Цитаты из книг автора «Марион Вудман»

Мужчина с искалеченной маскулинностью остается привязанным к матери. Он будет стремиться угодить близкой ему женщине, но цена этому – отказ от собственных чувств и, в конечном счете, от собственной жизни.

Эрос – это мужской бог, в котором сосредоточена восприимчивая любовь истинной фемининности. Любовь, исходящая от Самости, из внутреннего Христа или Будды, подобно любви Матери Терезы, имеет возможность проникать в жизнь, которую нужно прожить, трансформируя зло – в красоту, болезнь – в здоровье, отчаяние – в надежду.

С точки зрения психологии истинная андрогинность – это архетипический образ, в котором существует осознанное различие между энергией маскулинности и энергией фемининности, причем это различие может искусно варьироваться. Его можно настраивать как скрипку или виолончель Страдивари, которая может изысканно на нужном уровне воспроизводить обе энергии, полностью уравновешивающие друг друга.

Если энергия Люцифера приносит в жертву свою власть и прощает себя и других за свойственное человеку несовершенство, то ей следует соединиться со страдающей фемининностью. Если произошла такая капитуляция, Люцифер трансформируется в Христа. Творческая маскулинность становится истинным женихом.

Находясь под защитой своей фемининной энергии, Яффа идет на конфронтацию со стремлением к власти, которого она всю жизнь избегала. У нее не было хронического расстройства пищевого поведения, но она испытывает стресс, жадно глотая пищу, куря сигареты, бросаясь от одного дела к другому и раздражаясь из-за того, что приходится читать много книг.

Момент трансформации наступает, когда Эго сохраняет спокойствие, не впадает в панику, обращается к насильникам и понимает, что теперь они «безвредны».

Капитуляция с помощью метафоры – через танец, музыку, искусство, воображение – это игра. Это возрождение веры. Это связь с основой творчества, в которой совершается истинная трансформация.

Очень рано ее тело (которое она бессознательно не могла целиком ощущать как свое из-за нарушенной связи с матерью) утратило способность расслабляться и двигаться, используя собственную энергию. Она металась из одной крайности в другую: от лжеконтроля и тотального контроля до полного отсутствия контроля. Этот поведенческий паттерн проявлялся в ее пристрастии к еде, к покупкам, в том, как она тратила время и деньги. Почти в каждой сфере жизни она постоянно переходила от пиршества к голоданию. Больше всего ее беспокоило, что ежегодно ее вес значительно изменялся и разница в весе достигала 35 фунтов[37]. Такие колебания веса вызывали у нее сильную тревогу.

Мерлин – архетипический волшебник с чертами клоуна. Он сын дьявола, рожденный от девы. В силу своего происхождения он олицетворяет очень важный трансформирующий образ для зависимых людей, ибо сочетает свет Люцифера и земную суть полностью сформированной юной женщины.

Парсифаль Кретьена де Труа символизирует Анимус многих современных женщин, незрелая маскулинность которых не может сказать НЕТ зависимости, налагающей на них заклятие, которое заставляет их томиться в тюрьме бессознательной матери. (Колдунья Кирка превращала спутников Одиссея в свиней, животных Матери-Земли.) Слишком часто женщины путают свою уязвленную, а по-тому слишком чувствительную маскулинность со стремлением воссоединиться с отвергавшей их матерью. В таком случае их неизбежно привлекает мужчина, занятый бессознательными поисками потерянной матери. Они находят в нем воплощение своей собственной потребности в воссоединении. В результате Парсифаль-возлюбленный неизбежно уводит их в материнскую обитель, в тот самый темный подвал их зависимости.