Глава 8

Моё предрождественское дежурство в стационаре выдалось на редкость спокойным и не хлопотным. Многие из наших маленьких пациентов выписались из отделения ещё перед праздниками, а новая плановая госпитализация должна была начаться только десятого числа.

По привычно уже сложившемуся распорядку я прошлась по палатам с обходом, сделала пометки в историях болезни, проверила листы назначений у постовых и процедурных медсестёр. Потом занялась отчётами, потому что кроме лечебной работы на мне лежали ещё и обязанности заведующей отделением.

Конечно, мне не очень нравилось возиться с цифрами и бумажками, но ничего не поделаешь – работа есть работа. Место заведующей наш главный врач Алексей Викторович предложил мне вскоре после последней неудачной беременности.

– Соглашайся, Катерина, – настойчиво советовал он, – лучше тебя у меня кандидата нет!

– Скажете тоже, Алексей Викторович! – всеми силами отбивалась я от повышения в должности, потому что заниматься лечебной работой мне было гораздо интереснее, чем административной. – У нас у всех докторов в отделении хороший опыт. Почему именно я?

– У них у всех дети малые, а у тебя никого нет. Я на тебя, как на самого себя могу положиться.

Я немного обалдела от его прямолинейности, но потом рассудила, что, в общем-то, он прав. Детей у меня, действительно, нет. Муж тоже заведует кардиологией и целыми днями пропадает на работе. Так почему бы мне не составить ему компанию?

Всё лучше, чем дожидаться его вечерами дома и изводить себя из-за отсутствия детей.

***

После обеда в отделении наступила тишина. По расписанию у маленьких пациентов сейчас был сон-час.

Воспользовавшись затишьем, я предупредила дежурную сестру и отправилась в другой корпус навестить подругу Ирину, которая тоже сегодня заступила на дежурство. Она работала лечащим врачом в отделении пульмонологии, которое располагалось этажом выше кардиологии, которой заведовал Андрей.

– Екатерина! Приветствую тебя! – радостно воскликнула подруга, едва я вошла в ординаторскую. – Садись, я как раз собиралась чай пить.

– Спасибо, не откажусь, – ответила я, опускаясь на мягкий диван. – Как встретила Новый год?

– Это ты у нас Новые года как белый человек за праздничным столом встречаешь, а у меня – больница дом родной.

– Дежурила, что ли? – посочувствовала я.

– Разумеется, уже третий год подряд. Если не я, то кто же?..

– Почему так? Разве кроме тебя совсем некому дежурить?

– Да есть, конечно, но в новогоднюю ночь никому не хочется. У всех семьи, дети, а я баба одинокая. Придут, разноются: «Подмени!». Подменяю. А куда деваться?!

Ирина разлила чай по чашкам и достала из небольшого холодильника, стоявшего в углу ординаторской, красивый шоколадный торт в праздничной упаковке.

– Зато вот, презент от пациентов получила за доблестную службу.

Она улыбнулась, но я заметила лёгкую печаль в её глазах.

– Устала ты, Ирка! Отдохнуть тебе надо. Махнуть на море на месяцок. Поваляться на пляже. Познакомиться с симпатичным мужчиной.

– Шутишь? Какое море? Какой мужчина? Тут на пару дней не вырваться. Вторая наша доктор в очередной декрет собралась. Совместители только на несколько часов в день приходить будут. Считай, всё отделение на мне. Так что про отпуск забыть придётся.

– Тогда, давай, приходи ко мне завтра. Андрей к своей маме уехал. Посидим с тобой вдвоём, Рождество отпразднуем.

– Ладно, приду, – согласилась Ирина. – А Ермаков, значит, к мамуле укатил… То-то я смотрю, что после Нового года он ещё ни разу у себя в отделении не появлялся. Я уж подумала, не случилось ли чего…

***

Я шла от подруги по длинному застеклённому переходу, соединяющему корпуса, и думала о нашем разговоре. Её последние слова никак не шли у меня из головы. Судя по рассказу Ирины, Андрей ни разу не был на работе во время праздничных дней.

Но зачем же он тогда первого января сказал мне, что должен быть на дежурстве вместо заболевшего коллеги? И куда в таком случае так экстренно сорвался, если в отделении его не было?

Если предположить, что уже первого числа он поехал к больной матери, то зачем соврал про работу? Да и какой смысл было меня обманывать, а не сказать прямо, что заболела свекровь?

От этих назойливых вопросов без ответа у меня разболелась голова. Я строила в уме всевозможные предположения, крутила их и так, и этак, но всё равно ничего не могла понять. В конце концов, решила, что Ирина или просто ошиблась в датах, или не пересеклась с Андреем в тот день, когда он дежурил.

Казалось бы, на этом можно было дать отдых своей измученной голове, но не тут-то было. Червячок сомнения уже вовсю точил мой мозг. Решив, во что бы то ни стало установить истину, я резко развернулась и отправилась назад в терапевтический корпус. Там спустилась на первый этаж и подошла к кабинету главной медсестры.

На стене в прозрачных пластиковых ячейках были вложены листы с графиками дежурств для каждого отделения. Именно в них, а не на рабочем сайте можно было найти самую верную информацию, так как все замены и изменения сразу отмечались на бумажных носителях вручную и только потом уже попадали в график на сайте.

Я поздоровалась с главной, поздравила её с наступившим Новым годом и с деловым видом вынула из ячейки пачку бумажных листов.

– Хочу уточнить, нет ли в нашем графике расхождений с онлайн-версией, – ответила я на её вопросительный взгляд и начала искать нужный мне лист.

Оказалось, что Ирина не ошиблась. Андрей, действительно, не выходил на замену первого числа. Мало того, он и в своё собственное дежурство в отделении не появился. Вместо него работал тот самый ординатор, который якобы заболел.

История обрастала всё большим количеством загадок.

Глава 9

Я аккуратно сложила пачку листов обратно в ячейку и, сделав вид, что отыскала нужную мне информацию, собиралась уже выйти из кабинета, но главная медсестра окликнула меня:

– Екатерина Сергеевна! А как там Андрей Петрович себя чувствует?

– Да, вроде бы неплохо, – в недоумении пожала плечами я.

Мне было не совсем понятно, почему она вдруг заинтересовалась самочувствием моего мужа.

– Ну, слава Богу! – с облегчением вздохнула главная. – Значит, скоро можно ожидать его возвращения на работу?! Все мы, конечно, люди и можем неожиданно заболеть, но вы не представляете, как приходится тяжело, когда заведующий отделением две недели находится на больничном. Это просто катастрофа!

Я вымученно улыбнулась, не зная, что сказать в ответ. Ведь ни о каком больничном я ничего не знала. Оказывается, целую неделю до праздников и почти столько же после них мой муж вёл насыщенную параллельную жизнь, а я была совершенно не в курсе. Будто бы мы работали не в одной больнице, а на разных планетах.

Загадок в нашей истории стало ещё на одну больше.

***

Утром следующего дня я отправилась в магазин и запаслась там продуктами. Когда вышла из тёплого супермаркета на улицу, пошёл снег. На фоне безветрия крупные хлопья плавно кружили в воздухе и неспешно оседали вниз.

Подняв лицо к небу, я постояла так немного, ощущая, как снежинки касаются кожи, а потом быстро превращаются на ней в мельчайшие капельки воды.

Несмотря на капризы погоды, на городских улицах кипела жизнь. Семьи с детьми, молодые парочки и многочисленные туристы приходили полюбоваться на праздничное убранство улиц. На короткое время город будто бы превратился в декорацию к волшебной рождественской сказке. Кругом ёлки, сверкающие игрушки, разноцветные гирлянды.

Любоваться праздничными картинками можно было долго, но я спешила домой готовиться к встрече с подругой. Хотя меня и одолевала небольшая усталость после дежурства, ударить лицом в грязь перед Ириной мне не хотелось. Ведь я сама пригласила её к себе на рождественский обед.

Битых два часа я хлопотала на кухне, нарезая салаты, помешивая гуляш и отваривая картофель для нежного пюре. Но мысли мои никак не могли сосредоточиться на приготовлении пищи и всё время крутились вокруг Андрея.

Неопределённость и неизвестность исподволь давили на психику.

Покончив с закусками, я поставила гуляш томиться на слабом огне, а сама решила позвонить в Ногинск. Вдруг муж и насчёт этого солгал? И сейчас вовсе не сидит с больной мамой, а занимается…

Чем он может заниматься, мне было страшно даже подумать.

Звонить свекрови я по понятным причинам не стала, а набрала номер сестры Андрея Ольги. С ней у меня сложились вполне дружеские отношения, да и повод имелся хороший – Рождество!

– Жаль, что ты к нам в этом году не приехала, – посетовала Оля сразу после взаимных поздравлений. Она была, наверное, единственным человеком из семьи Ермаковых, который искренне сожалел о моём отсутствии.

Я только открыла рот, чтобы сказать, что вообще-то собиралась приехать, и это Андрей настоял на том, чтобы я осталась дома, но она опередила меня:

– Брат говорит, что у тебя сейчас очень много работы. Я понимаю, ведь вы же врачи… Но всё равно, очень жаль. Так хотела тебя увидеть, сходили бы куда-нибудь вдвоём, сейчас так много премьер и в кино, и в театре.

– Повидаемся ещё и обязательно куда-нибудь сходим, не переживай! – постаралась я успокоить её и для приличия поинтересовалась здоровьем свекрови.

– Мама сейчас со своими подругами встречается. Решили сходить посмотреть ледовый городок. А со здоровьем у неё всё в порядке.

– Передай ей поздравления от меня, – выдавила я из себя, поняв, что и болезнь матери была лишь очередной обманкой.

А я-то думала, что мой муж таким шутить не может. Ошибалась. Может, да ещё как…

– Кстати, спасибо тебе за подарки! – продолжала ничего не подозревающая Ольга. – Нам всё очень понравилось! Андрей сегодня с утра пораньше всем нам вручил. Давно мечтала о таком кашемировом свитере! Спасибо огромное!

– Да не за что! – ответила я и осторожно, чтобы не вызвать лишних подозрений, поинтересовалась: – Кстати, а Андрей сейчас рядом? Ты не можешь дать ему трубку?

– Нет, Катя, он уже на симпозиуме. Несколько дней там с утра до ночи торчит.

Я так чуть и не присела с трубкой в руках. Какой может быть симпозиум в Ногинске, да ещё в новогодние каникулы?! Звучало не слишком правдоподобно.

– А… напомни, что за симпозиум?.. Я, наверное, что-то упустила.

– Андрюша что-то такое говорил про научные семинары и доклады, делегации из разных городов, – пыталась вспомнить Ольга. – Но я, если честно, в этом мало разбираюсь. Ты лучше позвони ему сама.

– Хорошо, я так и сделаю, – ответила я и попрощалась с ней.

***

Конечно, надо было бы позвонить мужу и выяснить всё разом. Но я так боялась услышать страшные для каждой женщины слова: «Я полюбил другую», и ещё это наивное: «Прости!».

Будто бы можно простить такое… Типа: А! Полюбил другую?! Ну что ж, совет, да любовь! Конечно, прощаю, какой разговор! Живите счастливо, а я...

А что станет со мной, никого не интересует. Живи, как хочешь и не отсвечивай – обычно так говорят мужчины бывшим жёнам.

Я о возможности подобного сценария в собственной судьбе никогда раньше не задумывалась.

Глава 10

После разговора с Ольгой я ещё долго сидела возле кухонного стола с понуро опущенной головой. Когда-то мы с мужем были очень счастливы здесь: обнимались, целовались, дурачились и подшучивали друг над другом.

А сейчас я даже не уверена, вернётся ли он вообще домой.

Я всё пыталась вспомнить наш последний разговор, состоявшийся первого января в доме моих родителей. Но как ни старалась, кроме слов: «Всё обязательно наладится», не смогла ничего воскресить в памяти.

Так, может быть, и действительно всё ещё наладится? Ведь Андрей же обещал…

Зачем бы ему говорить такое, если не собирался больше возвращаться ко мне? Зачем проводить со мной в постели такую горячую ночь, если разлюбил?

Сейчас я была готова цепляться за любую надежду. Пусть слабую и призрачную, только бы не думать о самом худшем.

***

Звонок в дверь прозвучал неожиданно и резко. Надев на лицо маску радости и благодушия, я поспешила встречать подругу. Ей пока совершенно незачем было знать, что творилось за фасадом моей некогда благополучной семейной жизни.

Ирина вошла в прихожую и с ходу вручила мне плед с рождественским принтом.

– Держи, – сказала она, снимая с себя пальто, – будет согревать тебя, когда Ермаков на работе.

Я улыбнулась и подарила ей в ответ светлую льняную скатерть на стол, в вышивке которой тоже проглядывались новогодние мотивы.

Следующий час мы поглощали приготовленные мною блюда и разговаривали о работе, сплетничали о коллегах, в общем, всё как всегда. Но в какой-то момент наш разговор незаметно перетёк в личное русло.

– Слушай, а как у тебя обстоят дела на любовном фронте? – первой поинтересовалась я, чтобы избежать расспросов о своей семейной жизни. – Встречаешься с кем?

– Нет, и не собираюсь… пока. Вот они где у меня все эти ухажёры, – недовольно пробубнила Ирина и провела ребром ладони по шее.

– Ты какая-то мужененавистница! – рассмеялась я.

– Ну что ты! – округлив глаза, тоже со смехом произнесла подруга. – Я очень люблю мужчин, только временно не хочу иметь с ними ничего общего. Откровенно говоря, кроме сплошного разочарования я ничего от них не видела.

– Тебе попадались какие-то неправильные мужчины!

– Возможно, – согласилась со мной Ирина, – но экспериментировать больше не хочу.

Мы снова взялись за вилки и фужеры. На некоторое время в комнате воцарилась тишина. Я ела и думала про себя, как всё сложно устроено в этой жизни. Найти себе подходящего партнёра, оказывается, ой, как не просто. И даже если очень повезло, и на пути встретился тот самый человек, нет никаких гарантий, что это навсегда…

Словно прочитав мои мысли, подруга промокнула губы салфеткой и начала рассказывать свою историю:

– Познакомилась тут недавно с одним… Импозантный мужчина сорока пяти лет, всё при нём. Директор какого-то производственного предприятия. Утверждал, что не женат.

– И что? – без особой надежды спросила я, услышав последнюю фразу.

– Что… что… Примерно через месяц нашего бурного романа меня у служебного входа подкараулила его жена. Вполне себе живая и невредимая. И, разумеется, законная. Чтобы я не сомневалась, она мне штамп в паспорте показала.

– Хотя бы без мордобоя дело обошлось? – заволновалась я.

– Обошлось, – обречённо ответила Ирина. – Сначала она немного поистерила, потом принялась плакать, рассказывать про свою несчастную жизнь с бабником. В общем, жесть… Послала я его, короче, куда подальше, прямо сразу после разговора с женой.

– Правильно, конечно, сделала, что послала, – подбодрила я подругу. – Только вот никак не пойму, почему его жена терпит всё это? Неужели такая сильная любовь или податься совсем некуда?

– Не знаю и не понимаю таких женщин. Лично я – лютый собственник. Мне в детстве даже конфеткой сложно поделиться было, а уж, чтобы я делила с кем-то мужика!.. Не бывать такому никогда!

***