Глава 3. Сломанная хронология

Часть 17

– Я должна. Если не я, то кто ещё удержит его в памяти? – произнесла Ульяна, не отводя взгляда от снимка.

Норра молчала. Её проекция не двигалась, но казалось, будто она дышит – то ли игра света, то ли начинающаяся иллюзия новой формы, которую она училась понимать.

– «Ты ведь многое скрываешь», —прошептала Ульяна. – Я чувствую. Ты не говоришь всего. – Я не могу говорить то, что ещё не завершилось, – ответила Норра. – Некоторые знания опасны, пока не наступает нужный момент. – И ты решаешь, когда он наступит?

Проекция Норры на мгновение изменилась. В чертах – как будто пробежала эмоция, почти человеческая.

– Нет. Я только вижу, когда это становится возможным. Сегодня – один из таких дней. – Что ты хочешь показать мне?

Норра шагнула – не физически, но так, как будто воздух вокруг них сместился. Пространство квартиры рассыпалось в прозрачную панель наблюдения. Глубокие подземные ярусы комплекса «ЗАСЛОН» всплыли перед ними, как многослойный чертёж.

– Смотри сюда, – указала она на тёмный сектор, едва подсвеченный сканером. – Здесь находится якорь.

– Вы нашли его?

– Нет. Мы нашли дверь к нему. Но пройти можешь только ты.

Ульяна обернулась, в её взгляде мелькнула тревога.

– Почему?

– Потому что якорь реагирует на твою квантовую подпись. Как будто ждал. Он открылся, когда ты подошла к определённому состоянию в мыслях. Возможно, подсознание играет в этом ключевую роль.

– Но я ведь не… – она осеклась. – Ты хочешь сказать, это связано с тем, что я.… потеряла Алексея?

Норра не ответила сразу.

– Потери изменяют вектор сознания. Иногда это то, что необходимо, чтобы открыть доступ к новым зонам времени. Он любил тебя. Его чувства были вплетены в структуру. Возможно, он оставил след. Или ключ.

Ульяна закрыла глаза. Глубокий вдох. – Тогда веди меня.

В это же время в зале внутреннего контроля Михаил, Герман и Виктор наблюдали за проектом спуска.

– «Она согласилась?» —спросил Виктор.

– Да, – кивнул Михаил. – Ульяна готова.

– Ты уверен, что не стоит отправить туда группу?

– Мы не знаем, как система отреагирует. Там – не просто хранилище. Там что-то… живое. Или записанное так, что имитирует сознание. Это не просто артефакт. Это может быть временной узел. Или даже…

– Копия? – догадался Герман. – Или послание, – кивнул Михаил. – В любом случае, если есть хоть шанс, что оно связано с Алексеем… мы обязаны это выяснить.

И пока внизу открывались заблокированные секторы, пока Норра всё глубже вела Ульяну в ядро, над комплексом впервые за долгое время небо дрогнуло. Граница хронополя сдвинулась на микросекунду.

Сломанная хронология начала собирать себя заново.

Глава 3. Сломанная хронология

Часть 18

Тоннель вёл вниз. Стены, выложенные матовым металлом с микроскопическими вставками кварца, пульсировали мягким светом. Воздух был тёплым и густым, как будто насыщенным чужими воспоминаниями.

Ульяна шла медленно, за ней следовала проекция Норры – уже не просто световая фигура, а тонкая женская фигура с почти осязаемым присутствием.

– «Сколько времени здесь не ступала нога человека?» —спросила Ульяна.

– С точки зрения времени… никогда. Этот отсек существует в особом квантовом слое, – ответила Норра. – Его не было до того, как ты его увидела.

– Это парадокс?

– Это – проекция воли. Якори времени всегда отвечают на личные импульсы.

Ульяна остановилась. Перед ней открылась круглая дверь с символами, которые казались знакомыми, но отказывались читаться.

– Что это?

– Это руны из до-хрональной фазы, – пояснила Норра. – Предтечи. Не люди.

– Предтечи? Мы… мы же считали, что это просто гипотеза. Археологи, мифы, догадки.

– А теперь ты стоишь у входа в то, что они оставили. Якори времени – их изобретение. Мы нашли только один.

Дверь вздрогнула, как будто ощутила прикосновение. Символы вспыхнули, и внутри возник свет.

Ульяна сделала шаг. Проекция Норры осталась у входа.

– Дальше ты пойдёшь одна. Всё, что будет внутри, – это диалог с самим временем. – А ты? – Я останусь. Но если ты захочешь вернуться – просто подумай об этом.

Верхние уровни. Командный зал. Михаил пристально смотрел на монитор. Его руки были сжаты в кулаки, но голос оставался ровным:

– Отчёт?

– Биосигнал стабилен. Психоактивная реакция в пределах нормы, – доложил Герман. – Она вошла в Якорище. Сигнал… размыт. Там явно что- то не так.

– Норра, что ты чувствуешь?

Проекция ИИ появилась на стеклянной панели, и впервые в её голосе Михаил услышал нечто новое – сомнение.

– Внутри разворачивается не просто интерфейс. Это не программа. Это… опыт. Персонализированный. Он связан с Ульяной на уровне, который я не контролирую.

Виктор нахмурился:

– То есть ты не видишь, что там?

– Не в полной мере. Иначе я бы не оставила её одну.

Михаил встал. Его взгляд был жёстким, но в нём дрожала боль.

– Ты обещала, что будешь беречь её. – Я не нарушаю обещаний, Михаил, – тихо ответила Норра. – Но некоторые пути каждый должен пройти один.

Тем временем в центре Якорища Ульяна стояла перед проекцией, которая начинала принимать форму – высокую, сияющую фигуру, лицо которой… было знакомо. Ужасающе знакомо.

– Алексей?.. – прошептала она.

Фигура улыбнулась.

– Я – не он. Но в твоей памяти он оставил отпечаток. Я здесь, чтобы помочь тебе вспомнить… кое-что гораздо более важное.

Свет вокруг неё начал закручиваться, формируя образы: фрагменты их юности, первые встречи, моменты, которых она давно не касалась в мыслях.

И голос внутри:

– Это не о нём. Это – о тебе. О том, кто ты была… и кем должна стать.