своим плащом, я хотел бы уберечь тебя от холода всех зим. Черты твои спокойны, я глажу твою щеку и впервые за все свое существование счастлив и одновременно печален.
Наше единство кончилось, начинается воспоминание, которое продлится для меня вечность. Когда мы соединились, каждый из нас нес в себе столько свершений и столько неисполненных замыслов!
На заре я уйду, медленно удалюсь, дорожа каждой минутой вплоть до последнего мига, когда ты была рядом. Я исчезну за этим деревом, отдамся во власть худшего. Позволяя им прикончить меня, мы возвестим победу твоей стороны, и она простит тебя, какими бы ни были твои прегрешения. Возвращайся, любовь моя, в свой дом, столь подобающий тебе. Как бы мне хотелось касаться стен твоего жилища, вдыхать его соленый запах, наблюдать из твоих окон рассвет над неведомыми мне горизонтами, о которых я знаю одно – что они твои. Тебе удалось невозможное: ты что-то изменила во мне. Теперь я желал бы, чтобы ты закрыла меня собою, чтобы отныне я видел свет мира только сквозь призму твоих глаз…
Там, где нет тебя, я более не существую. Наши две руки, сомкнувшись, стали одной рукой о десяти пальцах; твоя рука, касаясь меня, становилась моею, и, когда твои глаза закрывались, я засыпал.
Не печалься, наши воспоминания никто у нас не похитит. Теперь мне довольно закрыть глаза, чтобы увидеть тебя, достаточно перестать дышать, чтобы ощутить твой аромат, встать лицом к ветру, чтобы уловить твое дыхание. Слушай же: где бы я ни был, я расслышу