Глава 13

Диана

Ночь проходит как в бреду. Дважды приходится давать Нике жаропонижающее, дважды переодевать. Лишь утром удается сомкнуть глаза. Вроде бы даже успеваю увидеть фрагмент какого-то сна, но в семь дочка уже полна сил и готова разносить квартиру.

Фантастическая детская способность к восстановлению. Ника словно и не хныкала ночью у меня на руках, не тряслась в лихорадке и не просила полежать с ней рядом.

Вымотанная, кое-как готовлю нам завтрак и как чуда жду няню. От усталости нет сил, чтобы подумать о вчерашнем или вспомнить странный прощальный взгляд Клима на парковке возле ресторана.

Выживаю. Однако в девять становится ясно, что няня не придет.

«Я заболела. Извините, пожалуйста. Совсем плохо», – получаю от нее сообщение.

Наверное, чего-то подобного следовало ожидать. Ника всю неделю общалась только со мной, няней и Германом. Других людей, от которых можно было подхватить вирус, рядом не было. Но от понимания не легче.

По плану сегодня насыщенный трудовой день. Много эспрессо и много переговоров. Однако, вместо того чтобы ехать в офис, я дарю Нике припасенную на особые случаи новую куклу и, получив свою минуту покоя, звоню Алексею.

– Меня сегодня не будет, – сообщаю ему после приветствия. – Ника приболела. У тебя получится провести пару встреч самому?

– Ох… А когда? – без восторга уточняет Фролов.

– Мой новый секретарь сейчас сбросит тебе график. Если совсем никак, дай знать. Я перенесу.

– Да, хорошо…

Обычно по утрам Алексей собран и четко отвечает на любые вопросы. Единственный жаворонок на весь офис. Но сегодня, судя по вялым фразам, с ним явно что-то не так.

– У нас все в порядке?

Ненавижу этот вопрос, на него редко можно услышать положительный ответ. И все же не могу не спросить.

– Эм… – На миг в трубке повисает пауза. – Не уверен.

Я оглядываюсь в сторону детской комнаты. Убедившись, что Ника все еще занята, включаю громкую связь и иду варить кофе.

– Рассказывай!

– На одном из объектов проблемы. Внезапные.

– Точнее!

Уже и не помню, когда приходилось клещами вытягивать информацию из зама. Что-то действительно странное.

– Вчера закончили отделочные работы. Высотка возле станции метро «Чкаловская». Вечером все было нормально, а сегодня на приемке какие-то чудеса.

– Там вроде был стандартный пакет работ! – недоумеваю я.

– Да. И бригада работала опытная. Я на «Грандсервис» переводил только самых надежных, – оправдывается Алексей. – А тут…

– Давай подробнее.

Чувствую зудящее беспокойство, оно невидимой взвесью витает в воздухе. Обволакивает все вокруг.

– В тридцати квартирах из пятидесяти лопнули стекла. Трещины такие, что все под замену. И с проводкой чертовщина. Ее еще на прошлой неделе закончили и проверили, а сегодня на приемке в пяти квартирах случились фейерверки.

– Может, у комиссии что-то с приборами?

Я сама не верю в эту версию. Заказчик не меньше нашего заинтересован, чтобы все было в порядке. Никто в здравом уме не явится на приемку с испорченным оборудованием.

– Честно говоря, сомневаюсь. Мы уже давно работаем вместе.

– Тогда… что это?

– У меня нет версий, – после тяжелого вздоха сдается Алексей. – Одно ясно: попали мы капитально. Нет времени, чтобы все переделывать. Дополнительной бригады тоже нет. Придется нанимать кого-то на стороне и…

– И надеяться, что информация не попадет в сеть, – заканчиваю вместо Фролова.

– Последнее – самое главное, – соглашается он.

– Прораб сейчас на месте? – Я вновь оглядываюсь на детскую.

Ехать на объект с больным ребенком – не самая хорошая идея. Но внутренний голос подсказывает: там что-то нечисто и лучше увидеть все своими глазами.

– Да, вместе с помощником. У них впервые такие косяки. Пытаются понять причины.

– Отлично. Я сейчас к ним съезжу. Постараюсь что-нибудь разузнать.

***

Поездка на объект не приносит никакой ясности. Пока я в машине опрашиваю прораба, Ника терпеливо играет в куклы на заднем сиденье. Потом мы все вместе осматриваем парочку квартир и не находим ни одной причины для случившихся чудес.

– У меня фантазии не хватает, чтобы предположить, как это могло произойти, – сознается прораб.

– С работниками не было конфликтов? Ни у кого не было поводов для мести?

Я поглядываю на часы. Сейчас уже полдень и, если информация просочилась за пределы нашего офиса, должно начаться веселье.

– Нет. Хорошие ребята, все с опытом. Да и зарплаты приличные. Без просрочек и прочей ерунды. – Прораб опускает голову. – Грех жаловаться.

– Тогда…

В отличие от подчиненных, у меня есть одна версия. Она дикая, пугающая, но, кажется, единственно возможная. Чтобы ее проверить, нужно уточнить лишь одну деталь.

– Минуту. – Достаю телефон и набираю Фролова.

Он снимает трубку после первого же гудка:

– Слушаю, Диана Дмитриевна.

– Обнови почту и спроси у секретарей, были ли звонки из офиса Вольского.

– Эм…

Слышно, как в трубке что-то щелкает. Похоже, Алексей включил громкую связь и положил телефон на стол.

– Давай скорее. – Невыносимо ждать. Сама не знаю, что со мной происходит.

– Бинго, твою мать…

В принципе, более подробный ответ и не нужен. В моей жизни уже был один специалист по чудесам. Вчера виделись.

– Они прислали уведомление, что не будут подписывать с нами контракт. Ссылаются на семнадцатый пункт предварительного соглашения… – Фролов стучит по клавишам ноутбука и через несколько секунд продолжает: – Недобросовестность. Наличие претензий к качеству работ со стороны других заказчиков.

– А они есть? – Хочется смеяться.

– Сегодняшний заказчик выставил. Но… это было за пять минут до письма Вольского. – В голосе Алексея изумление.

– Они выкинули нас из проекта. Организовали повод… – Я поворачиваюсь к высотке. – …и помахали ручкой. – С яростью всаживаю каблуки в мягкий зеленый газон.

– И что теперь делать? – Фролов, кажется, так и не понял, что произошло. – У нас оборудование специально под них закуплено. Материалы на складах…

Из динамика доносится звук удара, будто что-то улетело в стену, и тихий мат.

– Кое-что мы все же сделаем. – Злость Алексея только усиливает мою собственную. – Созвонись с их главным офисом и договорись о встрече с Генеральным. С Климом Хаванским.

Приподнимаю левую пятку и вновь дырявлю несчастный газон.

– И что мне ему передать? – без особого энтузиазма спрашивает Фролов.

– Ничего не передавай, я сама к нему поеду. Просто договорись о времени. И не уточняй, кто именно явится.

Глава 14

Не успеваю я приехать домой и разогреть обед для Ники, Алексей присылает время и адрес. От текста сообщения хочется смеяться и плакать.

Хаванский мог выбрать любой день, встретиться с представителем компании завтра или послезавтра. За пару суток я бы остыла и нашла замену няне. Возможно, вообще послала бы его к черту и отказалась от затеи со встречей. Но Клим, сам того не ведая, напоролся на худший вариант. Сорвал адский джекпот!

Он согласился увидеться сегодня. В этот дивный безоблачный день, когда со мной приболевшая Ника, нет няни, а от злости все еще хочется рвать и метать.

Словно почувствовав надвигающуюся бурю, Герман звонит на мобильный прямо перед встречей. Это дико не вовремя: я только подъехала к бизнес-центру Хаванского и еще не успела припарковаться.

– Я разговаривал с няней. Хотел узнать, как они с Вероникой. А она сказала, что заболела, – произносит Герман с досадой.

– Да, она очень «обрадовала» меня утром. Только что поделаешь.

– Как здоровье Вероники? Как ты? Все в порядке?

– Ника хорошо. Будто ничего и не было. О себе такого сказать не могу. – Подъехав к будке охраны, я протягиваю временный гостевой пропуск, который прислали из офиса Вольского.

– Ты в машине? – догадывается Герман.

– Мы обе.

Натужно улыбаюсь охраннику, чтобы поскорее открыл шлагбаум.

– Ты везешь Нику на работу?!

От беспокойства в голосе друга на мгновение становится стыдно. Пожалуй, в конкурсе на самого заботливого родителя Герман переплюнул бы и меня, и тревожных мамаш из песочницы в парке. Уж если кто и был рожден, чтобы стать отцом, так это он.

– У нас с собой игрушки. И Нике нравится кататься с мамой.

– Я через два часа смогу освободиться. Скажи, где вас найти. Перехвачу Веронику.

– Не нужно никого перехватывать. У меня сейчас важная встреча. После нее сразу домой.

– Мне кажется или ты злишься?

Удивительный вопрос для Германа. Обычно он не отличает оттенков интонации, а тут услышал злость, хотя я старательно сдерживаюсь… коплю ее для другого человека.

– Помнишь, куда я вчера ездила?

– Ты о презентации?

– О ней.

– И что?

– Сегодня нас выкинули из этого проекта. Причем не просто выкинули, а сделали это так, что даже предъявить ничего нельзя. Якобы мы сами виноваты. Слишком хреново работаем для сотрудничества с такими звездами.

– Ерунда какая-то! Обе твои компании входят в топ лучших.

– Входили до сегодняшнего утра. Но сейчас кое-кто ответит, как так вышло, что у нас случился форс-мажор.

– Стоп! Ты сказала, у тебя сейчас встреча…

Буквально слышу, как скрипят шестеренки в голове Германа.

– Я еду к Климу, – решаю не мучить его.

– С Никой?! Ты с ума сошла?!

– Няни нет. Ты уже в курсе.

– Да он сразу все поймет! Одного взгляда хватит. Не нужно будет никаких тестов и экспертиз!

Года два я не слышала, чтобы Герман так кричал на кого-то. Последний раз это случилось из-за того, что мне было слишком плохо. Разрыв с Климом дался тяжелее, чем надеялась. Тогда после недели слез Герман криком заставлял прийти в себя и начать жить.

Это была очень нестандартная психотерапия. Жесткая, мужская. Однако благодаря ей я смогла кое-как собраться и протянуть несколько жутких месяцев до появления на пороге Евы с Никой.

– Диана, пожалуйста, одумайся… – Злость в голосе Германа сменяется отчаянием.

– Поздно. – Наблюдаю, как за мной опускается шлагбаум.

– Сейчас не самое лучшее время для знакомства.

– А его, лучшего, и не будет.

– И все равно! Нужно просчитать все риски.

– Риски? Мы уже говорили об этом. Я не собираюсь ничего скрывать.

– Диана…

Из динамика летит еще одна порция «пожалуйста», «одумайся» и «не спеши». Герман обещает бросить работу и прямо сейчас примчаться за Никой. Только я не слушаю.

Поставив машину на свободное место, отключаю телефон и даю себе последнюю минуту. Не думая ни о чем, смотрю в окно. На бизнес-центр.

Он не окружен ни деревьями, ни клумбами. Жуткий монстр из стекла и бетона, по стилю и дизайну до ужаса похожий на прежний дом Клима. В первый раз его жилище испугало меня своим холодом. Главным желанием было бежать подальше. А сейчас…

Я поворачиваюсь к дочке:

– Ну что, солнышко, пойдешь с мамой в одно интересное место?

Несмотря на тяжелую ночь, Ника выглядит куколкой. Светлые волосы вьются крупными кольцами вокруг лица, голубые глаза сияют. На новом розовом комбинезончике ни единого пятнышка, что в нашем случае большая редкость.

– А там не стьяшно? – Дочка косится в окно.

Похоже, папино рабочее логово производит на нее такое же гнетущее впечатление, как и на меня.

– Обещаю, никто тебя не обидит. – Беру в свои руки две маленькие ладошки. – Но, если тебе кто-то или что-то не понравится… разрешаю кричать, как учила в парке тетя Катя!

Вспоминаю их громкое, смешное занятие по самообороне и не могу сдержать улыбку.

***