Цитаты из книг автора «Марион Вудман»

Однако женские ценности отличаются от мужских не только с точки зрения характерных аспектов фемининности. В нашей патриархальной культуре мужчины приучены не обращать внимания на свои чувства или же принижать их ценность. Маленьких мальчиков, генетически принадлежащих к «чувствующему типу» (по классификации Юнга), родители и сверстники обзывают «неженкой» или «девчонкой». За слезы, вызванные душевными муками, их называют «нюнями». Будучи подростками, а затем став мужчинами, они имеют ограниченный доступ к своим истинным чувствам. Их чувственная сторона не развивается вместе с остальной частью личности и остается на инфантильном уровне; тогда она может проявляться в сновидениях в образе маленькой девочки или даже голодного котенка. В гонке, целью которой

Как и мужчины, женщины часто, отдают на откуп своему внутреннему или внешнему патриархальному судье право оценивать их фемининную сущность, и заканчивают тем, что отторгают свои аутентичные чувства как «наивные, нелогичные и глупые». Так происходит глубинное предательство самих себя.

Мужчины, которых такая реакция женщины завела в тупик, говорят: «Я давал ей все, что она хотела, а она меня бросила. Почему?»

Чувство – вот главная проблема нашей культуры. Женщины постоянно разочаровываются в мужчинах, ибо, как сказала одна женщина: «Он не может понять, почему я так расстроена. Ему не хватает чуткости, чтобы заметить то, что вижу я».

Едва спадают вуали иллюзий и становится возможным внутреннее бракосочетание, возрастает напряжение между маскулинностью и фемининностью, как это часто бывает в реальном браке. Проблема обычно заключается в разнице между чувствами мужчины и женщины. То, что является ценностью для одного, считается неважным или вовсе не воспринимается другим.

Эта трагедия столь же ясно проявляется в жизни многих женщин, стремившихся снять вуаль порабощающего их брака и бросить ее под ноги своему отцу-мужу, которого они когда-то собирались любить, уважать и которому обещали подчиняться. Постепенно они сознают, что не могут жить свободной жизнью, так как не обладают ни внутренней силой, ни необходимыми для выживания экономическими знаниями. Они больше боятся свободы, чем тюрьмы, ибо, несмотря на обретение нового взгляда на мир, не вступили во внутренний брак, способный придать им сил для отстаивания своей вновь обретенной истины, сил, которые позволили бы им сказать: «Вот я какая!»

Тень, Магдалину, которая способна неожиданно взглянуть на себя через призму патриархальных законов (в сказках это старый король или царь), то положение женщины становится довольно опасным. Трагический итог может быть проиллюстрирован жизнью многих монахинь, которые сняли свои вуали, утратили безопасность жизни внутри монастырских стен и не смогли вписаться в похотливый, материальный, жесткий, непонятный им мир. Они не находят покоя и колеблются между своей свободой перед лицом Господа и своими рабскими чувствами вины и страха.

Если женщине не удалось достичь интеграции ее собственной фемининности, не получилось найти достаточную опору в Богоматери или полностью осознать ее

Такие сны не относятся к фемининности, стремящейся к союзу мужского и женского в одном теле. Сновидица постоянно получала предупреждение, что ее духовное видение пока не столь остро, чтобы различить то, что можно будет увидеть, когда вуаль спадет с ее глаз. Ее духовность остается еще слишком уязвимой для прежней критики и для камней, которые в нее полетят, как только она осмелится сказать то, что, по ее мнению, является истиной.

Более того, поскольку сны указывают на происходящее в бессознательном, имеющем тенденцию смещаться в сторону сознательного, они предполагают наличие бессознательного доверия к новому способу видения, но такому способу, который должен сохранять целостность видения при каждом шаге на пути к сведущему Граалю.