Цитаты из книг автора «Мейсон Карри»

«Я убедился, что, если соблюдать режим, не будет никаких особых кризисов, засухи и застоя в творчестве

«По моему опыту настоящие, серьезные творческие люди подчиняются очень, очень строгому режиму и ничего гламурного в их рабочих привычках не наблюдается

Это, однако, вовсе не означает, что все время в студии посвящено сосредоточенному творческому труду. «Признаться, я отнюдь не так чист и не так близок к дзен, как хотелось бы, — говорит Адамс. — Зачастую после часа работы я поддаюсь искушению проверить электронную почту и тому подобное. Беда в том, что для сосредоточенности нужен запас энергии, и как только эта энергия иссякнет, так и тянет сделать передышку. Но если увязнешь в переписке или общении, то глянешь на часы — и пожалуйста: целый час убит неизвестно на что».

Хотя теле- и радиоболтовня отвлекает, в целом она идет на пользу. «Немножко отвлечься невредно. Снимает тревогу. Все как бы отодвигается чуть-чуть в сторону, не так давит».

Чрезвычайно продуктивная американская писательница, опубликовавшая более 50 романов, 36 сборников рассказов и десятки книг стихов, пьес и эссе, обычно работает с 8.00 или 8.30 до часа дня. Затем она обедает и отдыхает днем, чтобы снова приступить к работе в четыре часа дня и закончить около семи, перед ужином

Когда она перешла на утренние часы, то стала подниматься около пяти, заваривать кофе и «опережать рассвет».

Однако он решил, что главные отношения в его жизни — это отношения с читателями, а «читателям все равно, какой у меня режим дня, лишь бы очередная книга оказалась в чем-то лучше предыдущей. Полагаю, моя обязанность, моя главная задача как автора, заключается именно в этом».

Единственный недостаток строгого режима, который Мураками сам предписал себе, заключается в отсутствии общения. В эссе 2008 г. писатель признавался: «Люди обижаются, когда все время отклоняешь приглашения»

Время от времени Стоппард пытается избавиться от своей «неэффективной неэффективности». В начале 1980-х ему удавалось ежедневно усаживать себя за стол с 10.00 до 17.00, но постепенно он вернулся к своим дурным привычкам. В 1997 г. репортер выяснил, что драматург работает с полудня до полуночи. «Я никогда не работаю по утрам, разве что меня сильно прижмет», — добавил Стоппард.

На вопрос, пишет ли он днем или ночью, Гюнтер ответил даже с некоторым содроганием: «Ночью? Никогда! Ночью писать нельзя, пишется вдохновенно, а когда утром перечитаешь, никуда не годится.