Совершенно дикие глаза вбежавшей в комнату Аделин подсказали, что надо торопиться. Сунула малыша ей в руки, вытащила вонючую шляпу и молнией метнулась за дверь.
А о чем мне, спрашивается, думать, когда с одной стороны у меня в руках фидруар, а с другой – вонючая шляпа. С третьей, к слову сказать, этот злоберман, который порвет меня на десяток маленьких Ирочек, если найдет под кроватью в такой компании.
Или Селочек? Селаничек?