Цитаты из книг автора «Марина Ефиминюк»

Палмер забрался в салон головой вперед, что-то буркнул стряпчему, а потом отбыл. Оставшийся на пешеходной мостовой Стэн казался оплеванным.

Кредитор, судя по всему, столь успешно обманывал доверчивых королевских подданных, что процветал.

решительно направилась гулять вокруг квартала и, сама того не планируя, отыскала огромный особняк с табличкой золотыми буквами «Торговый дом Роберта Э. Палмера».

Вдруг швейцар с помпой распахнул дверь и выпустил из холла худого хмурого человека с нездоровым цветом лица, одетого в длинное зеленое пальто. За господином выскочил встрепанный и помятый Стэн Кроули. Он же вместо лакея исхитрился открыть мужчине дверь экипажа. ГЛАВА 2 ПИЛЮ

Но именно так подумают местные жители, если я пущу в соседнюю спальню двух половозрелых… – я посмотрела на открывшего рот долговязого парня и исправилась: – Пущу одного половозрелого мужчину и одного… кхм… Ирвина в дом. Я же из столицы!

Вы пускаете меня пожить на время, а я тихонечко делаю ремонт. Все довольны и счастливы. – А я? – испугался Ирвин. – А меня-то вы куда денете, господин плотник? Я тоже хочу быть довольным и счастливым!

Имя? – спросила я, не оборачиваясь к парню. – Ирвин, – буркнул он.– Как же тебя, дружище Ирвин, угораздило к такой скот… милому человеку в подмастерья пойти? – Сам удивляюсь, – злобно глянул он в потолок.

Потом как-то незаметно подмастерье оказался рядом со мной и принялся старательно отмывать кухонные шкафы от мыльного раствора. – Да вы шутите, – прошептала я, стоя перед заброшенной торговой лавчонкой. Руки опускались. Не от удивления, а от тяжести бронзового коня. Пришлось подставить колено и, балансируя на одной ноге, прижать к груди дорогую сердцу статуэтку. Лучше надорваться, но не позволить престижной премии «Самое бойкое перо королевства», мож

Лавка содрогнулась от очередного вопля: – Криворукий!.. – Точно конь упал, – вздохнула я, искренне сочувствуя бронзовому приятелю, и продолжила натирать полы.

Работяга с руками стряпчего вызвал настороженность. – Да вы шутите, – прошептала я, стоя перед заброшенной торговой лавчонкой. Руки опускались. Не от удивления, а от тяжести бронзового коня. Пришлось подставить колено и, балансируя на одной ноге, прижать к груди дорогую сердцу статуэтку. Лучше надорваться, но не позволить престижной премии «Самое бойкое перо к