Лизель воспользовалась вопиющим правом любого человека, у которого когда-нибудь была семья. Для него вполне нормально скулить, ныть и распекать других членов семьи, но никому другому он этого не позволит.
Мы стоим рядом, по колено в реке, и открывшаяся правда безжалостно оттягивает мокрые штаны.
Мимо с шумом течет вода.
– Эд? – тихо говорит Ричи. Мы все еще стоим в воде. – На самом деле я хочу только одного.
– Чего же?
Ответ прост:
– Чтобы мне хотелось хотеть.