Глава 7. Хрустальный замок

Комок в горле не давал дышать.

Чем ближе подъезжало такси к дому, тем больше ее накрывало отчаяние. Что же она натворила? Счастье, что Джон в отъезде, хотя его псы наверняка уже доложили ему о выходке его драгоценной супруги.

Где ее телефон, она так и не поняла.

Такси ей вызвал Чез, особо не церемонясь на прощание. Лежал в кровати посреди хаоса из рисунков и курил сигарету, выдыхая табачный дым на нее. Она не испытывала отвращения. Знакомый и родной запах. Джесс лежала в смятом и задранном платье “Прада” на соседней подушке и смотрела на Чеза. Он не знал усталости в сексе. Не отпускал ее до рассвета, каждый раз доводя до потери рассудка от экстаза.

— Что теперь? — спросила Джессика у Чеза. Так глупо. Натворила дел. И теперь ждет, что за нее что-то решит незнакомый мужчина.

— Я вызову тебе такси, — дыхнул на нее дымом. Джесс закашлялась.

— Мы увидимся еще? — с идиотской надеждой спросила она. Зачем?

— Это вряд ли, — он усмехнулся. Но хотя бы честен с ней. — Разве что в твоих фантазиях, когда будешь отдаваться своему муженьку.

Унизительно.

Если бы у нее был телефон, она бы вылетела из этого порочного дома в ту же секунду. Но пришлось ждать, пока приедет такси.

Как она могла? Ради животного наслаждения и проклятого удовольствия, изменила мужу. Упала еще дальше самого дна. Что с ней происходит? Почему этот отвратительный тип вызывает у нее тягучее желание?

Потому что он честен. Он не прикидывается хорошим и добрым. Чез ужасен и не скрывает этого. Говорит прямо все, что думает. Поэтому он куда порядочнее Джона, скрывающего от нее свои темные дела

Однако уже возле дома ярость и ненависть к себе болью сковала грудь Джесс. Если Джон узнает, то разведется с ней и имеет на это полное право. И что тогда? Ролей у нее нет, работы нет, дома нет. Ладно, она может вернуться и к маме в Техас. Но… как же та счастливая картинка, которую она так долго и упорно рисовала себе?

Чез не хотел с ней отношений. А она не хотела, чтобы Джон бросил ее. Замкнутый круг. Голова одурманена ромом, который они с Чезом пили в перерывах между страстью, табачным дымом и мужскими феромонами. Связно мыслить точно не могла.

Нужно поскорее добраться до душа. Смыть с себя весь этот чужой и инородный, хоть и заводящий запах.

Отоспится. Придет в себя и попробует связаться с Джоном. Попытается объяснить ему что-нибудь.

Она открыла дверь ключом, но на пороге ее встретила прислуга.

— Миссис Ноулз! Слава богу с вами все в порядке! — воскликнула так, словно переживала.

Джессика не понимала, что происходит, пока не увидела мужа. От волнения ходил из одного угла гостиной в другой. Помятый. Небритый. Волосы всклокочены. Весь в черном. Как тот мрак, в который она с головой сейчас нырнула. От страха подогнулись колени, но она удержалась на ногах.

— Джесс! — воскликнул Джон, обратив на нее внимание. Обеспокоенный. Тревога на лице. За нее. За шлюху. Джесс не могла произнести ни слова. Комок в горле вырос до огромных масштабов, сдавливая дыхание и затуманивая зрение.

— С тобой все в порядке?

Голос мужа ранил похлеще ножа. Она предала его. Между ног саднило от грубоватого секса с незнакомцем, от нее несло мужчиной за километр. Что стало с макияжем на лице — даже представлять не хотелось. Ее тошнило от самой себя.

— Ты давно приехал?

— Я уже летел в самолете в Лос-Анджелес, когда мои люди потеряли тебя, — объяснил он, подходя ближе. — Что за…

Джесс боялась поднять глаза. Уставилась невидящим взглядом в пол. Джон слишком близко. Ударит ее. Уничтожит. Убьет. И будет полностью прав. Она сжала голову в плечи, боясь наказания.

— Можешь не отвечать, — тихо попросил он. В отчаянии сделал шаг назад и зачесал упавшую прядь волос со лба. Выдохнул с шумом.

— П-п-рости-и, — Джессика заикалась. Лучше бы ударил ее. Возненавидел. Но не смотрел так… как на пустое место, бывшее когда-то любимым человеком. — Я не знаю, что на меня нашло. Я была пьяна и не отдавала себе отчет. Я…

— Я, я, я, — передразнил Джон, покачав головой. — Ты хоть раз в жизни думала о ком-то, кроме себя?

— Джон, мне очень жаль. Пожалуйста… — она зарыдала в голос, спрятав лицо в ладонях.

— Просто ничего не говори. Уйди с моих глаз. Видеть тебя не могу, — Джон отвернулся к ней спиной. Сильный и уверенный в себе мужчина, распахнувший для нее свой мир, в котором она могла быть счастлива.

Широкие плечи поникли.

Она подошла к нему обняв со спины.

— Джон… прости меня, — прошептала она, потершись щекой о его хлопковую футболку. Под ее ладонями неистово билось его сердце.

— Если еще раз прикоснешься ко мне, я сломаю тебе руки, — пригрозил он. До нее дошел смысл не сразу. Но она отскочила от него, как ошпаренная. Верила, что он выполнит свою угрозу. Он и так едва держался. — Смой с себя этот запах. Господи, от тебя несет как от пропитого алкоголика!

Даже не скрывал свою брезгливость. Поморщился от отвращения.

Джесс в слезах побежала по широкой винтовой лестнице наверх.

Это ее дом. Дом с белыми мраморными перилами. Ее хрустальный замок, разбившийся на осколки. Ни единого шанса вернуть все обратно.

Глава 8. Нужно просто прожить этот день

Джон сидел, откинувшись в мягком кожаном кресле и уставившись в одну точку на потолке. Это полный пиздец. В голове вертелись одни маты. После встречи со своей женушкой, использованной каким-то другим мужиком, влетел в свой кабинет с желанием все разнести к чертовой матери, но тут же остановился.

Этот дом он строил с нуля. С большой нежностью и любовью. И далеко не к Джесс.

Дейзи, мама, сестра — вот для кого он живет. И вот, кто его по-настоящему любит. Ради них он готов на все, как и они для него.

Какое счастье, что Дейзи и мама сейчас гостят в Италии у его сестры, Кьяры.

Малышка Кьяра, которую он смог защитить и уберечь от грязи. Он отправил ее учиться в Рим, где ей до безумия нравилось. Неделю назад она звонила «обрадовать» его. Ей предложили контракт в крупном модельном агентстве и даже пригласили на съемки известного бренда. Джон, заменивший двадцатитрехлетней Кьяре отца, незамедлительно отправился в Рим и лично сопроводил ее в агентство, прочитав внимательно все контракты и условия. Заодно и руководителям прозрачно намекнул, что если Кьяру позовут хотя бы на одно сомнительное мероприятие, он обязательно поотрывает им руки и ноги.

Кьяра об этом узнала, но не закатывала истерики. Просто посмеялась. Она доверяла брату безгранично. Он не мешал ее свободе. Он делал ее свободу безопасной. Ценой собственной свободы. Надо отдать должное Кьяре — она отвечала ему безграничной сестринской любовью и никогда его не предавала и не подводила. Никаких наркотиков, никакого алкоголя. Парней не меняла как перчатки. Жила обычной нормальной жизнью молодой девушки, не испорченной деньгами.

Кьяра никогда не теряла веру в брата и мечтала о счастье для него. Она восторгалась как ребёнок, когда Джон объявил о своей предстоящей свадьбе. Загорелась идеей сделать ее незабываемей, но он просил, чтобы как можно меньше людей об этом знали. В итоге они с мамой постарались организовать все в красивейшем месте Санта-Моники, подключили Эдну, даже Джон пару раз связывался организатором. Он грезил подарить красивую сказку Джессике.

Уже тогда можно было бы включить голову и понять, что Джесс не стремится стать его женой. Его сбивало с толку ее смущение. Она все время опускала взгляд и нервничала. Он ошибочно воспринимал это за типичное женское волнение перед одним из самых важных событий в жизни.

Нифига подобного.

Меркантильная дрянь. Вышла за него из-за денег. Он отключил оповещения от ее кредиток, с каждым разом удивляясь ее неуемному аппетиту в тряпках и золоте.

Джон потирал переносицу и гадал. Невозможно, чтобы Эдна воспитала свою дочь именно так. Это… невозможно! Эдна, которая не разрешала помощников по саду нанять*

После того тяжелого разговора теще вздумалось переоборудовать внутренний двор. Пришлось остаться у нее на неделю и самому все перетаскать, куда бы не указала Эдна. Порой ему казалось, что она здорово издевается над ним, но в тот момент физический труд произвел на него терапевтический эффект. Ярость из-за болезни Эдны и идиотского поведения Джесс остыла. Тогда он смог прийти в себя.

Что делать теперь — Джон боялся думать. Убивать? Найти ублюдка, посмевшего трахать его жену и убить? Подвесить, пытать, кромсать… что? Самое страшное, что тот, с кем она переспала, и не виноват вовсе. Джессика делала это по собственному желанию. И с большим удовольствием.

В отличие от их супружеской спальни.

Проклятье!

Хотелось кричать. Не мог. Внутри все сгорело.

Из забытья его вывел звонок смартфона, лежащего перед ним на столе. Марк Брэнсон. Его личный помощник по важным и не очень законным делам. Имел нужные связи и поддерживал Джона по многим вопросам. Он жил и работал в Нью-Йорке, позволяя Джону чувствовать себя немного свободнее и пореже туда мотаться.

— Слушаю, — бросил Джон в трубку. Так и сидел с закрытыми глазами, потирая переносицу. Голова адски болела из-за бессонной ночи, перелета и утреннего потрясения.

— Джон, есть новости о Джесс? Нашли ее? — беспокоился Марк.

— Да, она дома, — проговорил он.

— Все в порядке? — Марк по его голосу умел понимать, когда дела шли хреново.

— Все нормально. Ты за этим звонишь? — Джон уже собирался положить трубку. Не до разговоров ему сейчас.

— Погоди, — по звуку слышно, как Марк сел в машину и хлопнул дверью. — Несколько дней назад я потерял из вида твоего брата. Вначале думал, что он в Майями, но его там нет.

— Упоротый придурок, — выругался Джон в трубку. — Мне не до него сейчас.

— Он в Лос-Анджелесе. Его видели в ночном клубе братьев Эспозито.

Еще этого дерьма не хватало на его голову.

— Разберусь. Спасибо, что сообщил.

Швырнул телефон обратно на стол, сбросив вызов.

Ладно. Нашлась отличная кандидатура для того, чтобы выпустить пар из-за предательства Джесс.

Джон знает, где брат останавливается в Лос-Анджелесе, скрутит его и посадит в самолет до Нью-Йорка. Потом позвонит отцу и попросит его следить за своим отродьем чуть повнимательнее. Давно бы прикончил этого маньяка собственными руками, но тогда отец прикончит его самого и его семью.

В прошлом году Джон вытащил своего единокровного по отцу брата из тюрьмы. Тот устроил здесь настоящий переполох. Столкнул два клана лбами и еще изнасиловал дочь одного высокопоставленного полицейского, закрывающего глаза на многие незаконные сделки. Джон отвалил баснословную сумму из личных средств всем пострадавшим и договорился, что его младший брат и шага не сделает в Лос-Анджелесе. Теперь этот дебил здесь, угрожая Джону новыми неприятностями.

Как будто ему проблем с собственной женой мало.

Эдна при смерти.

Что ж за наказание такое! Только начал нормально жить. И тут же все пошло по одному месту.

Джон, недолго думая, взял ключи от машины из ящика стола и отправился на поиски брата. Даже не переодевался. Наверху Джессика, а он не готов ее видеть. Убьет ее. Просто прикончит, попадись ему она на глаза. Хотя ни одну женщину за свою жизнь и пальцем не тронул. Никогда никого ни к чему не принуждал. Какого хрена вообще!

Он приказал себе остыть.

Не помогло.

Мчался по шоссе, вдавливая педаль газа в пол.

Окружающий пейзаж размазывался и в какой-то момент он просто остановился на светофоре. Красный закончился. Зажегся зеленый. Но он долго еще не мог тронуться с места. Сигналы клаксонов, ругательства водителей — все мимо. Джон не считал время. Сколько раз зажегся красный, сколько зеленый — тоже.

Злость в груди жгла, не давая нормально дышать.

Джессика. Красивая, нежная и милая. Робкая, застенчивая. Изящная и добрая. Ранимая. Так ему казалось. Женился на ней, потому что выдавал желаемое за действительное. Ему отчаянно хотелось, чтобы его любили. Ему казалось, что если окружить человека любовью и заботой, то он обязательно получит ответное чувство.

Черта с два.

Джессика — алчная девчонка, заметившая на горизонте мужика с шелестом купюр, которого можно терпеть рядом с собой и показывать друзьям в качестве трофея. Прекрасно исполнила свою роль. Заарканила. Решила, раз она это отрабатывает за деньги, то нужно обязательно найти удовольствие на стороне. Заслужила. А то приходится растрачивать свою красоту и молодость на такого монстра, как ее муж.

Он думал, что встретил женщину, с которой можно построить свою семью. Одинаковый вкус во всем. Одинаковые взгляды. Так все просто и легко. Отзывчивая любовница. Боже, как она только себя не продавала в начале их отношений. Сама же соблазнила его. Довела его до какого-то беспамятства.

А что ему еще нужно было? Жена. Красавица, превосходная любовница, отзывчивая и добрая без лишних притязаний. Плакала от счастья, когда он подарил ей новый “Бэнтли”. А ночью затащила в этот же “Бэнтли” и как следует отблагодарила. Тогда он осознал, что ему хочется возвращаться к этой женщине домой.

Да только это все мишура. Не было ничего. Нет никакой правды. Ложь. Ложь. Ложь. Больно, но признаваться себе в этой боли Джон не спешил. Все пройдет. Переживет. Переключится. Сегодня он не будет думать, что делать дальше. Сегодня он просто проживет этот день. Братом займется, например.

Договорившись с самим собой, Джон наконец-то повернул с перекрестка.