Цитаты из книг автора «Мария Манич»

– Забери меня отсюда. Уведи меня. Помоги мне, – шепчу бессвязно, цепляясь пальцами за мягкую ткань толстовки парня. Мирон дёргает меня на себя, а я подаюсь вперёд, не теряя больше ни секунды, врезаюсь в его грудь. Мы сталкиваемся телами. И Мирон прижимает меня к себе, обнимая за плечи. Разворачивается и, нагнувшись, подхватывает на руки. Не говорит ни слова! Ничего больше не спрашивает. Просто уносит меня от этой ужасной квартиры вниз. Обхватываю Мирона руками за шею и прячу лицо в её сгибе. Содрогаясь всем телом от рыданий. – Я убью его, – твёрдо произносит Гейден и прижимается губами к моему виску.

В прихожей хватаю обувь и пальто. Дёргаю на себя входную дверь и готова зарыдать в голос, потому что за порогом я вижу Мирона, заносящего руку для звонка. – Ангелина? – спрашивает растерянно. – Какого хера? – Оглядывает меня с головы до ног и вмиг меняется в лице. Становится суровее, в глазах появляется знакомый дьявольский блеск. Гейден переводит взгляд мне за спину, готовый убивать одними глазами. Крылья его носа раздуваются, когда он слышит рёв Руслана: – Я доберусь до тебя. И выебу! Не сбежишь, тварь! Смотрю в лицо Мирона и начинаю плакать. Слёзы горячими дорожками бегут по щекам, обжигая и оставляя после себя мокрые жгучие следы.

Мирон. Новая связная мысль. Он не так далеко уехал. Он мне поможет. И он единственный, кому я могу позвонить. Один-единственный.

На секунду проскальзывает мысль: а вдруг я его слабость целиком и полностью? У каждого человека есть ахиллесова пята, и зачастую это другой человек.

По телу проходит дрожь. Мирон в любой момент может передумать и вышвырнуть меня из машины. С ним как на американских горках. Вверх-вниз. Только ты была на пике, а уже летишь вниз головой в мёртвой петле. У меня нет к Гейдену доверия, слишком много обижал меня и причинял боли, но он ждал меня около подъезда не просто так. Он может отрицать свои чувства и их наличие. Казаться холодным и безразличным. Только это больше не работает. Может и дальше обманывать себя. Это не просто секс, между нами. И я ему это докажу.

Оба знаем, чем закончится наша битва, и всё равно притягиваемся. Не можем друг без друга. Я царапаю ногтями шею Мирона, когда он рывком дёргает на себя заднюю дверцу машины и стряхивает меня на кожаные сиденья. Тяну его за собой, и он валится сверху, целуя меня уже по-настоящему.

Этим поцелуем с Ярославом я убила двух зайцев. Поняла, как сильно встряла в Мирона, и насколько мне сложно вытравить его из своего сердца, сравнив, и лишь убедилась, насколько ему плевать. Он просто свалил! Прошел мимо, надеюсь поехал прямо в пекло к черту! А еще я понимаю это все конец. Наш с Мироном конец. Нас даже не было, но я ощущаю пустоту и ноющую боль от осознания, что после того, что я сделала он никогда больше даже на меня не взглянет. Почему-то в этом особенно уверенна сейчас. Помню, как он садился в машину раздраженно хлопая дверью. Звук хлопка гремит в барабанных перепонках даже сейчас. Злое, белое, будто полотно лицо, с черными блестящими глазами.

Мирон стоит немного впереди. Вся его поза кричит о напряжении в теле. Лицо одна сплошная безэмоциональная маска. Губы сжаты в плотную линю и кажутся почти незаметными. Зато глаза…глаза горят влажным безумным блеском. Тонкие смоляные пряди волос, привычно спадают на высоки лоб, иногда их треплет порывами ветер. Выдерживаю направленный на меня взгляд, столько сколько могу. Мирон стряхивает руку брата, Марк сжимал ему плечо, и расслабляется. Растягивает губы в надменной улыбке от которой волоски на коже встают дыбом.

Мирон стер все воспоминания о неуверенных попытках первого поцелую в детском доме, стер слюнявые, как слизняки, поцелую Соколова, заменив их своими. Страстными, жадными, голодными. И видимо теперь мне придется всю жизнь довольствоваться тем, что все остальные поцелуи лишь жалкая пародия, на то настоящее и чувственное, что мне уже довелось испытать с Гейденом. Когда влюблена все иначе. С Мироном все было иначе. Сейчас я ничего не чувствую. Ни-че-го. Досада разрывает мою душу на куски. И злость. Меня переполняет бешенство. Тлело как угли, после случая на съемке, а теперь вновь разгорается с новой силой. Затылок покалывает. Смотри. Нравится?

– Да съемка задержалась, пришлось даже продлевать аренду студии, но зато все вышло потрясающе. Я очень рада, что Мирон посоветовал позвать тебя, – говорит Ирина, совсем не замечая в какой шок меня вводят ее слова и я с такой силой сжимаю холодное стекло, что боюсь сломать. – Ты идеально вписалась в образ и картинку в целом. Ты очень красивая девушка, Ангелина. И мой сын это знает. Я немею и, кажется, глохну, потому что совсем не слышу, что она говорит дальше.