Цитаты из книг автора «Маша Трауб»

естественно испытывать разочарование. Плохо, когда влюбленность перерастает в одержимость. Когда чужая личность вытесняет свою собственную. Моя дочь, она не просто растворяется в человеке, в которого влюблена, – она проживает его жизнь. У нее меняются вкусы, представления, убеждения,

Я с тех пор верю: скажешь плохое про маму – будет горе.

Спорт подразумевает не только боль, но и наготу, уважение к собственному и чужому телу. Уж в раздевалках мы чего только не насмотрелись. Мальчики видели все формы грудей, сосков, а мы знали, что огромные члены – не более чем сказки. Пот, слезы, поносы, рвоты… Мы знали, как устроено не только тело, но и организм. В анатомии разбирались все, и не только в разных видах мышц и связок. При этом мы уважали друг друга и помогали как могли. Ребята «протягивали» девочек после долгого переезда на автобусе, когда «клинило» спину: кто-нибудь из самых высоких брал в захват и как бы встряхивал – позвонки вставали на место. Если судорогой сводило ногу, да так, что встать с кровати не можешь, звали кого-нибудь из наших парней – промять.

В то время я уже выговаривала все буквы, но от волнения забыла, как говорить букву «эр». Поэтому прочитала так: «Очень бабушку люблю, маму мамину мою, у нее морщинок много, а на лбу седая плять, так и хочется потрогать, а потом поцеловать». Потом я замолчала и выговорила по буквам – прядь, но было поздно. Зинаида Ивановна беззвучно колыхалась бюстом, а наша нянечка тихонько всхлипывала. Бабушка моя тогда была в Москве и очень подружилась с Зинаидой Ивановной. Так вот с того дня Зинаида Ивановна ласково называла мою бабушку «седая блядь».

Дышать для себя или дышать за двоих? У многих дыхания не хватит.

Любовь отдает не в сердце, а в печень. Смешно, да? Орган, который отвечает за токсины. Любовь – тоже токсин, получается. Ге

мне вдруг полегчало. Не оттого, что сделала больно свекрови, а оттого, что встала на ноги и наконец смогла оценить «положение в игре» – у меня никого нет. Не от кого ждать помощи. И так было всегда, с самого начала, а всю свою счастливую жизнь я себе придумала.

Никогда не знаешь, что тебя спасет, – любил повторять дядя Коля, – иногда и пирожка хватает. И этот рецепт я тоже выучила на всю жизнь. Никогда не знаешь, что тебя может вытащить и заставить жить.

Мы, наше поколение, было не людьми, а хомячками или сусликами – запасались на всякий случай всем, чем можно. Знаете, это даже смешно.

сколько Стинга ни заказывай, все равно все закончится Веркой Сердючкой.