Цитаты из книг автора «Мэри Бирд»

По этой методике самые ранние захоронения под Форумом датируются примерно 1000 г. до н.э., а хижины на Палатине были построены между 750–700 гг. до н.э., что на удивление близко к легендарному 753 г. до н.э. Но и эти вычисления не очень точны. Современные методы определения возраста позволяют отнести эти сооружения лет на сто раньше. Речь идет о радиоуглеродном анализе, который измеряет оставшее­ся количество радиоактивного изотопа углерода в органическом материале образца.

Один из излюбленных примеров — праздник, отмечавшийся в декабре каждого года и называвшийся «септимонтиум», или семихолмие. Не вполне ясно, что тогда происходило, но один ученый обнаружил, что Септимонтиумом назывался город до того, как стал Римом, а у другого автора встречается список всех холмов (montes), охватываемых празднеством: Палациум, Велия, Фагутал, Субура, Цермал, Оппий, Целий, Циспий (см. карту 2). Тот факт, что перечислено восемь названий, свидетельствует, скорее всего, о том, что с течением времени многое могло перепутаться. Но более важно то, что странность этого списка (Палациум и Цермал составляют один холм, более известный как Палатин) и идея, что имя «Септимонтиум» предшествовало имени Рим, натолкнули на мысль, что это могли быть разрозненные деревни, объединившиеся затем в полноценный город. А отсутствие пары вполне очевидных холмов Квиринал и Виминал дало возможность некоторым ученым пойти дальше. Римские писатели для обозначения этих двух холмов чаще использовали слово colles, чем montes, хотя эти слова близки по смыслу. Может ли это разграничение означать, что на территории Рима проживали две лингвистически разные группы? Если пойти еще дальше и выделить основные племена, участвовавшие в римской истории, тогда можно связать colles с сабинянами, а montes — с римлянами?

Однако многие римские ученые ломали головы над сопоставлением этих двух легенд «основания» и тратили силы на совмещение их в историческом контексте. Был ли Ромул сыном Энея или, может быть, его внуком? И если Ромул основал Рим, то как Эней мог сделать это в первый раз? Основная неприятность была связана с большим временн´ым перерывом между VIII в. до н.э. — принятой у римлян датой возникновения города — и XII в. до н.э., к которому обычно привязывается падение Трои (если считать это историческим событием). К I в. до н.э. удалось привести все это в некоторое соответствие при помощи мудреного генеалогического древа, соединяющего Энея и Ромула, с «правильными» датами: Эней виделся основателем не Рима, а Лавиниума; его сын Асканий — основателем Альбы Лонги, города, откуда впоследствии изгнали Ромула и Рема, после чего они основали Рим. Для замощения пропасти во времени между Асканием и 753 г. до н.э. была выведена на историческую сцену непонятная и даже по римским стандартам нереалистичная династия царей Альбы. Это была версия, которой придерживался Тит Ливий.

Фигура Энея как основателя Рима, безусловно, появилась в литературе и мифе задолго до I в. до н.э. Есть случайные упоминания о нем в этой роли у некоторых греческих авторов V в. до н.э. Известно, что во II в. до н.э. посольство с греческого острова Делос для заключения союза с Римом в своей хвалебной речи не упустило возможность напомнить римлянам, что Эней останавливался на их острове по пути на запад.

По одной греческой легенде, на сцену выходит знаменитый Одиссей, герой одноименной эпопеи Гомера, сын которого от волшебницы Цирцеи по имени Ром стал настоящим отцом-основателем Рима. Предполагалось, что остров Цирцеи находился недалеко от берегов Италии. Это была искусно придуманная, хотя и маловероятная, версия, представляющая Рим как греческую колонию с соответствующей родословной.

Изображение сцены гибели Ромула у Ливия дает нам представление о том, как история основания Рима может отражать актуальные для рассказчика события и представления. Царь пробыл на троне более 30 лет, пишет Ливий, и вдруг налетела буря, его накрыло облаком, и он исчез. Скорбящие римляне вскоре решили, что Ромул был похищен, чтобы примкнуть к богам. Римская политеистическая религия допускала в некоторых случаях переход границы между человеческим и божественным существованием (хотя нам это может показаться нелепым). Ливий, правда, учитывает и другую версию: царь был зарезан сенаторами. Ливий не был автором ни одного из этих вариантов легенды. Ранее Цицерон описал обожествление Ромула, правда, не без скепсиса. А другому чрезмерно амбициозному политику в 60-е гг. до н.э. угрожали «участью Ромула», и это, понятно, не подразумевало превращение в бога. Ливий писал свой труд через несколько десятилетий после убийства Цезаря, который был зарезан сенаторами и получил впоследствии статус бога (с возведением храма в его честь на Форуме). Этот многозначительный текст о Ромуле не мог не содержать параллелей с судьбой Цезаря.

Именно мифичность, а не конкретная историчность позволила сюжету в сжатой форме отразить центральные вопросы культуры Древнего Рима, помогая разглядеть особенности римской истории в широком смысле. Римляне напрямую не унаследовали, что бы они там ни думали, ценности и заботы первостроителя своего государства. Как раз наоборот: пересказывая и переписывая легенду из века в век, они сформировали образ своего основателя как мощный символ собственных предпочтений, идеологических представлений, поводов для споров и опасений. Таким образом, если вернуться к Горацию, не было такого проклятия и предопределенности от рождения, чтобы римляне навечно погрязли в гражданских войнах, а скорее наоборот: они спроецировали свою одержимость бороться за власть в бесконечных кровавых внутренних конфликтах на образ отца-основателя.

Несмотря на общепринятую точку зрения, будто отец-основатель дал свое имя новому городу, нам сейчас известна противоположная позиция: Ромул образовано от имени Рома, латинского названия города Рим. Ромул — это просто архетипичный «мистер Рим».

Каков точный возраст Рима? Лучшие умы изобретательно разработали систему отсчета от дат, которые они твердо знали, в глубь веков, к тем датам, точность которых была под вопросом, и постарались синхронизировать события Древнего Рима с известной греческой хронологией. В частности, они постарались найти соответствие их истории с регулярными четырехгодичными циклами Олимпийских игр.

Как мы видели, римские авторы не были настолько доверчивы, чтобы не замечать сомнительные детали традиционных сюжетов, продолжая при этом их пересказывать (о роли волчицы, например, или о божественном происхождении и т.д.). Но в одном они были едины: Ромул, вне сомнений, существовал и успел принять основополагающие решения, предопределившие дальнейшую судьбу Рима: выбрал правильное место для города и собственноручно учредил многие важнейшие институты. По некоторым данным, сенат был детищем Ромула, также он основал ритуал «триумфа» — победного шествия после самой значительной (или самой кровавой) битвы.