Цитаты из книг автора «Марион Вудман»

Мой Анимус такой же чистоплюй, как Анимус моей матери. Он любит стерильность, порядок, ясность. Я терпеть не могу свалку, в которой живет муж.

Едва фемининность Яффы нашла приют в ее теле, с ней захотела воссоединиться ее маскулинность. Яффа хорошо осознавала свет, лишивший ее земной опоры. Ее не обманули образы дьявольского возлюбленного в виде мрачного, грубого и зловещего убийцы. Она знала, что Сатана достаточно умен, чтобы явиться в таком облике. Привлекательный, умный, любящий истину и красоту, он приходит, окруженный ореолом света. Он зачаровывает нас музыкой, поэзией, изысканными манерами и острой наблюдательностью. Но при всем своем очаровании он совершенно лишен чувств. Едва одержав победу, соблазнив свою жертву и склонив ее к совершенству или к смерти, он беззаботно продолжает свой путь.

Согласие Яффы на психотерапию в сочетании с телесной работой лучше всего предохраняло ее от того, что анализ заменит ей искусство или жизнь. Постоянное ощущение телесной боли напоминало ей о связи с мудростью Черной Мадонны – мудростью, приземлявшей ее в осознании своего тела. Когда дается выход боли, скорби или гневу, когда им предоставляется свобода внешнего выражения, грубые неуправляемые инстинкты трансформируются. Как любимые животные, они привносят в нашу жизнь свою мудрость и направляют нас туда, куда мы не рискнули бы пойти в одиночку. Они знают то, чего не знаем мы.

Чтобы этого не случилось, в процессе анализа крайне важно иметь открытый выход в творчество. Если аналитик может побудить художника или музыканта поиграть с образом, дав ему возможность воспроизвести в любой форме все происходящее с ним, у него появится энергия, заключенная в Тени и содержащая в себе задушенное пламя творчества. В таком новом соединении Самость приносит душе исцеление и энергию, необходимую для творчества. Душа расцветает в таинстве, соединяющем ее с Самостью. Анализ не затрагивает это таинство.

Если анализ эффективен, он дает личности возможность пройти через встроенный в нее внутренний конфликт. Он похож на создание дополнительной структуры. Естественно, со временем он заканчивается. Продолжается жизнь, которую анализ может поддерживать, но не может заменить. Художественные натуры, у которых создание образов является частью их жизни, могут смешивать аналитический процесс с самой жизнью, стремясь обрести жизнь, которой у них никогда не было. Они жертвуют своим искусством, создавая суррогат жизни в процессе анализа.

Многие художники боятся анализа, считая, что при аналитической работе над болью они потеряют способность к творчеству. Все, что вызывает сильную боль в процессе анализа, в искусстве находит менее болезненный путь для своего выражения. Для художественной натуры это может быть музыка, изобразительное, театральное искусство, любое иное творчество. Пока идет процесс, искусство продолжает жить; если процесс останавливается, художник снова и снова создает один и тот же конфликт, но из результатов его творения уходит жизненная сила. Ощущение потери может стать настолько болезненным, что его удается избежать, только становясь зависимым.

остается далек от жизни. Если вы – художник, который готов все подвергнуть анализу, тем самым превращая все в искусство (музыку, танцы, театр, литературу), то вам грозит опасность принести свое искусство в жертву анализу.

Если вы не ощущаете создавших вас родителей, если вы никогда не рождались, если у вас больше нет жизни, анализ мог бы дать вам плетеный настенный ковер. При всем его внешнем великолепии все равно он

Пагубное воздействие отцовской Анимы в образе женщины, сидящей в купальне на сыне, оказывается существенно слабее. Анима – тоже продукт патриархальности, как и пуэр-отец, женившийся на пожирающей матери. Цепкая заботливость матери вступает в сговор с ее Анимусом, чтобы утопить в бессознательном творческую маскулинность дочери. В любой нарисованной девочкой картине будет проявляться ее любовь к отцу. Опасность для такой женщины заключается в том, что она превращает анализ в произведение искусства. Яффа осознавала это.

В самом центре глубокой травмы Яффы находится ее мать-патриарх. Материнские идеалы совершенства не только раскололи фемининность дочери, но и подорвали ее самооценку и творческое начало. Исцеляющая нить – это бессознательный процесс, к которому следует относиться с уважением. Постепенно он превращает разрушительную силу в жизненную энергию Яффы, позволяющую ей развиваться, интегрируя свою сексуальность и пламя своего творчества.