Книжка с хештегом дарк в аннотации. Ну дарк не дарк, а #все плохо точно подходит.
Итак, в прологе разворачивается страшная трагедь и драма и в результате у героини погибает мать и сестра-близнец. Потому что папашка-князь тихонечно вояк отозвал и подождал, когда чудища страшые жену и кровиночку порешат. Потому что уже выбрал себе новую жену и даже предварительно ее обрюхатил. Вот такая вот гнида папашка наш, ну и продуман заодно, хит-парад нелепых убийств просто, не топ конечно, но тоже неплохо.
Но недолго он радовался, сын родился мертвым, а новых дитяток с новой женой или будущей новой он заделать не успел. Вот тоже как-то странно, что ему мешало просто тупо бастардов плодить или сделать конкурс, кто первый родит - тот и жена. Короче сплоховал папец и в итоге помер неестественной смертью.
И тут приезжает какой-то хрен с горы (какая-то дальняя родня мачехи, но княжеская кровь-то по женской, емое, линии, автор потом несколько раз упоминал про женщин Охрила) и говорит, тебя, калека, значится, в жены, а тебя, веселая вдовушка - в любовницы. И быстренько все как-то организовалось и вуаля. И я понять не могу: ну как так-то? Неужто у папашки-князя никакой кровной родни не было, хоть бы седьмой воды на киселе? Завалящего бастардика? А местная знать как все это проглотила, неужто среди своих желающих не нашлось? И героиня наша телок телком: сказали взамуж значит в замуж. Я б еще поняла, если б этот товарищ ей сначала лапшишки поразвесил, а потом во все тяжкие, но нет, тяжкие начались не отходя от кассы. Все конечно трагично, мало, что героиня калека у нас тепереча, так еще и брачные игрища были садистской мукой для нее. Ибо больше страданий богу страданий. 10 лет короче страданий непрерывных этих. Мне вот ггероиню жаль совсем не было - потому что перебор страдашек уже, плюс еще она вся такая блаженненькая, что аж тошно.
А потом в княжество вторглись северяне и героиню снова бросили на заклание - муженек, прихватив беременную мачеху-любовницу, спешно отбыл. А вот героиня осталась на поругание.
Ну собственно поругание состоялось в устной форме - герой прям ее запужал, словесно унизил и вообще самодовольная сво. Прям так ггероиню слова и манеры задели, что она впервые за свою жизнь подала признаки характера, даже гордость княжескую откопала и давай где хамить, а где Зою Космедемьянскую показывать (но там вообще тетки дерзянку словили, под предыдущих князей и самоназванцев тряпочкой расстилались и рыдали в подушку, а тут давай пререкаться и указания раздавать, нянька так вообще берега потеряла). А герой прям не ожидал, чрезмерно крысанул - думал придуривается хворая, а потом взял ее на ручки и прям торкнуло его, что это его избранная пара и все. Пропал мужик - и в височек ее лобзает, и волосенки приглаживает, и на коленках покачивая от всех защитить обещает, для начала порешив сбежавшего муженька.
Такой вот резкий переход в сюжете сделал мне отчаянное рукалицо. Но искать логику наверное бесполезно, истинная пара это ж священное дело, практически как церковный догмат. А местами и приговор. Так что с этого момента пошла Гусейнова раннего образца - он суров, могуч и волосат и она исстрадавшаяся дама в беде, которой надо доказывать, какая она писанная торба. В общем, такое себе чтиво. Но несмотря на л - логику и вот эти вот заигрывания в любовь, читалось гораздо легче и раздражало сильно меньше, чем первая часть повествования. Но я вообще розовые сопли переношу легче и благосклонней чем гипертрофированные страдашки.
В общем, книгу я дочитала в итоге, хоть и мусолила изрядно. Потому 3. Но честно говоря всю дорогу меня больше всего подбешивала даже не политика со страдашками, отсутствие логики и даже не ошибки (бАрдовые оттенки - неувядающая классика), а детская тема. Прям какое-то легкое пролактиновое безумие: и вроде как в начале укором идет, когда женщину только как утробу пользуют, но по факту героини сами себя только утробой на ножках и воспринимают.