– А вот это уже мне решать.

Роберто чертыхается, но больше не пытается вправить мне мозги. Лишь смотрит тем самым взглядом, в котором перемешаны разочарование, злость, тревога и… жалость.

От этого становится тошно.

Разумеется, Роберто в курсе, как проходило моё обучение.

Но я отлично умею отмахиваться от людей и их заботы.