Весьма мудро, что в этой борьбе за обретение собственного Я и своих ценностей она имела мужество подростка, способного поднять мятеж, а также интуицию, позволявшую ей слышать свой внутренний голос. Но в интимной динамике мускулинности/фемининности она испытала глубинные страдания: она не могла настоять на своей инстинктивной правде, а потому у нее не было подходящего жениха. Утратив контакт с инстинктивным уровнем своей фемининности, она потеряла связь со страстью души в своем теле. Иными словами, она утратила связь с жизненной силой в самой нижней чакре, муладхаре, а поскольку эта чакра относится к чакре короны, она не в состоянии была придать определенный потенциал энергии духовного света. На архетипическом языке это означает, что она порвала связь с Земной Матерью и вместе с тем – со зрелой маскулинностью, которая должна была стать ее природным женихом. На время ей пришлось закрыть свое духовное видение вуалью, как на головном уборе Марии Стюарт, ибо она оказалась слишком слабой для восприятия мерцающего света оплодотворяющей маскулинности. У нее была двойная задача: любить цыганку-сестру, т. е. свое отвергаемое Я, и в то же время любить энергичный мужской образ, который вместе с цыганкой выходил за рамки установленных норм, чтобы обезопасить себя от давления патриархальной власти.