Глава 4
Даур

15.05.2767г. (двадцать четыре года до начала Эры Объединения)

Искря токоприемниками, поезд первого класса вылетел из тоннеля и мягко пыхнул на встречающих людей тёплым воздухом. Даур Саниро пнул прислонившегося к стене бойца из своего отряда:

– Пошли, наши в пятом вагоне.

Нимало не заботясь о встречных пассажирах, которые с оханьем уворачивались от бронированных локтей безопасников, Даур и его боец быстро пошли к пятому вагону. Оттуда ещё никто не выходил, будто ждали, чтобы схлынула толпа. Поезд был заполнен под завязку, что не удивительно. Рейсы из Нирасара совершались редко. Столичных жителей не интересовал город, ставший пограничным во время войны с джиблами. Когда-то огромный транспортный узел, центр развлечений для горняков, экспортёр дешевой энергии, второй по значимости город страны, Алмаран теперь был похож на военного ветерана, про которого забыли все, кроме социальных служб.

Дверь пятого вагона наконец отъехала в сторону и Даур подобрался. На перрон, сияя знаками отличия службы премиум-сервиса, вышел проводник. Он с глубоким почтением подал руку высокомерной синеволосой девушке в строгом костюме, а потом помог выйти второй, совсем юной, улыбчивой и лохматой.

Синеволосая, заметив безопасников, кивнула им и обратилась к бойцу Даура:

– Я Риха Натари. Вы прибыли за мной?

Боец вопросительно обернулся к Дауру, и тот выступил вперёд:

– Госпожа Натари, я командир двадцатого отряда безопасности, Даур Саниро. У меня приказ проводить вас в лабораторию и помочь обустроиться.

– А что, командиры постарше, да посолиднее все кончились? Или мы не достойны торжественной встречи? – хихикнула лохматая девушка, принимая у проводника яркий объемный рюкзак.

Риха Натари устало вздохнула:

– Айна, прекрати! А вы не обращайте внимания на выходки моей сестры, командир Саниро. Но, – она улыбнулась, отчего сразу утратила всё высокомерие, – вы действительно молоды для такой должности.

– Я рано поступил на службу, – с легким поклоном ответил ей Даур, но при этом не мог оторвать взгляда от Айны.

Багаж сестёр Натари занял две грузовые самоходки. Казалось, что весь пятый вагон поезда был забит их ящиками, контейнерами, чемоданами и пакетами с надписями «особо ценное». Айна с ухмылкой наблюдала, как Даур и его помощник заполняли тележки:

– Вы, наверное, думаете, сколько шмоток привезли эти столичные дуры?

– Никак нет, – быстро ответил Даур.

– Врёте, – заявила Айна, мотнув чёрной чёлкой – просто пытаетесь быть вежливыми.

– «Никак нет» относилось к слову «столичные дуры». – резко ответил Даур. – Я в курсе, зачем здесь госпожа Риха. Её научные работы бесценны, а у нас нет нужного оборудования, ей пришлось везти своё.

Айна надула губы и отвернулась, а у Даура чуть сердце не оборвалось. Захотелось бросить очередной пакет прямо на землю и попросить прощения.

– Командир Саниро, пожалуйста, не поддавайтесь на провокации, – Риха беззлобно шлёпнула сестру по спине и толкнула на заднее сиденье электрокара. – Если можно, нам режим звукоизоляции.

Матовый экран отделил пассажирок от водительской кабины, и боец Даура наконец расслабился:

– Эх, вот это баба, так баба… Аж туман в башке и вата в ногах. Кто она вообще такая, командир?

– Студентка, любимая дочь профессора Натара Шануро, самая большая заноза в заднице одной из влиятельных семей Нирасара. Талантлива, но отчислена из-за нарушений общественного порядка. Боюсь, с ней будут проблемы.

– Я вообще-то про старшую, – хмыкнул боец.

– А, эта… – сконфузился Даур. – Знаменитая ученая, биохимик, это она еще в институте придумала вкусовые капсулы к синтепасте. То есть, мы все благодаря ей стали жрать эту синтетическую бурду с удовольствием.

– Ох… – боец мечтательно закатил глаза, – я бы сдох за одну ночь с ней…

– Слюни подбери, не нашего калибра счастье, – рыкнул Даур и до конца пути больше не проронил ни слова.

Лаборатория при пищевой фабрике находилась в среднем городе, а роскошная квартира с лучшим видом, какой можно представить – в самом богатом квартале верхнего Алмарана. Чтобы устроить сестёр на новом месте, Дауру потребовался весь световой день, а он летом длинный.

Когда наконец день закончился и Даур хотел закрыть за собой тяжёлую дверь из армированного пластика, похожего на настоящее дерево, Риха остановила его:

– Командир Саниро, я не знаю, как у вас тут принято, боюсь показаться невежливой, но в Нирасаре благодарность всегда имеет материальное воплощение.

– Не понял…

– Она хочет дать вам денег, но не знает, сколько. Вы тут все такие тугие? – выглянула в холл Айна, успевшая к тому времени переодеться в короткие шорты и тонкую майку, под которой не было белья.

– Айна! – воскликнула Риха, но та уже скрылась.

Дауру потребовалась пара секунд, чтобы ровным голосом поблагодарить и отказаться. И целая минута, чтобы убедить расстроенную Риху, что он не обижен, что он военный, а не коридорный, и что порядки Алмарана сильно отличаются от столичных.

А вот чтобы не думать про ладную смуглую девчонку с замашками зарвавшейся богачки, ему потребовалось несколько напряженных дней, и то не очень сработало. Его отряд не патрулировал верхний город, случайно столкнуться с ней на улице шансов не было и Даур мог надеяться, что забудет её через некоторое время. И почти забыл.

Когда через неделю его вызвали в один из притонов нижнего города, он удивился. Когда потребовалось подтвердить, что буйная нетрезвая девица без документов, лично знающая командира двадцатого отряда безопасности – это госпожа Айна Натари, он оторопел. А когда внёс Айну на руках в квартиру, дурея от запаха её волос, и оставил пьяное тело на попечение расстроенной и смущенной Рихи, он понял, что пропал.